В последнее время в СМИ появилось несколько статей, посвященных стоимости продуктовой корзины. Эта тема активно обсуждается, идет сбор подписей за снижение НДС на продукты - к настоящему времени уже собрано 70 000 подписей.

Советник премьер-министра по экономическим вопросам Ардо Ханссон сравнивает цены на продукты в эстонских и латвийских торговых сетях. Пожалуй, чаще всего цитируют мнение экономиста Банка Эстонии Расмуса Каттая, который заявил, что прямой и однозначной связи между НДС на продукты и стоимостью продуктовой корзины нет. Он сравнил среднюю стоимость продуктовой корзины со ставкой НДС на продукты в европейских странах. Связь оказалась скорее обратной: в странах с более высокой ставкой НДС продукты были дешевле. Хотя статистически эта связь была очень слабой.

Так от чего зависят цены на продукты питания? Поскольку это так называемые базовые товары, или товары, удовлетворяющие основные потребности людей, поэтому вполне логично предположить, что бедные, в отличие от состоятельных, тратят на еду большую часть своих доходов. Когда НДС на продукты питания повысился, то сильнее пострадали бедные, а не обеспеченные слои населения.

Поэтому можно предположить, что в странах с более высоким уровнем благосостояния люди тратят на продукты питания в среднем меньше, чем в бедных странах. Если мы в среднем тратим на что-то меньше, то нас, вероятно, не будет слишком беспокоить факт повышения цен на продовольствие. В среднем состоятельный человек в Эстонии, вероятно, покупает меньше товаров со скидками, поскольку у него есть деньги, чтобы купить то, что ему нравится. Хотя, конечно, есть исключения.

Теперь интересно проверить, подтверждают ли данные эту версию. Статистика взята из базы данных Евростата за 2024 год.

На графике 1 на правой шкале показана сумма, которую средний потребитель тратит на продукты питания в Европейском союзе. Слева - средний уровень цен на продукты питания в сравнении со средним по ЕС. Например, ирландцы тратят на продукты питания в среднем 10,6% своей потребительской корзины, в то время как цены на продукты питания в Ирландии составляют 114,5% от среднего по ЕС.

В Румынии стоимость продуктовой корзины составляет 75,5% от среднего по ЕС, а на продукты питания приходится 29,9% расходов потребителя. В прошлом году эстонский потребитель потратил в среднем 21,2% своих потребительских расходов на продукты питания, в то время как наши цены составляют 106,2% от среднего по ЕС.

Остается ли у ирландцев больше денег по сравнению с румынами и эстонцами? Не факт. Например, расходы на жилье составляют 14,6% потребительской корзины ирландцев, а у румын - всего 9,8%. В Эстонии, кстати, расходы на жилье составляют целых 15,4% потребительской корзины.

На что ирландцы тратят деньги? Оказывается, что до 18% всей потребительской корзины ирландцы тратят на питание вне дома (кафе, рестораны), в то время как у эстонцев этот показатель составляет 6%, а у румын - 2%.

На графике показаны линии тренда, и хорошо прорисована описанная мной картина: чем меньше доля расходов на продукты питания в потребительской корзине (то есть, чем богаче страна), тем выше цены на продукты.

Есть некоторые аномалии, например, в Эстонии, Латвии, Литве, Хорватии, Мальте, Дании и Люксембурге, где цены на продукты питания превышают среднюю тенденцию. С другой стороны, есть страны, где продукты питания стоят дешевле по сравнению со средним трендом, например, Польша, Испания, Чехия, а также Нидерланды и Германия.

Переходя к вопросу о снижении НДС, сложно сказать, приведет ли снижение НДС на продукты питания к их удешевлению. Многое зависит от поведения продавцов. Однако с полной уверенностью можно сказать, что повышение НДС приводит к подорожанию продуктов питания.

Чтобы убедиться в связи расходов на продукты питания и благосостояния страны, я также сравнил долю расходов на продукты питания с ВВП на душу населения в разных странах. На графике 2 показана четкая корреляция между двумя показателями — линии тренда практически параллельны. Коэффициент корреляции составляет 0,64, что свидетельствует о довольно сильной связи между двумя линиями данных.

Здесь также есть явные исключения, например, Ирландия и Люксембург выделяются из общей тенденции своим очень высоким ВВП на душу населения. Это явление имеет и прагматичное статистическое объяснение: ВВП Люксембурга формируется за счет жителей соседних стран, которые после окончания рабочего дня возвращаются домой (в соседнюю страну). Они не учитываются в расчете ВВП на душу населения, поскольку не проживают в Люксембурге. Доля такой рабочей силы составляет порядка 30%.

Что касается Ирландии, то следует учитывать, что многие крупные американские корпорации и технологические компании перенесли в эту страну свои европейские штаб-квартиры, поскольку Ирландия находится ближе всего к США и, кроме того, там говорят по-английски. Их экономическая деятельность в Европейском союзе отражается на базе штаб-квартиры, и это приводит к тому, что показатель ВВП Ирландии выше, чем обычно.

Статистически разница составляет порядка 30-40%, если рассматривать разницу между ВВП и ВНП (валовым национальным продуктом). Так, из общей тенденции особенно выделяются Нидерланды, где ВВП на душу населения очень высокий, но стоимость продовольственной корзины по европейским меркам довольно низкая.

С другой стороны, выделяются Эстония, Греция и Латвия, где цены на продукты питания по европейским меркам довольно высоки, а ВВП на душу населения довольно низок. Таким образом, можно сказать, что продукты питания в нашей стране относительно дороже по сравнению с доходами, чем в других странах Европейского союза.

В заключение следует отметить, что стоимость продовольственной корзины во многом определяется общей долей расходов на продукты питания в потребительской корзине населения данной страны, или, проще говоря, уровнем благосостояния страны. Далее следует множество других факторов, таких как размер рынка, объем торговой площади на душу населения, разница в НДС, уровень самообеспеченности и зависимость от импорта.