Совокупная поддержка правящей коалиции, то есть Партии реформ и Eesti 200, по данным майского опроса Emor, упала до рекордно низкого уровня в 12%. Воог отметил в посвященной рейтингам партий веб-передаче ERR, что популярность правящей коалиции был очень низкой также в конце 1990-х годов, когда на тогдашних выборах за коалиционные партии в итоге проголосовали лишь 15% избирателей.

Ведущие программы Анвар Самост и Урмет Коок указали на то, что правящей коалиции не удалось укрепить свой рейтинг даже при помощи попыток Партии реформ организовать различные публичные противостояния. Самост отметил, что в то же время противопоставление правящей коалиции в конечном итоге начало работать на социал-демократов, с момента исключения которых из правительства прошло уже более года.

По словам Воога, популярность Партии реформ и социал-демократов взаимосвязана.

"Эти две партии по-прежнему близки по составу своих сторонников. Если мы посмотрим, за кого граждане планируют голосовать, то пересечение, корреляция между этими двумя партиями среди тех, кто думают за них голосовать, очень высокая, одна из самых высоких", - сказал Воог.

По его оценке, электорат Партии реформ и социал-демократов имеет более либеральные взгляды, но размеры этого сегмента значительно уменьшились по сравнению с предыдущими парламентскими выборами, что означает меньшее количество избирателей либеральной ориентации. При этом нынешнее противопоставление этих двух партий скорее играет на руку социал-демократам.

"В 2022 году этот сегмент составлял около 50%. Сейчас он сократился уже где-то до 35% или 30%. Можно ссориться между собой в этом небольшом сегменте, но его размеры это не увеличит. Такое острое противопоставление со стороны партии, находящейся в слабой позиции, выглядит как паника и еще больше снижает доверие к ней", - сказал Воог.

В то же время поддержка Партии реформ почти сравнялась с уровнем популярности не представленных в парламенте "Правых", которых также можно считать партией с либеральным мировоззрением. По мнению Воога, "Правые" все же не борются за избирателей в том же сегменте, что и Партия реформ с социал-демократами.

"Они все-таки находятся в совершенно отдельном сегменте, где-то посередине. У "Правых" есть связь и с Isamaa. Есть два крупных кластера - Центристская партия, EKRE и Isamaa, и второй кластер - это социал-демократы, Партия реформ и Eesti 200. "Правые" находятся где-то посередине; у них есть некая связь как с Eesti 200 и Партией реформ, так и с Isamaa", - сказал Воог.

Комментируя возможное воздействие на рейтинг той или иной партии выдвижение ею очень популярного кандидата в президенты, выборы которого пройдут через несколько месяцев, Воог отметил, что хороший пример можно найти в начале 2000-х годов.

"В 2001 году, когда Арнольд Рюйтель стал президентом, в сентябре-октябре 2001 года поддержка Народного союза выросла, его поддерживали более 20%. Кандидат в президенты, который действительно займет этот пост, может оказать влияние, но все партии хотят этого, и никто не хочет оказывать эту услугу другому, так что если кандидат в президенты будет связан с какой-то одной партией, это исключит его избрание", - сказал Воог.

Партия реформ не пыталась использовать популярность нынешнего президента Алара Кариса в своих интересах и в последнее время, напротив, дистанцировалась от идеи его переизбрания. Воог отметил, что высокая популярность действующего президента может закончиться после того, как появятся сильные конкуренты на этот пост, как произошло в конце срока Рюйтеля.

"Поддержка Рюйтеля в первой половине года выборов президента составляла 60-70%. Но когда появились альтернативные кандидаты - сначала Эне Эргма, а затем Тоомас Хендрик Ильвес, - то поддержка Тоомаса Хендрика Ильвеса в опросах составляла где-то 50%, а у Рюйтеля и Эргмы - около трети. Иными словами, нельзя сказать, что если у президента высокая поддержка, то эта поддержка сохранится до выборов", - сказал Воог.