Елена Скульская: я переступила черту дозволенного ({{commentsTotal}})

Елена Скульская отмечает очередной с "пятеркой" юбилей. Догадливым читателям подскажем: +5. На страницах портала rus.err.ee Елена Григорьевна частый гость не только в качестве поэта, писателя и драматурга, но и автора в рубрике "Мнение".

В прошлом году заговорили о романе "Мраморный лебедь", опубликованном в журнале "Звезда" (был признан там лучшим романом года). И вот договорились до выдвижения этого романа на конкурс "Русский Букер". Попал в короткий список. А на днях вышел книгой в московском издательстве "Время". О таком признании и подарке (не только к юбилею) любой писатель может только мечтать.

Проза жизни

Книжная версия дополнила журнальную несколькими новеллами внутри основного текста. Там те же герои, но в другом литературном и лингвистическом измерении. И этот диапазон помогает читателю прояснить многие детали, в которых кроется "дьявол". Елену Скульскую уже обвиняли (упрекали) в излишней откровенности, в "поливании грязью" своих близких и других людей, ныне здравствующих.

Да, такое поначалу приходит на ум. И это относится не только к новому роману (самому откровенному). Случалось и в предыдущих текстах. Но именно в новой концентрированной гуще "издевательств" над собой и своими героями, вдруг обнаружилась какая-то полоска света добра к этим "недругам". И эту полоску каждый читатель определит текстуально или интуитивно по-своему. Например, такую: "Но ненависть, в отличие от любви, всегда готова и подождать".

Что скажет писатель Скульская в свое "оправдание" о романе, который, по ее признанию, она писала всю жизнь?

- Это роман о любви без взаимности. О людях, чью любовь или просто понимание, я искала. Но есть в романе и взаимная любовь. Отец, дочь, друзья. А вообще, всякий человек ищет взаимность и стучится в закрытую дверь, и надеется, что он ее откроет.

- Да, я переступила через черту дозволенного. Переступила черту и к себе. Или и саморазоблачение, или никаких других. Все стоят друг друга. Рассказать о себе правду, рано или поздно, нужно решиться. Конечно, есть вопрос пропорции правды о себе и о других. Этот вопрос спорный. Может быть, это единственная вещь, когда я полностью писала, что хотела, - призналась в интервью порталу rus.err.ee Елена Скульская.

"Черта дозволенного" проведена зримо на обложке книги издателем в виде предупредительно-запретительного знака "18+". Что резонирует с подзаголовком "Детский роман".

Цитата жизни

"И в сказке и в романе есть масса детских объяснений", - это из самого романа. "Так споткнулось мое детство, осеклось навсегда". И еще несколько цитат из романа и жизни Елены Скульской.

"...сказок я боялась до дрожи. Некрасивость может быть только промежуточной стадией, временным испытанием, как в "Гадком утенке", а потом должна наступить красота; но в старости она никак наступить уже не может, а потому старухи выметаются из жизни".

"Папа до сих пор мне снится. Мы встречаемся с ним в одном и том же переулке у табачного киоска. Он бродит там безо всякого дела. На нем тот же костюм с нафталинным запахом валидола. В кармане пиджака у него мы забыли монетку. Он не знает, что я бросила курить, и бережет монетку на случай, если мне не хватит на сигареты".

"В шестьдесят лет я купила себе шапку, в которой ходили девочки в детском саду: такой большой пушистый меховой шарик с длинными завязками, а на концах завязок – помпончики; огромный круглый шар из чернобурки, ходить в нем невозможно – жарко, он лежит дома, похожий на жирного кастрированного кота".

"Почти не осталось людей, называющих меня Лилей, я стала Еленой для эстонцев и Еленой Григорьевной для русских".

Анекдот жизни

В прозе Скульской непременно присутствуют анекдоты. И они естественно вписываются в ее повествования. Анекдот — понятие растяжимое.

"Елена Григорьевна? Это я, Сережа Воронов из поселка Румму. С усиленного. Освободился. Вы, когда у нас выступали, советовали начать новую жизнь. Я ваши стихи полюбил: видно, вы тоже не сладко пожили. Мне первый день свободы надо с хорошим, чистым человеком провести. Я к вам сейчас приеду (помолчав) без сексуальных намерений".

"Вчера пришел мастер и снял унитаз с насиженного места".

Есть и чистый анекдот: "Из всех букв алфавита твердо выговаривал только мягкий знак".

Елена Скульская пояснила в интервью, что не сочинила специально ни одного анекдота, а про буквы было сказано ею на самом деле в каком-то карикатурном запале. Студенческая жизнь в Тарту родила и такой анекдот: "Филфак пьет? – переспрашивал Лотман, - Господа, это невозможно! Нет, конечно, есть такой образ жизни, Пьер Безухов, Долохов, стоять с бутылкой на подоконнике. Но это свидетельство определенного интеллектуального уровня…".

Этот "юбилейный роман", пусть он по названию и "мраморный", вовсе не мемуарный, как окрестили его некоторые рецензенты. Может, Исповедь. Может, Покаяние. Может, Откровение. Возможно, все вместе взятое. Чего тут препарировать. Рукописи не сдашь в стеклотару, как говаривали раньше студенты-филологи.

* * *
Шутки шутками, а юбилей по расписанию!

С новым днем рождения, Лиля, Елена, Елена Григорьевна!!! С новой книгой!



Сергей Маковецкий

Сергей Маковецкий о "Зеленых котах": картина должна дойти до россиян

Исполнитель одной из главных ролей в фильме Андреса Пуустусмаа "Зеленые коты", премьера которого состоялась сегодня в Таллинне в рамках кинофестиваля PÖFF, российский актер Сергей Маковецкий отказался прогнозировать перспективу проката картины в России, хотя сам убежден, что она должна дойти до россиян.

Мнение / Интервью
Лидер соцдемов Евгений Осиновский надеется, что его партия как минимум не утратит былых позиций.

Осиновский: политика гражданства полностью провалилась

Председатель Социал-демократической партии Эстонии Евгений Осиновский заявил на Международной конференции по теме интеграции в Таллинне, что политика гражданства Эстонии полностью провалилась.

Арне Микк

Арне Микк поставил в Москве оперу об отношениях Троцкого с семьей мексиканских художников

В Москве на сцене Камерного музыкального театра прошла премьера необычной оперы под названием "Диего и Фрида". Сюжет построен вокруг взаимоотношений мексиканских художников Диего Риверы и Фриды Кало со Львом Троцким и его женой Натальей Седовой. Постановщиком выступил известный эстонский режиссер Арне Микк.

ERR kasutab oma veebilehtedel http küpsiseid. Kasutame küpsiseid, et meelde jätta kasutajate eelistused meie sisu lehitsemisel ning kohandada ERRi veebilehti kasutaja huvidele vastavaks. Kolmandad osapooled, nagu sotsiaalmeedia veebilehed, võivad samuti lisada küpsiseid kasutaja brauserisse, kui meie lehtedele on manustatud sisu otse sotsiaalmeediast. Kui jätkate ilma oma lehitsemise seadeid muutmata, tähendab see, et nõustute kõikide ERRi internetilehekülgede küpsiste seadetega.
Hea lugeja, näeme et kasutate vanemat brauseri versiooni või vähelevinud brauserit.

Parema ja terviklikuma kasutajakogemuse tagamiseks soovitame alla laadida uusim versioon mõnest meie toetatud brauserist: