9 октября в гольф-клубе неподалеку от Майами собрались спецпосланники президента США Стив Уиткофф и Джаред Кушнер, высокопоставленные чиновники по безопасности Украины, а также советники по безопасности Франции, Германии и Великобритании. За столом также присутствовали представители Европейской комиссии и НАТО. В течение шести часов обсуждалось, как завершить войну в Украине, какие гарантии безопасности предоставить Украине и как должна выглядеть архитектура безопасности Украины и Европы после войны.

В то же время состоялся телефонный разговор президента Дональда Трампа с Владимиром Путиным, после которого Трамп объявил о решении разрешить России вновь продавать дизельное топливо на мировом рынке в больших объемах и о готовности смягчить санкции, введенные в отношении российского топлива.

Эти новости - серьезный повод задуматься. Мы живем в очень опасное время, когда США и Россия пытаются завершить войну в Украине на выгодных для себя условиях. Возникает реальная угроза того, что договоренности будут достигнуты без нашего участия, а будущая архитектура безопасности Европы решится в узком кругу в Майами.

Цели Путина не изменились. Он хочет такую Европу, где судьбу стран решают сверхдержавы, а вместо свободного сотрудничества господствуют империи и сферы влияния. Подчинение Украины стало бы важным этапом этого видения, но не конечной целью. Нет оснований полагать, что Москва снизила свои требования. Скорее, на переговорах пытаются добиться того, чего не удалось достичь военной силой.

Все основные вопросы по-прежнему остаются открытыми. Как закончится война? На каких условиях установится мир? Обеспечит ли он безопасность, свободу и возможности для экономического развития Украины, а также и нашу безопасность? Ответы на эти вопросы определят будущее Европы на десятилетия вперед. Поэтому доступ к принятию этих решений и возможность влиять на них - это самый весомый вопрос безопасности и благополучия Эстонии.

Даже в Брюсселе, где за нами закреплены место и право голоса, нужно уметь говорить так, чтобы к нам прислушивались. Но реальность еще сложнее. Как показала встреча в Майами, решения, определяющие будущее Европы, далеко не всегда принимаются в общих институтах. Ключевые дискуссии могут проходить в узком кругу и без нашего участия, хотя на кону - напрямую наше будущее.

Эстония не может ограничиваться лишь комментированием уже принятых чужих решений, мы должны уметь пробиваться и в те обсуждения, куда нас автоматически не приглашают, причем делать это так, чтобы наши позиции имели реальный вес.

Это требует политического руководства, убедительности и смелости. Премьер-министр должен уметь формировать международное мнение, а не просто участвовать во встречах. Если сверхдержавы начнут совещаться по поводу будущего Европы в узком кругу, то сможет ли премьер-министр Эстонии повлиять на Вашингтон, Париж или Берлин в таких вопросах?

В период Каи Каллас влияние Эстонии было больше, чем можно было бы ожидать исходя из нашей численности населения или экономики. Каллас выстраивала личные отношения с европейскими лидерами, звонила им напрямую и активно участвовала в дискуссиях, формировавших политику Европы в отношении Украины. Она не ограничивалась изложением позиций Эстонии, а старалась влиять и на решения других стран.

При премьер-министре Кристене Михале эта амбиция исчезла. За время работы Кристена Михала трудно вспомнить хотя бы одну важную европейскую дискуссию по безопасности, где он убедительно выступал бы в качестве лидера. Правительство Михала добровольно поставило себя за пределы круга тех, кто формирует внешнюю политику Европы.

Ни для кого не секрет, что Михал на Европейском совете ограничивается зачитыванием официальных тезисов Эстонии, вместо того чтобы пытаться активно формировать позиции других стран. Если Кая Каллас обменивалась сообщениями с Эммануэлем Макроном, то в случае Михала не видно столь же активной личной сети контактов и влияния на международной арене. Между тем Эстония сейчас отчаянно нуждается именно в таком потенциале. Нам нужен не комментатор решений, а лидер, который их определяет.

Словам придает вес прежде всего пример. Эстония выступала инициатором военной помощи Украине, имевшей моральное право требовать большего от других, потому что делала это сама. Теперь организация нашей помощи оказалась омрачена неразберихой, скандалами и вопросами о прозрачности. Это не тот путь, которым можно приумножить международное доверие и влияние. Скорее, вместо прежнего примера приходится испытывать неловкость перед другими.

Будущее Эстонии не обеспечить комментариями на эстонском языке в социальных сетях и громкими заявлениями для внутренней аудитории. Для этого нужны знания, связи, продуманные предложения и смелость высказывать даже неудобную правду, но прежде всего - умение убеждать других и готовность подкреплять свои слова делами.

Ни у Центристской партии, ни у Isamaa нет видения того, как усилить позиции Эстонии на международной арене. Михаил Кылварт заявил, что будущее Украины решит Америка, а Европа не способна на это повлиять. Эстония не может мириться с такой апатией. Isamaa и Урмас Рейнсалу выходят с громкими лозунгами, но одного этого для защиты интересов Эстонии явно недостаточно.

Эстония не может сидеть сложа руки и ждать, пока кто-то из великих держав позовет нас за стол принятия решений. Маленькие и средние европейские страны должны сами теснее держаться вместе, создавать новые союзы и находить общие интересы, ради которых действовать сообща. Это касается как безопасности, так и экономики. Чем больше мы сможем увязать наши интересы с интересами других стран, тем выше наши шансы быть услышанными.

Для этого Эстонию должны представлять люди, обладающие необходимой для этого подготовкой, знаниями, навыками и международной сетью контактов, а также волей и смелостью формировать будущее Европы. Люди, которые знают лиц, принимающих решения, и процессы принятия решений, и которые едут на встречи не для того, чтобы зачитывать тезисы, а чтобы влиять на ход обсуждения.

Будущее Эстонии зависит от того, окажемся ли мы за столом, где решается наша судьба, или будем узнавать о чужих решениях задним числом. На кону стоит не просто международный престиж Эстонии, а наша безопасность, благополучие и свобода. Мы не можем позволить себе, чтобы нашу судьбу решали без нас. Эстония должна быть за столом тех, кто принимает решения.