Еще несколько месяцев назад имя Юлле Мадизе было известно далеко не каждому жителю Эстонии. Сегодня канцлер права регулярно появляется в СМИ и стала единственным участником президентской кампании. Сама Мадизе считает, что ее узнаваемость связана прежде всего с работой на посту канцлера права.

"Я как канцлер права очень заметна, я общаюсь со многими жителями Эстонии и довольно часто бываю на телевидении, на радио, на страницах газет. Так было все эти годы", – объяснила свою популярность Мадизе.

По ее словам, особенно много обращений в канцелярию канцлера права поступает от русскоязычных жителей Эстонии, в том числе по вопросам образования, детей и видов на жительство. Мадизе привела в пример недавнюю историю с рабочим из Маарду, которому помогли продлить вид на жительство.

Поиск человечности

Говоря о своих профессиональных принципах, Мадизе вспомнила отца – бывшего судью Госсуда Тыну Антона, который научил ее прежде всего понимать и ценить окружающих людей и искать решение проблемы.

При этом собственную уверенность в своих интеллектуальных способностях ей пришлось пересмотреть еще в начале учебы. После окончания школы с золотой медалью и поступления на юридический факультет ей казалось, что она очень умная. Однако лекции по философии права и занятия русским языком быстро показали, что учиться ей еще очень многому.

Главный принцип, который она вынесла из этого опыта, Мадизе сформулировала так: "Важно, чтобы Эстонии и тем, кто живет в Эстонии, было хорошо. Это мой лозунг на всех должностях".

Этот же подход, по ее словам, определяет работу канцлера права. Мадизе считает, что для нее принципиально важно не просто формально следовать букве закона, а искать "человечные, жизненные решения". "Мы всегда на стороне человека. Мы говорим с человеком так, чтобы он нас понял, – просто и добродушно. Решение, которое мы предлагаем, должно быть жизненно правильным", – объяснила она.

В качестве примера Мадизе привела ситуацию, когда из-за несовершенства закона или информационной системы человек мог остаться без пенсии. В таких случаях, считает она, задача государства – найти решение, позволяющее человеку получить то, что ему положено.

Конструктивная критика и слежка

Мадизе не отказывается от возможности президента критиковать правительство или парламент. Но, по ее мнению, такая критика должна иметь четкую цель: "Всегда нужно иметь в виду, что критика должна быть направлена на решение проблем, на то, чтобы людям Эстонии жилось лучше".

Она привела в пример ситуацию в Выру, где часть младшеклассников лишилась пособий на тренировки, хоры и другие кружки. После вмешательства проблему удалось исправить. Для Мадизе именно такие истории являются показателем работы государственных институтов: человек обращается с проблемой – государство должно найти способ ее решить.

Отдельная тема – расширение возможностей государства по наблюдению за гражданами. Мадизе считает использование камер оправданным, если они помогают предотвращать преступления, насилие или опасное поведение на дорогах. Но, по ее мнению, здесь существует принципиальная граница.

Если камеры используются для безопасности, люди должны понимать, зачем они установлены. Но когда государство получает возможность постоянно контролировать всех граждан, даже тех, кто ничего не нарушает, возникает опасность. "Когда использование камер доходит до того, что все люди всегда и везде "под колпаком", хотя и не совершают преступлений, – это уже опасность, от которой я предостерегаю", – сказала Мадизе.

Она предупредила, что подобные системы могут использоваться не только против преступников, но и против политической оппозиции, конкурентов или меньшинств.

На вопрос, чего она больше опасается – всесильного государства или беспомощного государства, которое не способно защитить своих граждан, – Мадизе ответила предельно коротко: "Я боюсь обоих".

Русскоязычные темы

Комментируя дискуссию вокруг законодательства о церквях и приходах, она сказала, что противоречащие Конституции законы президент должен возвращать в парламент. Если парламент принимает их повторно, вопрос может быть передан в Государственный суд.

Но права человека, по ее мнению, не могут использоваться для разрушения системы защиты этих же прав. Если человек доказанно угрожает конституционному строю Эстонии, готовит теракты, поддерживает преступления против человечности или военные преступления, государство должно действовать. "Ни одним правом человека нельзя злоупотреблять, чтобы нарушать права других людей или вообще разрушать систему, защищающую все права человека", – уверена Мадизе.

В образовательной политике Мадизе занимает позицию, согласно которой язык обучения не может определяться отдельно каждым муниципалитетом. По ее словам, Конституция относит этот вопрос к сфере государственной ответственности, а решение принимает Рийгикогу.

Однако для самой Мадизе вопрос значительно шире перехода школ на эстонский язык: "Моя цель на посту канцлера права всегда была, чтобы абсолютно все дети, родившиеся в Эстонии, были огромной ценностью". По ее мнению, ребенок должен получить максимально качественное образование независимо от того, родился ли он в центре Таллинна, в Нарве или в сельской местности.

При этом знание родного языка детей из русскоязычных и многоязычных семей Мадизе считает преимуществом, которое следует сохранять. В идеале выпускник эстонской школы должен владеть государственным и родным языками, а также английским и, по возможности, еще одним иностранным языком. "Учите языки и пытайтесь понять культуры других народов. Это очень-очень интересно", – посоветовала она.

Еще одна тема, по которой позиция Мадизе расходится с итоговым решением парламента, – лишение обладателей серых паспортов права голоса на местных выборах.

Мадизе подчеркнула, что с самого начала выступала против идеи изменить это право обычным законом. По ее словам, право постоянных жителей участвовать в местных выборах было закреплено Конституцией после референдума. Она считает решение Конституционной ассамблеи, позволившее негражданам, долго живущим в Эстонии, участвовать в решении вопросов местной жизни, "продуманным и очень мудрым".

Теперь, после изменения Конституции, Мадизе предложила обратить внимание на тех жителей, которые больше не имеют права голоса. В качестве возможного решения она называет консультативные советы или собрания, через которые их интересы могли бы учитываться местными властями. "Никто не отменял принцип, по которому самоуправление должно работать во благо всех жителей, неважно, есть у тех право голоса или нет", – уверена Мадизе.

Внешняя политика и президент

Говоря о внешней политике, Мадизе отказалась критиковать предыдущих президентов Эстонии. В частности, она не стала оценивать спорные высказывания действующего президента о возможностях переговоров с Россией в 2022 году. Мадизе объясняет это тем, что не присутствовала при разговоре и не знает точного контекста и перевода. По ее мнению, под сильным медийным давлением любой политик может неудачно сформулировать мысль.

Но ее собственная позиция относительно войны предельно определенна: "Я не верю, что президент республики мог сказать что-то о том, что другая суверенная страна должна или не должна делать. Как Украина ведет переговоры, что делает, – решает Украина". Задача Эстонии и Европы, по ее словам, – поддерживать международное право и сторону страны, на которую напали.

На вопрос о том, какие качества она хотела бы перенять у предыдущих президентов Эстонии, Мадизе ответила неожиданно: у каждого из них есть чему научиться, но для нее важнее всего оставаться собой.

И здесь вновь появляется главная тема ее президентской кампании – ощущение человека, что Эстония является его домом: "Мне интересно то, что происходит в Эстонии, – почему многие ощущают, что их здесь не ценят такими, какие они есть, почему многие ощущают, что, может быть, Эстония – не то место, где их ценят, ждут, где хорошо жить, растить детей, стареть, работать, учиться, писать стихи, играть в рок-группе, заниматься спортом".

Мадизе сказала, что хотела бы сделать все возможное, чтобы как можно больше людей чувствовали, что в Эстонии хорошо жить. Именно поэтому она связывает президентскую должность не только с государственной политикой, но и с отношением государства к своим жителям.

"Я думаю, что, наверное, правда этим отличаюсь, у меня очень большой опыт общения с жителями Эстонии, очень разными, очень разного возраста. Мне это очень нравится", – сказала она. При этом Мадизе признала, что не всегда умеет давать "гладкие" и политически выверенные ответы.

Такой кандидат в президенты

В завершение интервью Мадизе спросили, какой профессией она занималась бы, если бы не выбрала право.

Ответ – врач. По ее словам, когда-то ей действительно приходилось выбирать между медициной и юриспруденцией. В конечном счете она выбрала право, но цель осталась прежней: "Моя цель – решать проблемы людей и им помогать. Это цель всей моей жизни".

Мадизе призналась, что она очень самокритична и часто жестко оценивает собственные поступки. А больше всего за последнее время ее тронуло то, что группа девочек-гимнасток сказала, что держит за нее кулаки, поскольку видит в ней пример.

Смеется же кандидат в президенты теперь, по ее словам, практически каждый день: ей присылают смешные статьи о ней самой: "И я очень громко смеюсь. Это очень круто".