X

Laadi alla uus Eesti Raadio äpp, kust leiad kõik ERRi raadiojaamad, suure muusikavaliku ja podcastid.

Йыкс: как административные суды оправдали введенные правительством коронавирусные ограничения

Аллар Йыкс.
Аллар Йыкс. Автор: Priit Mürk/ERR

Если суды не будут тщательно анализировать побочное влияние ограничительных мер и другие актуальные интересы, а будут ограничиваться копированием риторики правительства, обеспечить доверие граждан к своему государству будет невозможно, пишет Аллар Йыкс.

"Чрезмерное ограничение общественной жизни из-за того, что значительное число людей из группы риска не соглашается на вакцинацию, является непропорциональным и его трудно оправдать перед ответственными гражданами".

Взята ли эта цитата из судебного решения о правомерности пандемийных ограничений? Увы, нет. Это вывод ретроспективного анализа Департамента здоровья о том, как страна справилась с пандемией и какие уроки можно извлечь на будущее.

Нужно ли судебной системе Эстонии также самокритично взглянуть на судебную практику в связи с коронавирусными ограничениями? На мой взгляд, да.

Судебные решения по коронавирусным ограничениям

Против коронавирусных ограничений в суды было подано свыше 50 жалоб.
Ни одна из этих жалоб не увенчалась успехом в суде. Даже если несколько споров были успешными в суде первой инстанции, они были отменены судом второй инстанции. А Госсуд не счел нужным рассматривать такие жалобы.

Какие уроки можно извлечь из этих судебных решений?

Судебные решения по ограничениям отходят от сложившейся за десятилетия судебной практики и стандартов, применяемых административными судами при проверке административных актов.

Например, Закон о профилактике и борьбе с инфекционными заболеваниями (NETS) предусматривает, что государство может временно закрыть или ограничить деятельность учреждений и предприятий, если это неизбежно для предотвращения распространения особо опасного инфекционного заболевания. Термин "неизбежный" в законе означает, что, например, кафе может быть частично или полностью закрыто только в крайнем случае, когда нет другого способа борьбы с инфекционным заболеванием.

Слово "временный" в законе означает, что правительство обязано постоянно пересматривать решение о закрытии кафе и при первой же возможности смягчить меру. Например, проанализировать, не будет ли достаточно ограничить число посетителей или часы работы, вместо того чтобы закрывать кафе.

То есть при введении ограничений правительство не должно было забывать слова "временный" и "неизбежный". Это, в свою очередь, влекло за собой обязанность правительства указывать в каждом распоряжении общего характера причины, подтверждающие, что введение ограничения является временным и неизбежным. При отсутствии таких причин суд не может проверить, был ли нанесен ущерб человеку или предприятию.

Другими словами, NETS обязывает правительство анализировать различные интересы и представлять их в распоряжении в понятном виде. Возможно, как заметил известный мыслитель Юваль Ной Харари, закрывая страну, недостаточно вопроса: "Сколько людей заболеют коронавирусом, если мы не введем локдаун?". Необходимо также спросить: "Сколько людей впадут в депрессию из-за локдауна? Сколько людей будут страдать от плохого питания? Сколько человек перестанут ходить в школу или потеряют работу? Сколько человек пострадают от домашнего насилия?"

Несмотря на то, что во время пандемии в NETS неоднократно вносились поправки, в законе оставалось обязательство, что ограничение должно быть временным и неизбежно необходимым. Таким образом, во время пандемии закон не давал правительству послаблений в вопросе обоснования ограничений.

Но что же на самом деле происходило во время пандемии?

Правительственные распоряжения общего характера, налагающие запреты и предписания на различные сферы жизни и деятельности, не содержали анализа различных интересов. Вместо этого они ограничивались признанием того, что вирус опасен, и описанием того, что можно и чего нельзя делать во время ограничений. Следовательно, невозможно было убедиться в том, что запрет, введенный правительством, был временным и неизбежно необходимым. Согласно докоронавирусной судебной практике, постановление в таком случае было бы отменено.

Именно поэтому на протяжении всей пандемии я публично поощрял обращения в административные суды. Смысл существования административного суда как раз и заключается в том, чтобы защищать человека от неправомерных действий государства.

Суд оказал правительству "профессиональную помощь"

Несколько месяцев назад Таллиннский окружной суд вынес решение по спору, в котором спа-предприятие оспаривало правительственные распоряжения общего характера. По мнению предпринимателя, правительство не проанализировало различные интересы, и было неясно, являются ли запреты неизбежно необходимыми. Суд согласился с тем, что правительство такие обоснования не представило.

Вместо того чтобы призвать государство к порядку, суд оказал правительству "профессиональную помощь". Суд оправдал его, заявив, что "было бы произвольным делать общий вывод о том, что если в распоряжениях и пояснительных записках к ним не приведены конкретные причины по какому-либо вопросу, то это вообще не анализировалось при вынесении распоряжений".

Пусть читатели сами поймут, как можно в правительственном распоряжении определить то, о чем в нем не написано.

Чтобы у подателя жалобы не осталось сомнений в том, что правительство всегда право в вопросе коронавирусынх ограничениях, окружной суд добавил, что нет оснований полагать, что в случае мер, ограничивающих деятельность предприятия, правительство не оценило, было ли ограничение неизбежно необходимым. По мнению окружного суда, нехватка времени могла привести к тому, что аргументация распоряжений была несколько более лаконичной и общей по характеру и сводилась в основном к описанию содержания и цели ограничения.

Неудивительно, что решения ученых и политиков в вопросе борьбы с вирусом, как правило, упрощают уравнение и сосредоточены только на одной проблеме – сдерживании распространения вируса. В их задачи не входит правовая защита в случае нарушения основных прав.

Однако если и суды не будут тщательно анализировать побочное влияние ограничительных мер и другие актуальные интересы, а будут ограничиваться копированием риторики правительства, обеспечить доверие граждан к своему государству будет невозможно.

Похоже, правы те, кто считает, что благодаря распоряжениям общего характера правительство нашло удобный способ введения коронавирусных ограничений. Канцлер права не может оспаривать распоряжения общего характера, это в административном суде могут делать только те, кого затрагивают эти запреты и приказы.

Напомню, что партии не поддержали предложение о предоставлении канцлеру права полномочий оспаривать распоряжения общего характера. В административных судах податели жалоб успеха не добились, поскольку большинство жалоб в связи с коронавирусом рассматривались с мотивировками, которые судебная практика не посчитала бы правильными до коронавируса.

Понятно, что во время первой волны пандемии могла существовать большая неопределенность и неуверенность относительно природы и распространения опасного инфекционного заболевания, поэтому суды не отменяли ограничения на основании принципа предосторожности. К сожалению, во время последующих волн пандемии, когда уже появились вакцины и больше знаний о вирусе, суды использовали ту же аргументацию для оправдания правительственных ограничений.

Остается надеяться, что модель, сформировавшаяся в судебных делах о пандемийных запретах, не распространится так же быстро, как коронавирус. В противном случае у всех нас появится повод для беспокойства.

Например, Министерство юстиции подготовило и с энтузиазмом рекламирует законопроект о конкуренции, так называемый законопроект об административных наказаниях. По словам доцента Тартуского университета Аннели Соо, цель законопроекта – быстрое и удобное наказание за нарушения конкуренции. Законопроект позволит Департаменту конкуренции самому возбуждать производства, проводить расследования и налагать штрафы на сумму до десятков миллионов евро. Роль административного суда, согласно законопроекту, будет заключаться в судебном контроле над решениями Департамента конкуренции о штрафах.

Кто захочет быть в роли подателя жалобы, когда административный суд ограничивается признанием того, что из-за нехватки времени мотивировка решения о штрафе могла быть несколько лаконичнее и носить более общий характер, сводясь в основном к описанию содержания и цели штрафа.

Ряд судебных решений о закрытии небольших школ привел к пониманию того, что в случае большинства голосов соблюдение административного производства и качество обоснований не имеют значения. В коронавирусных спорах мы узнали, что, по мнению административного суда, законность решений правительства должна предполагаться даже в том случае, когда обоснования отсутствуют.

Какие инструменты остаются в такой ситуации для проверки законности действий государственной власти в суде?

Я начал работать судьей в последнее десятилетие прошлого века. В том обществе административный суд был гарантией того, что в споре с государством человек больше никогда не останется один. Но кто сейчас вернет веру в то, что в трудные времена усилия суда не будут направлены на то, чтобы обосновать ошибки государства или местных властей и защитить их от подателя жалобы?

Редактор: Евгения Зыбина

Hea lugeja, näeme et kasutate vanemat brauseri versiooni või vähelevinud brauserit.

Parema ja terviklikuma kasutajakogemuse tagamiseks soovitame alla laadida uusim versioon mõnest meie toetatud brauserist: