Игорь Калакаускас: уроки истории не так легки, как может показаться

Игорь Калакаускас
Игорь Калакаускас Автор: Anna Pavlenko/Raadio 4

Боль и обида, которые сейчас испытывают жители Нарвы, а вместе с ними и некоторые другие русскоязычные жители страны, со временем перестанут быть такими острыми, пишет учитель истории Таллиннской Тынисмяэской реальной школы Игорь Калакаускас.

Хотя я склонен считать, что не было никакой особой необходимости форсировать перенос этого танка. Мне трудно рассуждать на тему того, чем именно так был мил этот танк сердцу нарвитян. Скорее всего, эту привязанность можно объяснить привычкой, у которой не было внятной идеологической составляющей.

Но что сделано, то уже сделано, и вновь бередить эту рану не имеет смысла. Но есть смысл порассуждать на тему Второй мировой войны, ее предыстории и интерпретации. Мне кажется, что мы больше не можем связывать свою национальную идентичность с этим драматическим событием, которое только очень ограниченным людям может представляться как пример борьбы добра со злом. На поверку все гораздо более драматично, подло и безнравственно. И, возможно, проблема в том, что мы не сильно вникали в исторический контекст этой кровавой бойни.

Мы не стали погружаться

В Западной Европе еще в 70-х годах прошлого столетия трезвые головы здраво рассудили, что ворошить страницы трагической летописи Второй мировой войны – это неизбежно сталкиваться с межнациональными и идеологическими конфликтами. Вина руководства некоторых европейских стран в развязывании этой войны иногда совершенно не очевидна. Это потом, по прошествии времени стали понятны стратегические ошибки. Для меня, по крайней мере, ответ ясен: практически все государства как Западной, так и Восточной Европы были втянуты в эту трагедию. И мало кто осознавал всю серьезность ситуации. Это сегодня нам понятно, чем все закончилось, а кто тогда мог предположить даже приблизительно ту цену, которую заплатит человечество?

Как ни странно, но именно нападение России на Украину ярко продемонстрировало, как легко можно придумать повод для войны, как эффективно можно заставить работать машину тотального террора и государственной пропаганды. Чтобы выполнить эту, как нам казалось, невероятно сложную задачу, Путину потребовалось, по сути, десять лет. И это, заметьте, в век общей доступности информации и – до недавнего времени – открытости России всему миру!

Разумеется, мы не можем объективно оценить масштаб реальной поддержки путинской политики. Нет никаких сомнений, что этот гнойник разорвет при малейшем внутреннем потрясении, но на данный момент в России мы имеем послушную массу, которая даже не пытается высказать хотя бы несогласие с избранным политическим курсом. Поэтому меня совершенно не удивляет, что восемьдесят три года назад мало кто в Европе воспринял как начало гуманитарной катастрофы нападение Германии на Польшу.

Русские Эстонии - разменная монета Кремля

Эстонцам, как представителям малочисленной нации, пережившей советскую агрессию в 1939-40 гг., легче осмыслить весь ужас происходящего сегодня. Местные русские, многие из которых воспитаны на культе "Великой Победы", зачастую воспринимают российско-украинскую войну как локальный конфликт славянских народов. Огромную роль в этом восприятии сыграли российские СМИ, которые умело сыграли на чувствах, в том числе, и зарубежных русских. Последние, по сути, в 1991 году были брошены империей на произвол судьбы, оказавшись внутри национальных осколков и вдруг, спустя время, почувствовали себя сопричастными процессу "поднимания с колен" исторической родины, которая охотно попользовалась ими как расходным материалом.

Помимо обид (больше напоминавших месть), которые были нанесены национальными элитами русским, волею судьбы в одночасье превратившимся в иммигрантов, были еще и не вполне внятные месседжи, которые подавали эти элиты "чужакам". Не буду говорить за все республики, но в Эстонии долгое время – целых тридцать лет – к памятникам советским солдатам относились нейтрально. Тот же Андрус Ансип, будучи действующим премьер-министром (и по совместительству бывшим коммунистическим функционером), счел возможным через несколько дней после переноса Бронзового солдата (кстати, в форме красноармейца) появиться на Таллиннском Воинском кладбище со склоненной головой.

В первые годы путинского правления истерия, связанная с победой СССР в Великой Отечественной войне начала стремительно нарастать. И даже после бронзовых событий местные новостные порталы, не видя ничего дурного в том, что тысячи жителей страны устраивали массовые возложения цветов, устраивали 9 мая чуть ли не прямое включение с Воинского кладбища. Делать это власти никогда особо не препятствовали, хотя было совершенно понятно, что акции поминовения погибших все меньше напоминали обычные гражданские поступки – по сути, это были своеобразные "праздники русского непослушания". Это была форма если не протеста, то вполне четкого сигнала. Можно по-разному его истолковывать, однако очевидно, что подтекст был не самым дружественным по отношению к эстонскому государству.

У каждого своя война

Проблему я вижу в том, что мы решили не копаться в истории Второй мировой войны и "передали мяч" российской стороне, которая в итоге воспользовалась этим в своих имперских интересах. А мы не захотели погружаться в детали, смотреть на события с разных сторон, пытаться объективно оценивать поступки конкретных политических деятелей, видеть явные противоречия и нестыковки. Условно говоря, эстонцы видели свою боль и трагедию и не желали видеть боль и трагедию русских. То же самое делали и русские, которым даже не попытались на конкретных примерах объяснить, что предлагаемая Москвой официальная историческая концепция примитивна и не отражает всего спектра человеческих трагедий. Осмысление события – это очень тяжелая работа, но многих недопониманий можно было бы избежать, проведи мы эту работу 20-25 лет назад.

В этой связи я вновь хочу восхититься тем, как тему Холокоста воспринимают в Израиле. Я дважды бывал в Яд Вашеме – израильском национальном мемориале Катастрофы и Героизма, неоднократно бывал на различных семинарах, связанных с этой темой. Холокост для евреев не просто глава в учебнике, не бесконечное "расчесывание ран" – это попытка разобраться в том, как трагедия смогла произойти; воздание поименных почестей всем, кто сопротивлялся, спасал и созидал. Разработана целая государственная образовательная программа, которая учитывает возрастные особенности, подготовленность аудитории, специально обученные преподаватели рассматривают тему Холокоста глобально, на основе конкретных свидетельств, снимаются документальные фильмы-исповеди, обезоруживающие откровениями тех, кто пережил эту драму.

В данный момент в Эстонии со стороны государственных деятелей мы видим очередную попытку одернуть, заткнуть рот, запугать и заклеймить русских жителей. Не будет преувеличением сказать, что началась охота на российских граждан, а также на обладателей "серых" паспортов, которые вновь оказались под подозрением. Собственно форсирование процесса окончательной ликвидации образования на русском языке – это явление того же порядка. Мне не хочется обозначать это затертым термином "русофобия", но в искренность заботы о судьбе русских жителей Эстонии мало кто из русских верит.

Hea lugeja, näeme et kasutate vanemat brauseri versiooni või vähelevinud brauserit.

Parema ja terviklikuma kasutajakogemuse tagamiseks soovitame alla laadida uusim versioon mõnest meie toetatud brauserist: