Маарья Кярсон: в какой степени государство может вмешиваться в семейную жизнь?

$content['photos'][0]['caption'.lang::suffix($GLOBALS['category']['lang'])]?>
Маарья Кярсон. Автор: Sotsiaalministeerium

Кто вообще может сказать, как воспитывать детей – когда ответственность должен нести родитель, когда должно вмешиваться государство и как это сделать с учетом интересов обеих сторон, пишет Маарья Кярсон.

По состоянию на этот год в Эстонии живет примерно 258 000 детей, это 19% от всего населения. Вместе с родителями семьи с несовершеннолетними детьми составляют примерно половину общества. Плюс семьи, дети в которых достигли совершеннолетия, но радости и тревоги воспитания в них еще не забыты. Поэтому вопросы относительно благополучия детей вызывают в обществе и СМИ отклик – они касаются эмоций людей.

Эти вопросы становятся особенно эмоциональными, когда люди ощущают чрезмерное или необоснованное вмешательство государства в семейную жизнь и право родителей воспитывать своих детей. По большей части негодование направлено на специалистов по защите детей, иногда на суд, который в рамках своих служебных обязанностей выносит касающиеся ребенка или семьи решения.

Кроме того, хватает случаев, когда родители, наоборот, требуют от государства вмешательства в свою семейную жизнь. Например, после развода многие родители не могут договориться в вопросе воспитания или содержания детей. Ежегодно для разрешения касающихся детей вопросов в суд обращаются примерно 4000 человек.

Такие споры не всегда ограничиваются судебным разбирательством, а могут продолжиться фазой исполнения судебного решения. О помощи государства могут попросить и в том случае, когда родители не могут договориться, например, о том, как разделить между собой семейные пособия. В описанных случаях родители ожидают, что государство защитит их интересы (и таким образом интересы их детей) и скажет, как родителям следует использовать их права и обязанности.

При обеспечении прав и благополучия детей, согласно Конвенции ООН о правах ребенка и Закона о защите детей, основную ответственность несет семья. Принципы защиты семьи прописаны в § 27 Конституции, среди прочего там сказано, что у родителей есть право и обязанность воспитывать своих детей и заботиться о них. В том же параграфе говорится о защите родителей и детей.

Последнее, согласно объяснению канцлера права, означает право государства принимать законы, гарантирующие выполнение родительских обязанностей и защищающие детей от нарушения этих обязанностей со стороны родителей.

Таким образом, пункт 4 § 27 Конституции подразумевает субъективное право обладателя основного права – как родителя, так и ребенка – на защиту со стороны государства. Но что если основные права ребенка и родителя противоречат друг другу и защита прав ребенка возможно только ценой нарушения прав родителя? Как далеко может зайти государство – то есть что позволено обществу – при обеспечении прав и благополучия ребенка, если они противоречат воле родителей?

Вероятно, никто в Эстонии не будет спорить, что оставленный без элементарной заботы или страдающий от насилия ребенка нуждается в государственной защите жизни и здоровья, независимо от мнения родителей. Все усложняется, когда речь идет о заботливой, на первый взгляд, семье, но родители, к примеру, не согласны следовать единогласным советам врачей при лечении опасного для жизни ребенка заболевания.

Более того, успех лечения может составлять 50%, но ему сопутствуют тяжело переносимые ребенком побочные эффекты. Кто в таком случае должен решать и отвечать за жизнь и здоровье ребенка? Если государство решительно не вмешается, то будут ли в таком случае нарушены конституционные права ребенка?

Ответы на эти вопросы, конечно, зависят от ситуации, возраста ребенка, возможностей родителей и многих других обстоятельств, но в существенной степени также от общественных норм и взглядов в определенное время. Согласно исследованиям эстонское общество сделало многое для того, чтобы люди больше осознавали влияние среды воспитания на благополучие и будущее ребенка и при необходимости поддерживали вмешательство в семейную жизнь с целью защиты детей.

В исследовании о правах ребенка и воспитании от 2018 года говорится о том, что большая часть взрослого населения Эстонии считает вмешательство с целью защиты необходимым, если вред ребенку может причинить родитель. То есть 76% населения считает правильным уведомить службу по защите детей о проблемах в другой семье, а 70% не согласны с утверждением, что детям лучше всего в своей семье, даже если у ее членов серьезные проблемы, например, с алкоголем, наркотиками, они применяют насилие. Две трети (66%) респондентов не согласны с тем, что это родителю решать, как обращаться со своим ребенком.

При этом по сравнению с таким же исследованием от 2012 года резко выросло число тех, кто не считает, что ребенку лучше всего в своей семье – тогда показатель составлял 57%. Соответственно снизилась доля тех, кто всегда считает лучшей средой для ребенка его семью (31% в 2012 году и 20% в 2018 году).

Но как решили бы сами дети, если бы у них спросили?

Мнение было опубликовано в блоге Министерства социальных дел.

Редактор: Евгения Зыбина

Hea lugeja, näeme et kasutate vanemat brauseri versiooni või vähelevinud brauserit.

Parema ja terviklikuma kasutajakogemuse tagamiseks soovitame alla laadida uusim versioon mõnest meie toetatud brauserist: