Ратас: к кризису никто никогда не готов, но из него можно вынести уроки ({{contentCtrl.commentsTotal}})

Юри Ратас посетил острова Сааремаа и Муху.
Юри Ратас посетил острова Сааремаа и Муху. Автор: Коммуникационное бюро правительства.

Правительство Эстонии вынесло уроки из кризиса, вызванного распространением коронавируса, и готовится в возможной второй вспышки заболеваемости с учетом имеющегося опыта.

Премьер-министр Юри Ратас в интервью Радио 4 рассказал об извлеченных уроках, о поправках в закон о чрезвычайной ситуации, правах Департамента здоровья, экономических мерах помощи и сокращающихся резервах.

- Все мы ждем, что в понедельник чрезвычайное положение будет отменено.

- Действительно, по состоянию на сегодня, к понедельнику чрезвычайное положение должно завершиться. Я хочу завершить чрезвычайное положение, но тут один большой вопрос. Вопрос в том, что если чрезвычайное положение завершится, то каковы те юридические и законодательные основы, чтобы определенные ограничения можно было бы применять и дальше. Например, я имею в виду ограничения, которые связаны с проведением публичных мероприятий. Мы в правительстве решили, что в июле и августе они будут разрешены - тысяча человек на улице и половина обычной заполняемости зала, но не более 500, когда речь идет о помещении. Также 14-дневный карантин для прибывающих в Эстонию. Все эти ограничения нуждаются в юридических основаниях. И если чрезвычайное положение завершится, то действующий закон не разрешает продлевать ограничения. В среду Рийгикогу приняло законопроект №165SE, но важен не его номер, а то, что он создает законодательную основу, которая позволяет нам на уровне правительства применять общегосударственные решения. Например, о том, что ночные клубы должны быть закрыты. Мы впервые находимся в ситуации чрезвычайного положения, когда у нас есть руководитель чрезвычайного положения. И выходить из этой ситуации значительно сложнее. Поэтому, я считаю, дополнить закон было необходимо. Рийгикогу проделало хорошую работу, приняв его.

- В понедельник сложилась уникальная ситуация: в закон вошла одна поправка от Реформистской фракции, которая предусматривает, что часть полномочий правительства перейдет к Департаменту здоровья. При этом были отклонены другие поправки, в том числе о сроке действия этих полномочий. За первую поправку голосовали депутаты от EKRE и Центристской партии.

- Поправка Партии реформ не меняет взаимоотношений правительства и народа, но меняет взаимоотношения правительства и Департамента здоровья. Если раньше правительство могло отдавать распоряжения Департаменту здоровья, то поправка предусматривает, что правительство не может этого делать, а Департамент здоровья может отдавать распоряжения различным учреждениям по всей Эстонии. Другой вопрос - вторая поправка, которая говорит, что если Департамент требует исполнить распоряжение незамедлительно, то правительство может сказать, что можно отложить. По-моему, неразумно, когда в чрезвычайной ситуации один департамент, о существовании которого до кризиса многие вообще не слышали, вдруг начнет координировать всю жизнь в Эстонии: какие концерты, какие соревнования проходят, какие клубы, какие СПА открыты, что с правилом 2+2, что с карантином. Я считаю, что никто никогда не продумывал ситуацию с этой точки зрения, потому что сама ситуация нова для всего мира и для Эстонии. Я думаю, что возлагать всю ответственность на один департамент неразумно. И в этом смысле новый закон, даже с поправкой, дает возможность правительству принимать решения. Ответственность несет премьер-министр и правительство. Это ясно, мне не на кого переложить эту ответственность. Мне доверили быть руководителем чрезвычайного положения, когда мы в него вошли, нужно было очень быстро вводить очень много ограничений, и я думаю, что выходить будет сложнее, снимать ограничения будет сложнее, но нужно нести эту ответственность.

- Судя по тексту этого закона, чрезвычайная ситуация будет длиться достаточно долго.

- По закону, вводить и отменять чрезвычайную ситуацию может департамент, таких департаментов около семи. В компетенцию правительства сегодня не входит решать, есть ли у нас сегодня чрезвычайная ситуация или ее больше нет. Если чрезвычайное положение завершится, Департамент здоровья сможет решать - действует ли чрезвычайная ситуация или у нас обычная ситуация. И я думаю, это еще одна причина, почему мы в будущем должны посмотреть на законодательную сторону. Возможно, действительно, на основании эпидемиологических показателей мы можем решить, что чрезвычайной ситуации сегодня нет. Новых covid-позитивных прибавляется не так много, специальные отделения больниц пустеют. Нагрузка на отделения интенсивной терапии уменьшается. Кривая показателей заражения ползет вниз. Однако в этой ситуации есть не только медицинский, но и финансовый, и экономический аспекты. Мы должны думать о будущем. Все говорят о второй волне. Мы не знаем - это будет цунами или просто волнение, но ясно, что если не появится вакцины, то, с большой долей вероятности, коронавирус рано или поздно вернется в Эстонию.

- По сути, это означает, что Департамент здоровья сможет неограниченно вводить карантины, закрывать бизнесы, города и так далее?

- Да, это и есть спорный момент. Часть юристов говорит, что Департамент здоровья может это сделать. Другие 50% юристов, в свою очередь, утверждают, что у него нет таких полномочий. Законопроект 165SE как раз и вносит юридическую ясность, говоря, что правительство в тех случаях, когда речь идет о ситуации, сильно влияющей на общество, экономику и касающейся более, чем одного самоуправления (в Эстонии всего 79 самоуправлений), может принимать такие решения. Это вносит правовую ясность. Решение может принимать департамент, но может и правительство, если оно того желает. А если мы говорим об общегосударственном влиянии, то каждый раз не имеет смысла вводить чрезвычайное положение. Чрезвычайное положение не является чем-то очень положительным, я тоже чувствую, что общество хочет от него избавиться, и это вполне справедливое желание. Но если у нас в другом положении нет законных возможностей, то это может стать проблемой. Теперь такая возможность появится у правительства. Именно у правительства.

- У многих негодование вызывает положение, по которому Департамент здоровья получит право проводить обыски помещений. Это действительно так?

- Да, идея в том, что Департамент здоровья действительно может отдавать определенные распоряжения. Так же, как в законе о спасательной службе такая возможность предусмотрена для Спасательного департамента. Департамент может отдавать распоряжения на счет проведения обыском компетентным учреждениям. По-моему, именно поэтому важно, что закон дает правительству право сказать свое слово. Не может быть так, что 15 министров за столом исполняют чисто рекомендательную функцию, а Департамент здоровья организует всю эстонскую жизнь в ситуации, имеющей такой большое влияние. Это никогда так не задумывалось. Мы - демократическая страна, у нас проходят выборы в Рийгикогу, на основании выборов складываются коалиция и оппозиция, формируется правительство и возникает ответственность. Я помню ID-кризис 2017 года, тогда тоже были споры о том, кто должен отвечать, кто должен пойти на пресс-конференцию, чтобы об этом заявить. Тогда я сказал: "Я, как премьер-министр, кто же еще!" ID-кризис касался 600 000-650 000 человек и мог бы коснуться 1,3 миллиона, если бы все цифровые функции ID-карт пришлось закрыть.

- Давайте поговорим о том, какие уроки вынесло правительство за эти два месяца кризиса.

- Я думаю, первый урок заключается в том, что у нас должно быть больше средств индивидуальной защиты. Как мы увидели, в какой-то момент это было самой большой проблемой. Сегодня ситуация намного лучше, но мы не можем сказать, что проблема полностью решена. Я хочу, чтобы у государства появился центральный резерв средств индивидуальной защиты, которых хватит как минимум на два месяца. Сегодня запаса масок-респираторов FFP3 хватит на 31 день, масок FFP2 - на 25 дней, хирургических масок - на 35 дней, бахил - на 66 дней, защитных костюмов - на 59 дней.

Второй урок - лекарства, их доступность и запас. Третий урок - продукты. Чтобы у нас в Эстонии была обеспечена безопасность поставок продуктов. Четвертый урок - если снова нам придется вводить ограничения, необходимо обеспечить плановое лечение. Ничего не поделаешь, очереди на лечение выросли, и это факт. Плановое лечение, по-моему, не стоит полностью и повсеместно закрывать. Оно должно быть разрешено, а значит нам должно хватить знаний, чтобы организовать так называемые чистые от COVID-19 зоны.

Следующее - как в будущем быстрее налаживать работу больниц и отделений для covid-позитивных. Сейчас у нас есть проект, который позволяет в случае надобности быстро развернуть две больницы примерно на 600 мест. Одна больница может расположиться в спортхолле "Калев". Еще один урок - возможность локально изолировать очаги заражения. Если, фигурально выражаясь, где-то в Мустамяэ в многоквартирном доме возникла вспышка инфекции, то не нужно закрывать весь Таллинн, вместе с Ласнамяэ, Нымме, Пирита и так далее. Что-то подобное имело место в Тарту. Когда в общежитии на Раатусе, 22 случилась вспышка, то рассматривался вопрос о закрытии всего Тарту. Так что проблема в Мустамяэ не должна означать закрытие Сааремаа.

- В течение этого времени стоял вопрос и о полном закрытии двух материковых регионов: Вырумаа и Ида-Вирумаа. У Эстонии вообще достаточно ресурсов, чтобы осуществить это?

- Оба вопроса обсуждались во время кризиса. Если закрытие Ида-Вирумаа обсуждалось вскользь, то вопрос с Вырумаа рассматривался серьезно, поскольку обстановка в Выру была очень серьезной. В какой-то момент Вырумаа был на втором месте. Ресурс, чтобы закрыть один уезд, у нас есть. Сааремаа закрыть легко, поскольку между ним и материком - море. С Вырумаа нас связывает множество шоссе, дорог, небольших лесных дорог. Силы и ресурсы, чтобы это сделать, у нас есть, но это очень дорого и трудозатратно. В какой-то период времени мы можем задействовать Департамент полиции и погранохраны, мы можем позвать на помощь Кайтселийт, но слишком долго это продолжаться не может. Эстония не была в полном карантине из-за коронавируса. Продуктовые и строительные магазины, общественный транспорт работали, люди могли передвигаться, многие ходили на работу. Мы не полностью остановили жизнь общества, и, в конечном итоге, это оказалось оправданным решением, поскольку мы вышли из чрезвычайного положения.

- Министр обороны Юри Луйк заявлял, что Эстония по-прежнему не готова к кризисам. Прежде всего это касается системы гражданской обороны. Например, мы не готовы к химической аварии. Это действительно так?

- К кризису никто никогда не готов. Вряд ли мы можем утверждать, что мы полностью готовы к названным кризисам. Когда я был вице-мэром и мэром Таллинна, то в заголовках новостей ежегодно писали, что снег, как всегда, выпал неожиданно. Если мы говорим о кризисах, то к коронавирусу не был готов целый мир, включая Эстонию. Из кризисов извлекается много уроков. Например, после шторма в Вырумаа мы знаем, что нам нужно больше электрогенераторов, нам нужно обеспечивать мобильную связь.

- По поводу средств индивидуальной защиты. Мы видим, что значительная часть этого заказа к нам пока не поступила. Это первое. И второе: готово ли правительство дополнительно инвестировать огромные суммы, чтобы у нас появился существенный запас средств защиты?

- Цены на средства индивидуальной защиты на мировом рынке выросли в разы, если не в десятки раз. Можно упрощенно сказать, что объем, в котором нуждается публичный сектор Эстонии, в том числе больницы, дома социального попечения, в ситуации, когда цены и эпидемиологическая обстановка были на апрельском уровне, в месяц составляет около 15 млн евро. Сюда не входит частный сектор. Как я сказал, государственный запас должен быть на два месяца и у больниц, и у домов социального попечения, и у полиции и погранохраны, и у магазинов. Но средства индивидуальной защиты сейчас очень дороги.

- То есть нам необходимо 30 миллионов евро?

- Если мы говорим о двух месяцах, то это 30 миллионов.

- Это решение уже принято?

- Мы обсуждали это, я сделал соответствующее предложения, и министр социальных дел должен вынести план готовности к следующей волне на рассмотрение правительства до конца мая. Средства индивидуальной защиты - это одна из его составляющих.

- Вы общаетесь с руководителями европейских стран. Что они говорят по поводу перспективы открытия границ. Мы слышали, например, что Испания до конца года не согласна принимать туристов. Что происходит на сегодняшний день?

- Да, я думаю, что это один из уроков, который мы должны извлечь из кризиса. В начале кризиса со стороны Европейского союза не было достаточно четкой координации, и многие государства исходили в решениях из своих потребностей. С одной стороны, это понятно. С другой стороны, можно было все-таки больше координировать предпринимаемые шаги. Как это делается сейчас, при выходе из кризиса. Конечно, каждая страна может сказать, что до конца августа туристов не ждет. Но все же на тех трех или четырех саммитах Европейского союза, которые состоялись посредством видеомоста и при моем участии, звучало не это. Говорилось о том, что нам нужно начинать координированное открытие границ. Достигнутые нами соглашения с Финляндией, а также Латвией и Литвой говорят о том, что, если проявить инициативу, это реально возможно.

- Шенгенская зона будет снова открыта в этом году?

- Если нужно ответить "да" или "нет", то мой ответ: "да, откроется". Другой вопрос - когда. Сейчас решено продлить ограничение на передвижение на границах с третьими странами на месяц. Первый срок был до 15 мая, теперь - 15 июня. Поскольку распространение вируса снижается, то появляются возможности для открытия границ. При этом следует учитывать большое "но": вопрос, когда нам следует ожидать новой волны. Надеюсь, что этого не произойдет, и вирус все-таки пройдет.

- Вы уже упомянули, что осенью возможна вторая волна эпидемии. Насколько вероятно, что европейские страны снова закроются и уйдут на карантин?

- Теоретически возможно, что при новой вспышке вся Европа вновь закроется. Все сводится к вопросу, как долго выдержат экономика и бюджеты государств. Также это означает, что новому удару подвергнутся социальная сфера, здравоохранение и так далее. Сегодня есть надежда на то, что мы все-же выйдем из кризиса с минимальными потерями, экономика оживится, люди вернутся на работу, зарплаты восстановятся. Именно такой сценарий лежит в основе решений нынешнего правительства, которым запущены меры поддержки из Кассы по безработице, KredExа, Фонда содействия развитию предпринимательства. Тем самым мы стараемся дать предприятиям сигнал: продолжайте деятельность, сохраняйте рабочие места, не сокращайте людей.

- Вы уже заявляли, что поддерживаете идею о продлении помощи работникам простаивающих предприятий до конца июня. При этом министр социальных дел Танель Кийк говорил, что резервы Кассы страхования от безработице подходят к концу.

- Говоря о компенсации заработной платы, которую можно получить за счет резерва Кассы страхования от безработицы, и продлении ее выплаты, следует отметить, что эта мера очень эффективная. Для тех людей, которые не могли ходить на работу, но не потеряли рабочего места, или чьи зарплаты понизились. То есть для большей части жителей Эстонии. В апреле сумма выплат составила 117 миллионов евро. В марте она достигла 20 миллионов. Так что можно предположить, что к концу мая, когда срок действия нынешней меры истечет, весь бюджет - 250 миллионов евро - будут израсходованы. Останется еще порядка 43 миллионов евро. Я в любом случае поддерживаю продление меры и на июнь, но на более строгих условиях. Можно ожидать, что, если сегодня компенсация может составлять 70% от зарплаты и быть в размере от 584 до 1000 евро, то в дальнейшем компенсируемая часть зарплаты может уменьшиться. Так можно будет оказать поддержку еще прицельнее - помочь именно тем, кто действительно нуждается в помощи.

