Мария Унт: Нелегкая судьба кадриоргской виллы "Мон Репо" ({{contentCtrl.commentsTotal}})

Кадриорг.
Кадриорг. Автор: Мария Унт

Несколько лет назад мне пришла в голову идея посетить популярный фестиваль "Свет шагает" в Кадриорге. Насладившись яркими инсталляциями, я решила прогуляться по парку и дойти до места, хорошо знакомого с детства: до старого, деревянного дома, находящегося по адресу Нарвское шоссе 92. Каково же было мое удивление, когда вместо ветхого, забытого всеми особняка меня встретила яркая, отреставрированная вилла, свет из окон которой освещал милый садик, расположенный возле дома. "Ничего себе!" — только и смогла подумать я, глядя на новомодный ресторан "Мон Репо" (Mon Repos).

Я уехала из Эстонии довольно давно, и все годы, что не жила на родине, мало интересовалась жизнью Таллинна, и тем более судьбой старой виллы в Кадриорге. Тем не менее, обновленный вид особняка словно запустил некий механизм в моей голове, и картинки из прошлого тут же замелькали перед глазами: мы с родителями едем навестить бабушку, мать отца, живущую в Кадриорге, в небольшой квартирке на первом этаже старого дома. Дом казался мне тогда угрюмым и таинственным одновременно. Ребенком я никогда не задумывалась о том, что у этого здания есть история, причем, довольно интересная.

Мне он всегда представлялся самым обычным домом, где жили самые обычные люди, а ведь у виллы, которая с 1997 года охраняется государством как памятник старины, была своя жизнь со своими взлетами и падениями.

Кадриорг XIX века славился своим парком, купальнями, лечебными заведениями и домами отдыха. Такое времяпревождение могли позволить себе только обеспеченные люди — сливки петербургского и московского обществ. Так что вилла "Мон Репо", что в переводе с французского означает "Мой отдых", строилась как дачный дом отдыха для зажиточных господ. К сожалению, информация о ее архитекторе не сохранилась. Однако данная постройка с элементами неоренессанса и неоготики является типичной для того времени. Когда-то из окон второго этажа башенки виллы можно было увидеть море, но, забегая вперед, скажу, что сейчас новостройки скрыли залив, хотя деревьями Кадриорга полюбоваться еще можно.

Кадриорг. Автор: Мария Унт

В 1921 году дом принадлежал семье Садовских, которые решили превратить виллу в роскошный ресторан с кабаре. И им это действительно удалось: ресторан "Мон Репо" стал популярным местом среди местной и иностранной элиты. В нем выступали известные певцы того времени, проводились карнавалы и танцевальные вечера. Меню ресторана также отличалось изысканностью и шиком. За него отвечал шеф-повар Александр Паалберг, учившийся при дворе императора Российской империи. На роль бармена пригласили итальянца, работавшего ранее в лондонском отеле "Савой" (Savoy).

Красивая жизнь обходилась недешево и, несмотря на популярность места, ресторан оказался в плачевном финансовом положении, посему на втором этаже дома открыли казино. Однако и оно просуществовало недолго и в 1922 году закрылось после очередного рейда полиции. А между тем, деньги там вертелись немалые, а игроки были не из простых смертных. Из новостной сводки 1922 года следует, что в казино были замечены как эстонские, так и российские деятели культуры и бизнеса, некоторые из которых проигрывали вплоть до двух миллионов эстонских марок. Ходили слухи и о том, что ресторан и казино были отличным местом для шпионов тех дней. Там они могли раздобыть необходимую информацию у политиков, дипломатов и иностранцев, заглядывавших в "Мон Репо" на огонек.

Скандалы и денежные неурядицы привели к закрытию ресторана "Мон Репо". В скором времени в этом же доме открылся новый ресторан, но уже с другим названием — "Эспланада" (Esplanade). Помимо названия сменились и владельцы ресторана, а к меню от Паальбера добавились местные вина и ликеры. Точно неизвестно, как долго просуществовала "Эспланада", но популярность заведения постепенно падала, равно как и качество предлагаемых в нем блюд.

Что происходило со зданием до начала советской эпохи на территории Эстонии, мне выяснить не удалось, но с этого периода начинается связь моей семьи с этим домом.

Закончив Ленинградское мореходное училище, мой отец в конце 60-х годов ХХ века по распределению попал в Эстонию, где какое-то время работал стивидором в столичном порту. Быстро продвигаясь по карьерной лестнице, он получил квартиру в доме на Нарвском шоссе. Тогда он, конечно, не знал, что дом, где ему предстоит провести большую часть молодости, имел некогда богатую и яркую историю. Ведь в советские годы здание уже переделали в квартирный дом: залы поделили на квартирки, а от некогда роскошного декора и внутренней отделки не осталось и следа. И все же для молодого человека тех лет отдельная однокомнатная квартира в Кадриорге являлась чуть ли ни пределом мечтаний.

В доме работал водопровод, но в квартирах душа не было, и жильцы ходили мыться в баню, расположенную неподалеку. В холодное время года топили дровами, позже — торфяным брикетом, а на кухне пользовались газовыми баллонами. Отцовская квартира состояла из небольшой кухни и спальни. Для избалованных современными условиями проживания людей такая квартира могла бы показаться весьма далекой от понятий "комфорт" и "уют", но в то время люди были проще, и радовались даже таким незамысловатым условиям.

Из открытых окон виллы "Мон Репо" больше не доносились ароматы изысканных блюд и звуки живой музыки кабаре, но застолья, песни и прочие радости молодости никто не отменял. У отца часто собирались гости: друзья с работы, знакомые по партии, родственники и бывшие одноклассники.

А если в квартире не сиделось, то всей компанией шли веселиться в ресторан "Кадриорг", он же "Черный лебедь", находившийся за виллой "Мон Репо". К сожалению, я не застала этот легендарный ресторан в его первозданном виде, я видела только переделанный в 1990-ые годы одноименный торговый центр.

Кадриорг. Автор: Мария Унт

Время летело, и отец получил квартиру в новостройке, а в дом на Нарвском шоссе переехала его мать – моя бабушка. Несмотря на преклонный возраст, она продолжала работать, самостоятельно топила печь, ходила в баню и гуляла по парку. На месте нынешней летней террасы ресторана стояли тогда небольшие сторожки жителей дома, где и моя бабушка хранила поленья, ведра и прочую необходимую утварь.

Почти каждые выходные моего детства мы навещали ее и помогали по дому. Так продолжалось до середины 1990-х годов. А через несколько лет после вступления в силу закона о реституции неожиданно выяснилось, что у дома есть владельцы. И эти владельцы хотели, чтобы все жильцы покинули виллу. Моя бабушка оставалась в доме до последнего момента, это дало отцу время на поиски выхода из сложившейся ситуации. Множество писем, документов, бесконечные переговоры с представителями наследников вилы (самих наследников, которые жили за границей, мы никогда не видели) дали результат: бабушка получила однокомнатную квартиру в другом районе города.

На этом связь нашей семьи с домом в Кадриорге прервалась, а сама вилла опустела. С каждым годом она выглядела все печальнее. Я тогда никак не могла взять в толк: если дом так хотели вернуть наследники, то почему они не отреставрировали его? Почему столь красивое здание разрушается и умирает прямо на глазах у города?

Кадриорг. Автор: Мария Унт

Ответов на эти вопросы я так и не получила, но позже узнала, что в начале XXI века здание перешло в собственность фирмы NG Eesti, выкупившей также  недвижимость, где некогда располагался ресторан "Черный Лебедь".

В 2008 году здание "Черного Лебедя" снесли и начали строить новый комплекс жилых квартир и бизнес-площадей. Таллинн одобрил этот проект взамен на обязательство фирмы отреставрировать виллу "Мон Репо".

Строительство комплекса шло полным ходом, но про "Мон Репо", казалось, забыли. Дом все также ветшал и буквально рассыпался. Однако в 2011 году после нескольких напоминаний и штрафных санкций от города восстановление виллы все же началось. К 2016 году реставрация завершилась, и ресторан "Мон Репо" вновь открыл свои двери для посетителей. Сейчас это заведение пользуется большой популярностью как у местных жителей, так и у туристов.

Кадриорг. Автор: Мария Унт

Сходила в ресторан и я, заранее попросив столик слева у окна, ведь именно здесь располагалось окно квартиры моей бабушки. Странно было сидеть в помещении, где некогда стояли кровать, диван, шкафы, а сейчас расположились ресторанные столики и стулья. Необычно было и смотреть из окна на ухоженную террасу, а не на покосившиеся сарайчики. Удивительно, как новое буквально поглощает старое, превращает воспоминания в мираж, в реальность которого верится с трудом.

Но радует то, что дом спасен и отреставрирован. Он не разрушился и не сгорел, как некоторые его ровесники и соседи. Он все еще стоит в Кадриорге. А пока он там, будут существовать и добрые воспоминания о днях моего детства, о людях, которых уже не вернуть, но которые навсегда останутся в моем сердце.

Кадриорг. Автор: Мария Унт

Статья Марии Унт была первоначально опубликована на портале kultuur.info в серии "40 историй об эстонской культуре".

Редактор: Дина Малова

Источник: kultuur.info

Hea lugeja, näeme et kasutate vanemat brauseri versiooni või vähelevinud brauserit.

Parema ja terviklikuma kasutajakogemuse tagamiseks soovitame alla laadida uusim versioon mõnest meie toetatud brauserist: