- Индрек, прежде всего хочу спросить вас как историка футбола: как менялся чемпионат мира на протяжении лет? Это по-прежнему прежде всего спортивное событие или уже нечто большее - например, крупное культурное явление?

- На самом деле чемпионат мира уже довольно давно стал культурным событием. Более того, его значение в некотором смысле только растет, особенно для обычных людей. Еще несколько десятилетий назад чемпионат мира интересовал в основном любителей спорта. Те, кто относился к спорту более прохладно, зачастую не обращали на него особого внимания.

Сегодня ситуация совершенно иная. О футболе говорят все. Когда журналисты спрашивают политиков, экономистов или деятелей культуры о фаворитах турнира, никто не отвечает, что ничего не знает о футболе. Все что-то знают, у всех есть свои предпочтения.

При этом изменился и мой личный взгляд. Если говорить откровенно, мой интерес к футболу в последние годы немного ослаб. Причина проста: футбола стало слишком много. Я сам чувствую определенную усталость и перенасыщение. Возможно, впервые в жизни я поймал себя на мысли, что не особенно ждал очередного чемпионата мира. И это удивляет даже меня самого.

- Связано ли это прежде всего с тем, что турнир проходит сразу в трех странах и в нем участвуют 48 команд?

- Именно так. Чемпионат мира стал слишком большим. Сорок восемь команд - это, на мой взгляд, слишком много. Когда участников становится так много, неизбежно размывается качество турнира, а вместе с ним снижается и общий уровень соревнования.

Лично мне кажется, что оптимальным вариантом были бы 24 сборные. Среди них должны быть сильнейшие команды Европы, Южной Америки, лучшие представители Африки и обязательно одна сборная из Океании с прямой путевкой на турнир.

Сегодня же чемпионат мира стал чересчур масштабным и слишком коммерческим. Спортивной составляющей в нем, как мне кажется, стало меньше.

- Почему чемпионат мира остается привлекательным для жителей Эстонии, хотя наша национальная сборная там не играет?

- Для большинства эстонцев футбол такого уровня - это прежде всего развлечение. Эстония не является страной с непрерывной и многолетней футбольной традицией: в нашей истории был очень длительный перерыв.

Поэтому, когда на чемпионате мира или Европы не играет твоя собственная сборная, футбол воспринимается скорее как элемент досуга. Это хороший повод для общения. Летом люди собираются с друзьями, жарят мясо на гриле, проводят время вместе, смотрят матчи. В этом смысле футбол становится частью приятного летнего отдыха.

Но для жителей стран, чьи сборные участвуют в чемпионате мира, все выглядит иначе. Для них это не просто развлечение. Там огромную роль играют национальная гордость, чувство принадлежности к своей стране и все, что связано с национальной идентичностью.

- Верите ли вы, что когда-нибудь на чемпионат мира сможет попасть и сборная Эстонии?

- Если правила отбора будут становиться все мягче и однажды на чемпионате мира будут играть почти все, тогда, конечно, попадем. Почему бы и нет? Можно придумать еще несколько дополнительных раундов квалификации - и вот мы уже на финальном турнире.

Но если говорить серьезно, то расширение чемпионата мира до 48 команд действительно увеличивает наши шансы. Однако главный вопрос не в этом.

Прежде всего нам необходимо создать качественную систему подготовки молодых футболистов. Очень многое зависит от уровня тренеров, их образования и профессиональной подготовки. Если мы сумеем построить такую систему, то рано или поздно появится поколение игроков, способное вывести Эстонию на финальный турнир чемпионата мира.

- Кто является главным фаворитом ЧМ-2026?

- Одного фаворита я назвать не могу. Сильных команд сейчас достаточно много.

Зато могу сказать, за кого буду болеть лично. Долгое время я поддерживал европейские сборные. Однако в последние годы многие европейские команды стали для меня несколько условными национальными сборными. Все чаще они формируются за счет игроков, которые или сами приехали из других стран, или являются потомками иммигрантов, перебравшихся в Европу в поисках лучшей жизни.

На мой взгляд, из-за этого национальная идентичность некоторых сборных постепенно размывается. В определенной степени большие национальные команды начинают напоминать клубы.

Поэтому в последние годы я все чаще симпатизирую сборным Южной Америки. Прежде всего - Аргентине и Уругваю.