- Сколько у нас осталось средств в резервах?

- Понятно, что резервы уменьшаются. Они и были накоплены в хорошие времена для того, чтобы мы ими воспользовались в плохие времена. Сегодня у нас есть резервы, и уровень долгового бремени низкий. За счет дополнительного бюджета доля займов возрастет до 15-16%, но и при этом она скорее всего останется самой низкой в Европейском союзе. Так что в финансовом отношении Эстония является надежным партнером, и различные финансовые инструменты нам позволительны.

- Правительство собирается просить о выделении финансовой помощи из фондов ЕС?

- Эстонии как государству, экономика которого сравнительно мала, очень важно восстановление Европы в целом. Поэтому мы выступаем за то, чтобы в рамках следующего бюджетного периода, так называемого MFF, был создан фонд перезапуска экономики. Во вторник правительство поручило министерствам финансов и социальных дел подать заявку на выделение из Фонда солидарности Европейского союза денег для покрытия расходов на чрезвычайную ситуацию в области общественного здравоохранения, вызванную COVID-19. Заявку следует подать в Европейскую комиссию не позднее 4 июня. В заявке должны быть указаны все расходы, связанные с чрезвычайной ситуацией в области здравоохранения, которые несет государство, на основании чего рассчитывается возможный размер поддержки в Эстонии. Европейская комиссия оценивает заявки стран-членов ЕС так, чтобы было обеспечено равноправие.

- О каких суммах идет речь?

- Думаю, что любая сумма, названная сегодня в эфире, будет всего лишь очень смелым предположением.

- Тем временем мы слышали о выделении государственной поддержке в размере 100 миллионов евро частной компании Tallink. Чем вы руководствовались при принятии этого решения, и кого еще правительство готово поддержать?

- От деятельности Tallink зависит благосостояние многих семей, думаю, тысячей. Предприятие является одним из тех моторов, при помощи которого можем перезапустить экономику Эстонии. Значит, если дела у предприятия пойдут плохо, то это скажется негативно на многих семьях и экономика Эстонии не будет быстро восстанавливаться. Что сделало правительство? Правительство утвердило основные условия оборотного займа транспортной группы Tallink Grupp, что позволяет компании покрывать операционные расходы в этом году. Кредит составляет 100 миллионов евро, он дан на три года и должен быть погашен одним платежом в конце срока.

- Как вы оцениваете состояние экономики? Каковы последние прогнозы?

- Если анализировать состояние экономики, то оно, безусловно, очень сложное. Налогов поступает значительно меньше, чем прогнозировалось осенью 2019 года. И это понятно. Весенний экономический прогноз показал, что спад может составить 8%. Новый прогноз появится в августе, правительство обсудит его в сентябре. Предполагаю, что за счет марта, апреля и мая придется сократить расходы и в бюджетах общественного сектора на 2020 год. Бюджет 2021 года начнем составлять в сентябре на основе летнего экономического прогноза.

- При этом министр финансов Мартин Хельме заявил, что второго дополнительного бюджета может и не быть.

- Сокращение расходов ввиду ситуации в марте, апреле и мае можно произвести на основе постановления министра финансов. Решения, будет ли второй дополнительный бюджет, на данный момент еще не принято. Мы не знаем, как будет развиваться ситуация с распространением коронавируса, а она влияет на дальнейшие решения. 

Редактор: Ирина Киреева

Источник: Радио 4

Hea lugeja, näeme et kasutate vanemat brauseri versiooni või vähelevinud brauserit.

Parema ja terviklikuma kasutajakogemuse tagamiseks soovitame alla laadida uusim versioon mõnest meie toetatud brauserist: