"Очевидец": чиновники отказываются присвоить личный код детям, родившимся без помощи медиков

Домашние роды без посторонней помощи не запрещены, но с регистрацией ребенка могут возникнуть трудности. Иллюстративная фотография.
Домашние роды без посторонней помощи не запрещены, но с регистрацией ребенка могут возникнуть трудности. Иллюстративная фотография. Автор: Terri Cnudde/Pixabay

Чиновники отказываются присвоить новорожденному личный код, поскольку он появился на свет без вмешательства медиков. Это значит, что ребенок не может получить имя, а его родители – оформить пособия и отпуск.

Катрина и Марит оказались участницами юридического фарса. При рождении их детей не присутствовали поставщики медицинских услуг. Теперь чиновники отказываются регистрировать детей, ссылаясь на то, что нет уверенности в том, что это действительно их дети.

По данным выходящей на канале ETV передачи журналистских расследований "Очевидец", в последние годы в Эстонии было более десяти подобных случаев. Если углубиться в тему, то можно разглядеть за странным противостоянием благие цели. Государство в более широком плане и медицинская система в более узком таким образом пытаются воспрепятствовать потенциально опасным родам без посторонней помощи, но это становится причиной абсурдных проблем.

"Очевидец" изучил подробно истории Катрины и Марит. Для обеих женщин это были четвертые роды. Важно и то, что роды у них начались внезапно и протекали быстро. У живущей за 65 км от Таллинна, в Харью-Ристи Катрины схватки начались ночью 21 сентября. В тот день у нее гостила подруга Кюлли.

"Поехала вечером в гости, мы болтали. И начались роды", – вспоминает Кюлли.

"Я решила никуда не ехать, родить тут, а когда оправлюсь, показаться в Таллинне", – рассказала Катрина. При родах присутствовали подруга и муж. "Потужилась два раза, и он родился, то есть все было очень быстро. Не хотелось бы родить где-нибудь на круговой развязке в Кейла. Все прошло хорошо, я доверяла своему телу, малышу, процессу", – добавила женщина.

Четвертый ребенок живущих между Виймси и Маарду Райнера и Марит (семья пожелала сохранить анонимность – прим. ред.). родился рано утром 4 октября. Ребенок так торопился появиться на свет, что речи о 40-минутной поездке в больницу не шло.

"Он родился неожиданно, я бы при всем желании не успела в больницу. Наш третий ребенок родился практически в машине, и мы решили, что безопаснее для меня и ребенка остаться дома", – вспоминает Марит. – Мы идеально справились. Ребенок был в хорошем тонусе, я себя хорошо чувствовала, мы были спокойны. Ребенок поел и заснул, мы не посчитали необходимым вызывать скорую помощь. Все было мило и спокойно".

Так как обе женщины уже не раз рожали, а их самочувствие было хорошим, то в "скорую" они не обратились. Катрина потом позвонила в Ида-Таллиннскую центральную больницу, в которой стояла на учете во время беременности и проходила последнее перед родами ультразвуковое обследование.

"Сказала, что ребенок родился ночью, сейчас я слабая, но когда восстановлюсь, что приеду с малышом. Сказала, что мне не хочется ехать, и спросила, как поступить. Ответили, что я должна непременно приехать в течение 24 часов, чтобы меня осмотрели. Я спросила, нужно ли взять с собой плаценту, сказали, что не нужно", – продолжила Катрина.

В больнице свидетельство о рождении не дали

Согласно закону в обеих семьях произошли роды без посторонней помощи. Это значит, что при родах не присутствовал поставщик услуги здравоохранения, медики скорой помощи или специализирующаяся на домашних родах акушерка.

Роды без посторонней помощи закону не противоречат. Кроме того, нигде не написано, что рожать нужно непременно в больнице или всегда вызывать скорую помощь. Однако необходимую для регистрации новорожденного бумагу, то есть медицинское свидетельство о рождении может выдать только поставщик услуги здравоохранения.

Представитель Ида-Таллиннской центральной больницы письменно ответил "Очевидцу", что больница не рекомендует в случае внезапных родов спокойно оставаться дома на сутки.

"Я краем уха слышала, что, наверно, нужно съездить в больницу, поскольку только там можно получить медицинское свительство о рождении. Как только мы немного восстановились, то взяли ребенка, плаценту и поехали в больницу", – продолжила свой рассказ Марит.

"Мы с мужем поехали вечером, знали, что тогда там будет дежурный врач и меньше народу. Нас встретил вахтер, он открыл дверь, увидел, что у нас ребенок, поздравил. Мы были счастливы, но затем нас грубо отругали, назвав безответственными родителями", – описала посещение больницы Катрина.

Обе женщины отправились показаться в Ида-Таллиннскую центральную больницу примерно через 12 часов после родов.

Представитель больницы не пожелал комментировать эту историю на камеру и, несмотря на просьбы, оставил большую часть вопросов без ответов, ссылаясь в числе прочего на деликатность личных данных.

Руководитель отдела акушерской помощи ответил письменно, что вся область до сих пор не урегулирована, больница ничего сделать не может, поскольку не заверяла роды. По его мнению, семьи все же должны были сразу вызвать по крайней мере скорую помощь. Хотя бы потому, что некоторые домашние роды заканчиваются плохо. Например, в то время, как родились малыши Марит и Катрины, один ребенок в итоге домашних родов скончался.

Самочувствие Катрины и Марит, а также их детей было в порядке. Казалось, все налаживается.

По словам Марит, в больнице ей показалось, что с регистрацией ребенка проблем не будет: "Несколько раз сказали, что теперь у нас есть эпикриз и с ним нужно пойти в загс или волостную управу, где выдадут личный код. Но это было неправдой", – сказала Марит.

Обеим матерям дали бумаги, но медицинское свидетельство о рождении и личный код ребенка не выдали. В случае Катрины не уточнили, где и каким образом будет выдан личный код, но в эпикризе Марит было четко написано, что код дадут в волостной управе или загсе.

"На следующий день муж позвонил в волостную управу, и начались проблемы. Сразу стало понятно, что этот эпикриз нам не поможет", – рассказала Марит.

Катрина поняла, что столкнулась с проблемой, лишь спустя три дня, во время посещения педиатра.

"Ребенок ведь был такой маленький, я даже имя ему еще не придумала. Мне никто не сказал, куда мне следует обратиться или что в больнице дадут какой-то акт. И когда мы начали этим заниматься, выяснилось, что у нас нет оснований для регистрации ребенка", – вспоминает Катрина.

По словам советника отдела народонаселения Министерства внутренних дел Карин Саан, раз дети родились дома, поставщики услуги здравоохранения при родах не присутствовали, а скорую помощь не вызвали, то в больнице посчитали, что не могут установить связь между матерью и ребенком.

Поскольку рождение ребенка не была согласна подтвердить даже Ида-Таллиннская центральная больница, то еще меньше это были готовы сделать другие учреждения.

"Больница не предъявляла мне подозрений, полицию не вызывала, что это не мой ребенок, меня осмотрели. Написано ведь, что ребенка родила я, что со мной все в порядке. Зачем мне доказывать, что это мой ребенок? Чей же же еще? У нас где-то есть украденные дети, что ли?" – недоумевает Катрина.

"Я понимаю, если бы супруга не была на учете и просто явилась бы в больницу с ребенком. Это было бы подозрительно, но в этой ситуации я не понимаю, чей еще ребенок это может быть или куда тогда делся ребенок, который был в животе?", – добавил Райнер.

Ида-Таллиннская центральная больница хоть и отказалась комментировать конкретные случаи, понятно, что за всем стоит обострившийся в последнее время конфликт вокруг домашних родов. Если до коронавируса в последние годы было 60-100 таких родов, то в прошлом году – уже 124. Большая часть были запланированными, однако ежегодно происходит около 30 родов без посторонней помощи. Ожидается, что в этом году эта цифра увеличится.  

"Когда я начала обзванивать разных чиновников, то нам сказали, что нам следовало заранее подумать, где мы получим бумаги", – сказала Катрина.

В качестве решения проблемы рекомендуют пройти тест на ДНК

Семьи Катрины и Марит считают, что с ними обошлись несправедливо: они справились сами и не потревожили без дела скорую помощь. И даже если бы они были виноваты в том, в чем их подозревают, то есть в родах без посторонней помощи, то закону это не противоречит. Тем не менее их наказывают за это. У малышей по-прежнему нет личного кода, а это значит, что у них нет официальных имен, родители не могут ходатайствовать о пособии на рождение ребенка, записать его в детский сад или оформить отцовский отпуск.

В итоге обеим семьям заявили, что единственный способ решить проблему – обратиться в суд и доказать связь с ребенком при помощи теста на ДНК.

"Это выглядит как наказание. Наказание за то, что мы не использовали медицинские услуги. Я не имею в виду роды, они были незапланированными и слишком быстрыми, чтобы успеть в больницу. Я имею в виду вызов скорой помощи. Это несправедливо", – считает Марит.

"Это был их выбор. Можно безопасно родить и дома, но эту деятельность нужно спланировать", – парировала руководитель сети здравоохранения Министерства социальных дел Хели Палусте.

Катрина принципиально не желает идти в суд: "Почему я должна доказывать в суде, что этот ребенок мой? Он мой. Это вы докажите, что он не мой. Кому нужны доказательства, тот пусть и оплачивает расходы".

В Виймсиской волости семье Марит обещали помочь с составлением судебного иска.

В больницах разная практика

Катрина и Марит возмущены. С одной стороны, ежегодно случаются десятки родов без посторонней помощи, но гайки начали закручивать лишь в последнее время. С другой стороны, кажется, что так поступают только крупные больницы. Например, на домашней странице Вильяндиской больницы написано, что личный код можно получить при обращении в течение 24 часов после рождения ребенка. По данным "Очевидца", так оно и есть.

"Мне потом уже сказали, что нужно было съездить в Ракверескую или Вильяндискую больницу, там, может быть, проблем бы не было. Но я и подумать не могла, что это вообще будет проблемой", – сказала Катрина.

"Есть разные причины, почему в больницах такая практика. Наверно, уместно напомнить основные правила, они четко прописаны в правовых актах: роды дома возможны, с помощью акушерки. И нам бы очень хотелось внушить всем женщинам, которые непременно хотят рожать дома: пожалуйста, проконсультируйтесь с акушеркой, не планируйте роды без посторонней помощи, это очень рискованно как для матери, так и ребенка", – убеждена Палусте.

Оказавшиеся в ловушке семьи называют это бюрократической демагогией: их подозревают, не украли ли они у кого-то детей, в то же время никому неинтересно, что стало с детьми, которых они вынашивали девять месяцев. По закону, ребенка нужно зарегистрировать не позднее чем через два месяца после рождения, но автоматически это не происходит.

"У нас и правда нет системы слежения за беременными. Как правило, речь идет о взрослых и ответственных людях, которые понимают суть ответственности. Но предлагаемые государством пособия и меры помощи все же предполагают, что ребенок зарегистрирован. Не думаю, что детей не зарегистрируют и родители не будут в этом заинтересованы", – заявила Палусте.

"Если местное самоуправление узнает, что в волости или городе живет семья с ребенком, рождение которого не зарегистрировано, но оно этим занимается", – подытожила Карин Саан.

Редактор: Евгения Зыбина

Hea lugeja, näeme et kasutate vanemat brauseri versiooni või vähelevinud brauserit.

Parema ja terviklikuma kasutajakogemuse tagamiseks soovitame alla laadida uusim versioon mõnest meie toetatud brauserist: