В действующем сейчас Законе о государственной обороне в качестве мер, ограничивающих основные права и свободы лиц во время военного положения, указано, что правительство республики, премьер-министр и министр, отвечающий за сферу внутренней безопасности, могут до окончания военного положения запретить распространение в средствах массовой информации сведений определенного содержания, если их публикация может поставить под угрозу оборону государства или иным образом государственную безопасность, пишет ERR.

Также указано, что правительство республики, премьер-министр и министр, отвечающий за сферу внутренней безопасности, могут до окончания военного положения приостановить оказание медиауслуг и выпуск печатного издания, если есть основания полагать, что распространяемая через них информация может поставить под угрозу оборону государства или иным образом государственную безопасность.

В новом законопроекте о кризисной ситуации и государственной обороне говорится, что правительство республики или уполномоченные им Департамент защиты прав потребителей и технического надзора, Департамент полиции и погранохраны, Полиция безопасности и Силы обороны могут во время чрезвычайного или военного положения частично либо полностью запретить оказание медиауслуг и выпуск печатного издания, если это необходимо для урегулирования чрезвычайного или военного положения.

В законе подчеркивается, что на основании первого пункта данной статьи Департамент защиты прав потребителей и технического надзора, Департамент полиции и погранохраны, Полиция безопасности и Силы обороны могут запрещать оказание медиауслуг и выпуск печатного издания исключительно в той мере, в какой это угрожает общественному порядку, государственной безопасности или обеспечению военной обороны государства.

Представитель оппозиции, состоящий в комиссии Рийгикогу по государственной обороне, Раймонд Кальюлайд (СДП) отметил, что закон кажется ему адекватным.

Кальюлайд пояснил, что, хотя право ограничивать медиауслуги распространяется на ведомства, решение все равно остается за правительством.

"Поскольку кризисной ситуацией руководят правительство и премьер-министр, такие решения не принимаются случайно или произвольно, они принимаются в соответствии с тем, каковы потребности урегулирования кризиса. С другой стороны, безусловно, есть понимание того, что во время войны нельзя сразу транслировать все происходящее куда-либо в реальном времени. Очевидно, что в таких условиях невозможно просто так оказывать военное сопротивление", – сказал Калюлайд.

Руководитель координационного бюро безопасности и государственной обороны Государственной канцелярии Эркки Тори сообщил ERR, что возможность ограничения деятельности медиаизданий может рассматриваться только после того, как Рийгикогу объявит чрезвычайное или военное положение. "Для введения таких особых режимов установлены строгие критерии – чрезвычайное положение может быть объявлено при серьезной угрозе конституционному строю. Предпосылкой для введения военного положения является ситуация, при которой под угрозой находятся независимость, самостоятельность или территориальная целостность Эстонского государства", – сказал он.

"Следовательно, такие меры могут применяться исключительно во время чрезвычайного или военного положения и только для защиты государственной безопасности и конституционного строя. Каждое такое решение должно основываться на конкретной оценке угрозы и соответствовать общим принципам ограничения основных прав: необходимо выбирать меру, причиняющую наименьший ущерб, применять ее можно только в объеме, необходимом для достижения цели, и лишь до тех пор, пока это неизбежно необходимо. Даже в кризисной ситуации соблюдаются принципы свободы слова и свободы прессы, а целью ограничений не может быть подавление критического мнения или неудобных вопросов", – сказал Тори.

"Речь прежде всего идет о такой информации, публикация которой может напрямую представлять угрозу безопасности людей или нанести ущерб проведению оборонительных или спасательных операций. Например, это могут быть фото, видео или информация в иной форме о передвижении или местонахождении подразделений или техники Сил обороны, а также сведения об объектах, важных с точки зрения государственной безопасности, об их состоянии или мерах безопасности", – сказал он.

По словам Тори, предусмотренные законопроектом изменения уточняют, как и кто сможет применять такие ограничения во время чрезвычайного или военного положения.

"Если в нынешнем правовом пространстве право принятия решений находится прежде всего на уровне правительства, то после вступления закона в силу и объявления Рийгикогу чрезвычайного или военного положения меры смогут применять также уполномоченные правительством учреждения, играющие ключевую роль в урегулировании чрезвычайного или военного положения и в случае которых может потребоваться быстрое вмешательство. При подготовке законопроекта это право было сознательно ограничено только четырьмя конкретными учреждениями", – пояснил Тори.

Он отметил, что возможность применения ограничительных мер связана с ролью в управлении кризисом, а необходимость их применения заранее продумывается как в плане каждой отдельной организации, так и в государственном кризисном плане. По его словам, в ходе подготовки кризисных планов также определяется, какие меры будут делегированы правительственному учреждению, а какие останутся исключительно в компетенции правительства республики.

"Законопроект также усиливает надзор и расширяет полномочия канцлера права при осуществлении контроля. Согласно законопроекту, канцлер права, помимо прочего, будет проверять, соответствует ли объявление чрезвычайного и военного положения Конституции. Под надзор канцлера права также подпадают распоряжения, которыми в кризисной ситуации ограничиваются основные права и свободы людей", – сказал Тори.

"Как и в случае с другими ограничительными мерами, обсуждение того, в каких ситуациях и каким образом использовать такие меры, безусловно, необходимо. Также важно продумать, какие инструкции, компетенции и инструменты следует предоставить тем, кто будет применять эти меры в подобных ситуациях", – добавил он.

Новый законопроект о кризисной ситуации и государственной обороне прошел в Рийгикогу два чтения. Третье чтение состоится во вторник на следующей неделе, после чего, как ожидается, закон будет принят.