Этика, как известно, изучает поведение людей на основе моральных принципов. Мораль же индивидуальна, каждый сам определяет для себя ценности. Что до поведения, то нет в истории современной Эстонии патворков модели поведения при войне. Как и нет общественного согласия в отношении к этой же войне. Что говорить об антивоенном искусстве? Малевать голубей мира и призывать на помощь Анджелу Дэвис?

У меня закралась мысль, что старейшины Ласнамяэ и Хааберсти как бы испугались. Но, не как большевики мнения большинства, а больше за свое личное – не скажется ли отношение жителей их районов на итогах голосования на местных выборах?

В конце концов, это лишь изображение, переданное образным осмыслением действительности. Если устанавливать рамки для действительности, пусть это будет галерея по Сильянову или подбирать даты выгодности по Юрченко, то есть опасность скатывания к невежеству. Если не пояснять, в каких рамках действительность отображена, то есть опасность пропажи творчества, как основы искусства. Симбиоз потери творчества и определения рамок может привести к потере эстетической ценности искусства с точки зрения расширения кругозора и обогащения личности.

Искусство должно нести прекрасное. Но не забывайте, что искусство еще и наглядно. В данном случае наглядно показано, во что могут превратиться слова Соловьева или Симонян о "бахнем и не раз" по тому же Парижу, Тбилиси или Таллинну. В данном случае нам не объяснили, что это искусство – наглядное.

Кстати, протестность в искусстве даже имеет свой термин – артивизм. Арт и активизм. При этом одним из видов артивизма является стрит-арт, что и было в нашем случае. Антивоенное искусство сейчас стало заметным, поэтому его и боятся. Уличное искусство невозможно цензурировать, оно анонимно и относительно безопасно. Потому что вас не бросают в каталажку. Хотя бы это уже ценно само по себе.

В любом случае, искусство по своей сути будоражит. Что в нашем случае налицо. Значит, с нашим обществом все в порядке.