Эта неделя тоже прошла и осталась позади. После того, как в Postimees был опубликован с вводящим в заблуждение заголовком ответ на заданный мне личный вопрос. Я ответил, на мой взгляд, как можно более деликатно, сославшись (поскольку День отца в Эстонии отмечается только (!) с начала 1990-х годов по инициативе Эстонского союза женщин (!) как календарный праздник, который пришел к нам из США через Финляндию) и используя слова "традиционное ценностное пространство" и "неподходящий", которые, по моей оценке, являются скорее дескриптивными (описательными), чем "прескриптивными" (предписывающими, обязывающими) определениями, то есть, в первую очередь, выражениями, связанными с этикой.

Словесная перепалка, разразившаяся в среду вечером главным образом в социальных сетях и лавинообразно превратившаяся в публичное культурно-политическое противостояние, если не сказать в гражданскую войну, совершенно ошеломила меня

Вспомнился рецепт самозащиты времен советской оккупации, как избежать сурового приговора (неужели "Назад в СССР?"): если думаешь, не говори; если говоришь, не пиши; если пишешь, не подписывай; если подписываешь, не удивляйся.

Неделя закончилась оказанием публичного давления со стороны ведущих представителей власти, премьер-министра, министра иностранных дел (!) и министра культуры на совет ERR с целью отстранить меня от должности председателя совета, которая в основном носит организационный характер. Действительно, я живу как в театре теней, где ставят спектакль "Похождения бравого солдата Швейка во время мировой войны".

Я успокаиваю и развлекаю себя, хотя и с горечью, началом первой главы этого шедевра мировой литературы "Вторжение бравого солдата Швейка в Мировую войну":

- Убили, значит, Фердинанда-то нашего, - сказала Швейку его служанка.

Швейк несколько лет тому назад, после того как медицинская комиссия признала его идиотом, ушел с военной службы и теперь промышлял продажей собак, безобразных ублюдков, которым он сочинял фальшивые родословные.

Кроме того, он страдал ревматизмом и в настоящий момент растирал себе колени оподельдоком.

- Какого Фердинанда, пани Мюллерова? - спросил Швейк, не переставая массировать колени. - Я знаю двух Фердинандов. Один служит у фармацевта Пруши. Как-то раз по ошибке он выпил у него бутылку жидкости для ращения волос; а еще есть Фердинанд Кокошка, тот, что собирает собачье дерьмо. Обоих ни чуточки не жалко.

Благодарю как своих сторонников, так и разумных оппонентов. Желаю всем продуктивной (рабочей) недели и взрослого отношения как к жизни, так и ко всем ее граням. Почему "взрослого"? А потому, что соцсетью Facebook пока еще нельзя пользоваться детям!