Городской архитектор – это главный архитектор города. Что-то вроде канцлера в министерстве. Компетенция чиновника дополняется образованием в области пространства и профессиональным опытом. Ни архитектура, ни городское планирование не являются делом вкуса, потому что это не вопрос эстетики, а вопрос использования помещений и пространства между зданиями, размеров, функций, баланса между рабочими местами и жилыми домами, землепользования, ценной атмосферы, материалов, социального аспекта (доступное жилье, например) и многого другого.

Городской архитектор знает и понимает свое дело. Он признан своими коллегами. К городскому архитектору необходимо прислушиваться. Иначе результатом будет такое пространство, как сейчас: дорогая недвижимость, невозможность строительства, шум, аварии, пробки, автомобилизация, бесконечные конфликты в уличном пространстве и в СМИ. В городе царит беспорядок, беспорядок, беспорядок, как говорил легендарный тартуский городской архитектор Арнольд Маттеус.

Городской архитектор отстаивает пространственную политику

Городской архитектор защищает долгосрочное развитие города, например, не позволяя разрушать старый город, кварталы деревянной застройки или бульвары. Он защищает от политиков, которым не хватает знаний в области архитектуры, городского планирования и/или мобильности. Мы таких видели и еще увидим.

Например, бывший мэр Таллинна Михаил Кылварт сказал, что он "не верит" Андресу Севчуку, преподававшему тогда городское планирование в Гарварде, а сейчас в Массачусетском технологическом институте, когда тот рассказывал с научной точки зрения, почему автомобилизация, или чрезмерное использование автомобилей, вредит здоровью людей, их кошелькам, городу, обществу. Авторитет ведущего мирового университета, признанный в области городского планирования в Эстонии и во всем мире, говорит, а политик заявляет, что "не верит". Как подросток в лекционном зале, не правда ли?

Нужно защищать город и политику в области пространства от политиков всех мастей, в том числе и от тех, кто считает себя просвещенным.

Нужны зубы

На первых порах пост городского архитектора будет создан при Департаменте городского планирования. Позитивным является то, что решения, касающиеся общих (масштабные планировки районов) и детальных (отдельные здания или кварталы) планировок, теперь будут приниматься в одном месте. Так будет быстрее, умнее, слаженнее.

Второй важный момент – мы выберем лучшего кандидата на основе открытого конкурса.

В-третьих, нам необходимо изменить постановление о сотрудничестве между городскими департаментами, чтобы в спорах между департаментами планирования, окружающей среды или транспорта последнее и решающее слово всегда было за городским архитектором.

В настоящее время споры между ведомствами тянутся, тянутся и тянутся. В конце концов дело попадает на стол вице-мэра. Затем на стол мэра. Все теряют время, горят деньги частного сектора, цены на недвижимость растут, а чиновники тратят время на передаваемые по кругу споры. Другие проекты простаивают.

В-четвертых, городской архитектор должен быть членом кабинета мэрии. Он должен присутствовать за столом переговоров, участвовать в работе мэрии в качестве члена без права голоса. Сейчас, например, в работе мэрии участвует городской секретарь, замечательный профессионал. Он знает юридический городской ландшафт: почему и что можно сделать, будь то с персоналом, с бюджетом, с тем или иным законопроектом. На его совет можно положиться.

Городской архитектор также может и должен участвовать в обсуждениях, чтобы просвещать политиков, рассказывая им, на какой основе должны приниматься решения в области пространственной политики. Например, зимой мы с Йоко Алендер и Мартом Вырклаэвом обновили ожидания государства как собственника к предприятию по управлению госнедвижимостью Riigi Kinnisvara AS (RKAS). Теперь в ожиданиях собственника говорится, что RKAS является мудрым заказчиком и следует основным принципам качественного пространства. Это два конкретных понятия, следуя которым государство сможет быть заказчиком инноваций в строительстве и создавать современное городское пространство и климатически устойчивые здания.

Точно так же городской архитектор сможет объяснять, на что следует опираться. Он сможет тормозить гениальные проекты, придуманные политиками и городскими руководителями на банном полке. Он сможет сказать: стоп, эта идея полностью противоречит данным, науке, знаниям и передовому опыту и не будет реализована нигде в течение десятилетий. Или что частному сектору это обойдется слишком дорого, что будет означать раздутые цены на недвижимость и/или увеличение пробок.

Решения в мэрии все же принимаются политиками, но с городским архитектором они могут приниматься на основе знаний. А не как заблагорассудится. Так мы сможем отстоять общественные интересы, благосостояние нынешнего и будущих поколений Таллинна.

Что изменится для людей?

Цены на недвижимость в Таллинне и центре города станут доступными. На ежегодной конференции Эстонского союза предприятий недвижимости недавно говорилось о том, что один месяц промедления повышает стоимость квартиры на 12%, или 300 евро, к цене квартиры, если брать среднюю цену и размер новой квартиры на рынке.

Это составляет 3600 евро в год, или более 36 000 евро за десять лет. Также добавляются связанные с производством расходы и общее повышение цен. Кроме того, добавляется требуемая городом обязанность строить парковочные места, что увеличивает стоимость квартиры на 25 000 евро. Застройщики, архитекторы и планировщики уже много лет говорят о необходимости сокращения парковочных мест в новостройках, потому что они не нужны, то есть не востребованы, особенно в центре города.

Городской архитектор поможет изменить городскую политику так, чтобы она основывалась не на произволе, а на знаниях и данных. Чтобы планировки были быстрее. Чтобы парковочные места создавались на основе данных, то есть потребностей. Чтобы все делалось прозрачно, основываясь на науке и данных.

Выиграют предприятия, выиграют горожане, также выиграет природа. А цены на квартиры могли бы быть ниже как минимум на 50 000 евро, не говоря уже о том, чтобы в центре города строилось больше. Тогда в центре города было бы больше жизни, потому что там было бы больше зданий. Как во времена Пятса, до мартовских бомбардировок.