"У мыслей Кариса все-таки очень длинная предыстория. И если с казахстанского скандала посмотреть, какими были высказывания Кариса, то вырисовывается четкий шаблон. Это нечто, что отличается от внешнеполитической линии Эстонии и создает впечатление, будто президент Эстонии пытается за рубежом выступать в роли большого визионера, у которого есть более широкий взгляд. Единственная проблема в том, что этот более широкий взгляд никак не вырисовывается, никакого визионерства не видно, на самом деле Карис повторяет банальности – мы находимся рядом с Россией и никуда не переедем", – сказала Вилья Кийслер в эфире Terevisioon.

"В этом бы не было ничего плохого, если бы во всем том, что он говорит о России и об общении с Россией, не просматривался какой-то жуткий и пугающий подтекст, который каждый раз меня шокирует. У меня каждый раз подступает ком к горлу, когда Карис что-то говорит. И, конечно, я не хотела бы говорить и даже не хотела бы думать, что наш президент каким-то образом пророссийский. Отнюдь, мы не хотим даже допускать в мыслях ничего подобного, но этот паттерн пугает. Особенно по той причине, что президент ведь является верховным главнокомандующим. От его решений в ситуации угрозы зависит, как поведет себя государство, какие решения он примет", – сказала она.

"И все чаще я задаю себе вопрос: если бы мы оказались в ситуации, сопоставимой с 1940 годом, или если бы мы оказались в положении, сопоставимом с положением Украины в 2022 году, то какие решения президент как верховный главнокомандующий тогда бы принял – говорил бы он о передаче территорий, говорил бы он о том, что с Россией нужно вести дипломатическое общение?" – отметила Вилья Кийслер.

"В последний раз в Финляндии он ведь высказал упрек, что в 2022 году Европейский союз не исчерпал дипломатические возможности. При этом ни один эксперт по внешней политике не понимает, что именно Карис имел в виду и какие дипломатические возможности могли быть у Европы в ситуации, когда мы здесь слишком хорошо знаем, что планы России не изменились, позиция России не изменилась, Россия по-прежнему остается угрозой", – сказала она. 

"Эстонские политики говорят – и в твоей речи звучит ровно тот же подтекст – будто Карис где-то говорил, что нам нужно начинать общаться с Россией, примерно в таком духе. Об этом говорили представители Партии реформ, социал-демократы, Eesti 200, что Карис хочет восстановить отношения с Россией, чтобы начать там вести бизнес или что угодно", – сказал журналист Индрек Кийслер.

"Карис сказал: мы находимся в ситуации, когда рано или поздно война в Украине закончится, и у нас должен быть план, что мы будем делать дальше. Но я не слышу по этому поводу ни одного заявления от Министерства иностранных дел. Говорили ли об этом наш министр иностранных дел или наши дипломаты? Не говорили!" – отметил он.

По оценке Кийслера, политики должны говорить об этом.

"Но это следует делать дома и между собой, а не так, чтобы Карис, выступая в зарубежных СМИ как Алар Карис, а не как президент Эстонии, говорил что-то, от чего у нас здесь перехватывает дыхание. Эта дискуссия должна проходить дома", – сказала Вилья Кийслер.

"А у нас перехватило дыхание, когда канцлер Германии два дня назад сказал точно так же: если Украина хочет стать членом Европейского союза, то, вероятно, ей придется уступить некоторые территории? Отправил ли наш министр иностранных дел письмо немецкому послу с тем, что, мол, послушайте, канцлер Германии [Фридрих] Мерц разрушает единую позицию Европейского союза? Не отправил!" – сказал он.

"Я думаю, что на самом деле в этой теме очень тесно переплетаются внутренняя и внешняя политика, что происходит навешивание ярлыков. Я в какой-то степени даже немного сравнил бы это с ситуацией, которая произошла у нас с Керсти Кальюлайд два дня назад, когда уже вообще было неважно, что она говорит, что она делала там в Олимпийском комитете, а возникли две стороны, которые просто навешивают на нее ярлыки, та же самая тема была и с Карисом", – отметил Индрек Кийслер.