Юри Ратас в своей статье "Купленный за счет госдолга импульс подрезает крылья будущему росту" пишет, что Эстонии необходим честный и ответственный дальновидный подход. Я полностью с ним согласен, действительно пора перестать приукрашивать действительность и взглянуть на реальную ситуацию. Однако, чтобы восстановить честный взгляд, нам нужно вспомнить, как государственные финансы Эстонии пришли к нынешнему состоянию и кто на самом деле за это отвечает.  

Когда Юри Ратас пишет о "пустых обещаниях" в улучшении бюджета, это, мягко говоря, иронично. Стоит вспомнить, какое наследие оставило его правительство Кае Каллас, когда он передавал бразды правления.

Государственная бюджетная стратегия того времени включала в себя почти миллиард евро необеспеченных обещаний. Это был не "дальновидный взгляд", а бездействие, в котором выражалась надежда, что следующее правительство залатает эти пробелы и недостатки. Поэтому нынешние обвинения в "пустых обещаниях" являются отражением его собственных действий, или, скорее, бездействия.

При правлении Ратаса в благоприятные времена расходовались резервы

Если посмотреть на график дефицита и профицита бюджета, то ясно видно, что доверие к государственным финансам не исчезло в одночасье. Таави Рыйвас передал эстафету, приняв в 2016 году разумный бюджет. С тех пор, во время первого правительства Юри Ратаса, а затем и коалиции EKRE, Isamaa и Центристской партии, начался денежный праздник, когда тратили деньги так, как будто завтра не наступит. Вместо накопления резервов в благоприятные времена, постоянные расходы были завышены, и был создан системный дефицит.

В 2020 году правительство EKREIKE под руководством Юри Ратаса имело гигантский дефицит в 5,4%, а долговая нагрузка Эстонии за год увеличилась более чем вдвое. Это "наследие", которое последующим правительствам, возглавляемым Каей Каллас и Кристеном Михалом, приходилось исправлять трудными решениями. Мы оказались в ситуации, когда, помимо преодоления различных кризисов, нам также пришлось одновременно сокращать дефицит бюджета, который предыдущие правительства так безрассудно увеличили.

Это также оказало прямое влияние на экономику. Если бы у государства были большие резервы, чем раньше, нам не пришлось бы в последние годы одновременно сталкиваться с неожиданными кризисами, быстро растущими расходами на оборону и заделывать предыдущие бюджетные дыры.

Это означало бы меньшую необходимость в мерах жесткой экономии и налоговых изменениях и дало бы экономике больше пространства для маневра. Другими словами, экономический рост Эстонии в трудные времена мог бы быть выше, если бы нам в дополнение к новым кризисам не пришлось исправлять прошлые ошибки.

Ратас критикует долг, но молчит о том, что стало главной причиной бюджетного давления в последние годы. Это безопасность. В 2022 году, когда ситуация с безопасностью в Эстонии изменилась в связи с полномасштабной российской агрессией, немедленное увеличение расходов на оборону с двух до трех процентов ВВП было неизбежным.

Сравнивая 2022 и 2026 годы, мы увеличили расходы на оборону с 700 миллионов евро до более чем 2,2 миллиарда евро. Это вклад в нашу независимость, а не выбор удобства. Если бы у нас сохранились резервы, которые были истрачены во время правления Ратаса, у нас было бы значительно больше "запаса прочности" для реагирования на кризисы.

Крокодильи слезы против реальных действий

Крайне цинично слышать опасения по поводу бюджетного баланса от тех, кто сам был инициатором безответственных решений. Мы хорошо помним, как в ходе бюджетных переговоров 2023 года партнеры, включая нынешнюю партию Ратаса, Isamaa, проталкивали пустые обещания, завышая расходы на заработную плату в государственном секторе и индексируя пособия без долгосрочного плана финансирования.

Критика оппозиции также глубоко противоречива: с одной стороны, они говорят о сокращении дефицита государственного бюджета, а с другой – требуют увеличения пособий, роста бюрократии и отмены налогов. Это политический популизм.

В отличие от лозунгов оппозиции, у нас есть план, основанный на реальных действиях. С 2023 года мы приняли решение о сокращении более миллиарда евро. Эта последовательная работа принесла свои плоды. В 2024 и 2025 годах нам удалось целенаправленно сократить дефицит бюджета на 1,1% и 2% ВВП соответственно.

Эта тенденция сохранилась бы, если бы не острая необходимость увеличить расходы на оборону до более чем 5% ВВП с начала 2026 года. В результате дефицит бюджета также увеличился до более чем 4% ВВП.

У нас есть четкий план по дальнейшему наведению порядка в государственном бюджете, одновременно поддерживая расходы на оборону на уровне не менее 5% ВВП. Бюджетное положение должно улучшаться на 0,5% ВВП в год до тех пор, пока долговая нагрузка государства не стабилизируется на уровне 30% ВВП. Мы будем добиваться этого за счет последовательной экономии государственных расходов и повышения эффективности деятельности. Это, безусловно, непростая задача, но она необходима и реалистична с точки зрения ответственного управления государственными финансами.

Надежные финансы – гарантия безопасности малого государства; нам необходим "запас прочности", чтобы реагировать в трудные времена. Но для этого требуется накопление резервов в благоприятные времена. Именно под руководством Юри Ратаса эти резервы были исчерпаны, что привело к увеличению бюджетного дефицита, усложнению реагирования на кризисы, ослаблению экономической стабильности, а также к увеличению долговой нагрузки и процентных расходов в будущем. Если Юри Ратас действительно хочет честно взглянуть на ситуацию в долгосрочной перспективе, пусть его взгляд будет исходить из его собственного отражения в зеркале, а не только с трибуны.