- Как следует относиться к опубликованному на прошлой неделе новому документу о стратегии национальной безопасности США?

- Не думаю, что этот документ должен сильно тревожить, но если говорить чуть серьезнее, то в каком-то смысле в нем нет ничего нового. То, что нынешний президент США [Дональд Трамп] ведет себя так же, как и перед своим первым сроком в 2016 году, не новость. По своему политическому мировоззрению он скорее противник любого вмешательства. Он, конечно, упаковывает это в мирную риторику, но в целом он меркантилист и смотрит на мир и долгосрочные торговые отношения через бизнес и сделки. Он согласен применять военную силу там, где под угрозой оказываются свобода США маневрировать и их возможность вести бизнес. В таких случаях он готов действовать силой. В целом он ко всему этому настроен неприязненно, включая постоянные союзнические отношения, уже 35–40 лет.

Этот документ написан тем же языком. Он в первую очередь адресован внутренней аудитории – аналитическим центрам, академическому сообществу. Он также направлен на провоцирование Европы, потому что Европа перенасыщена аналитическими центрами и людьми, чья работа – ежедневно что-то анализировать, и, разумеется, мы на эту провокацию повелись. Точно так же, как выступление Джей Ди Вэнса на Мюнхенской конференции по безопасности довело нас до исступления, так и сейчас мы снова в смятении и впадаем в истерику.

- После той речи Вэнса в Мюнхене начали действовать. Нельзя сказать, что Европа совсем не прислушалась к Дональду Трампу и не пытается вооружаться. Но в связи с этим все равно возникает мысль: если все это по сути бизнес-сделка, то ясно, что рынок Украины меньше, чем рынок России. Разве это не должно нас сейчас беспокоить?

- Этот мотив ведения бизнеса все же является художественным преувеличением. Если серьезно проанализировать этот документ, то в нем отчетливо прослеживаются вполне классические идеи неореализма и идеологической трактовки балансирующей силы США. В документе все же говорится и о том, что задача Америки – предотвращать появление региональных гегемонов повсюду. Пусть там прямо и не говорится о России, но ясно сказано, что это роль США.

Если посмотреть, какое место занимает Европа в иерархии американских приоритетов, то в первую очередь США сегодня занимаются своим полушарием и внутренними вопросами – иммиграцией, границами, Карибским регионом и проблемой наркоторговли. Далее следует Китай и театр военных действий в Тихоокеанском регионе, прежде всего торговля, сохранение судоходства в Тайваньском проливе. На третьем и четвертом месте находятся Ближний Восток и Европа. Несмотря на риторику этой администрации, европейцев все-таки по-прежнему рассматривают как союзников и хвалят тех союзников, которые хорошо справляются. Как сказал министр обороны США Пит Хегсет на форуме имени Рейгана в Калифорнии, страны Балтии и Польша были выделены и отмечены, и им пообещали некое особое расположение. Ужасно слышать, что есть разделение союзников. Нам не следует находить в этом утешение, потому что для нас по-прежнему важно сотрудничество Европы и США.

- Что особенно бросается в глаза в этом документе, так это несколько оскорбительный тон. Возможно, сами американцы не видят в нем ничего оскорбительного, но когда говорится об упадке цивилизации и подобное замечание исходит от США, возникает множество вопросов. Зачем это было сделано и неужели там не нашлось ни одного советника, который бы сказал, что, возможно, в адрес Европы такие формулировки использовать не стоит?

- Это зависит от цели. Я не знаю. Для журналистов это, безусловно, звучит оскорбительно, и аналитиков это тоже задевает, но, как мне кажется, вся динамика последних восьми лет Трампа в целом привела к довольно глубоким размышлениям здесь, в Европе. Конечно, ведущаяся против Украины война сама по себе стала одним из факторов, заставивших нас перевооружаться, но страшная риторика американцев тоже внесла свой вклад. До нас начинает доходить понимание реальности, что ответственность за наш континент лежит на нас самих.