"Народ определяет не то, что у него есть, а то, во что он верит", – сказал Антон Хансен Таммсааре.

Я верю в Эстонию. Верю в наше право быть свободными. Самостоятельно решать свое будущее. Говорить на своем языке, беречь свою культуру и воспитывать своих детей. И делать все это в свободной Эстонии. Но последние четыре года очень четко напомнили нам одну простую истину: свободы недостаточно, если мы в нее только верим. Свободу нужно уметь беречь. И при необходимости ее нужно уметь защищать.

24 февраля 2022 года Россия начала полномасштабную войну против Украины. Войну за то, чтобы лишить другой народ его свободы. Этот день изменил Европу.

Для Эстонии это не стало тревожным звонком – мы и так не спали. Мы годами говорили, что угроза со стороны России не теоретическая, и что для защиты восточного фланга НАТО недостаточно одной лишь политической солидарности: сдерживание должно опираться на реальную военную силу. Однако с началом войны времени стало меньше. И с этого момента перед нами стоял вопрос уже не просто о том, что нужно для обороны Эстонии, а о том, как быстро мы сможем приобрести необходимое и превратить это в боеспособный потенциал.

Теперь, после четырех лет в Министерстве обороны, я могу смело сказать: Эстония стала сильнее. Эстония лучше вооружена. Эстония лучше защищена. И Эстония никогда еще не была так тесно связана со своими союзниками, как сейчас. Но мы не готовы, потому что гособорона никогда не бывает готова.

Оборона начинается с первого метра

Освободительная война научила нас тому, что никогда нельзя забывать. Свою землю легче удерживать, чем отвоевывать назад. Именно поэтому оборонная позиция Эстонии и НАТО за последние четыре года существенно изменилась.

Наша цель – не ждать, пока противник окажется на территории Эстонии, и только тогда начинать думать, как вытеснить его отсюда. Наша цель – защищать Эстонию с первого метра. Это не просто красивое выражение. Это меняет то, как мы планируем, какое оружие покупаем, где располагаются наши союзники, как мы тренируемся. И прежде всего это меняет сигнал возможному агрессору. Посыл прост: каждый эстонский город, каждая деревня, каждый остров и каждый метр эстонской земли принадлежит нам, и мы будем защищать его вместе с союзниками в любой момент и любой ценой.

Для реализации этого принципа в конце 2022 года была создана дивизия Эстонии. Дивизия – это не просто новый штаб или новая ячейка в структуре Сил обороны. Это способность управлять обороной Эстонии в целом. Связать воедино наши бригады, территориальную оборону, артиллерию, ПВО, разведку, саперов и логистику. И интегрировать в это же управление наших союзников. Ведь защита НАТО начинается и в Нарве, Выру, Валга, Пярну, Таллинне и на наших островах.

Второе крупное изменение за последние четыре года – это огневая мощь. Еще несколько лет назад возможности Эстонии влиять на противника вдали от наших границ были ограниченными. Сейчас картина иная. У нас есть самоходные артиллерийские установки K9, САУ CAESAR, реактивные системы залпового огня HIMARS. У нас есть барражирующие боеприпасы. У нас появляется все больше дронов, улучшаются возможности разведки и целеуказания, а также мы развиваем собственную способность нанесения глубоких ударов.

Почему это важно?

Потому что войну нужно держать подальше от жителей Эстонии. У нас должна быть способность воздействовать на командные пункты, логистику, огневые средства и районы сосредоточения подразделений противника до того, как они доберутся до наших людей. В этом и заключается смысл сдерживания. Противник должен знать, что цена агрессии будет невыносимо высока. И чем тверже он это знает, тем ниже вероятность того, что нам когда-либо придется использовать это оружие на практике.

Эстонское небо должно быть защищено

Война в Украине научила нас и тому, что современное поле боя простирается повсюду. Если влияние самолетов и вертолетов снижается, то угрозы, связанные с более массовым применением крылатых ракет, баллистических ракет и, конечно же, дронов, многократно возросли.

Поэтому в последние годы мы сделали один из важнейших шагов в развитии обороноспособности Эстонии – мы выстраиваем многослойную противовоздушную оборону. Мы усилили и продолжаем развивать ПВО ближнего действия. В нашем распоряжении находятся системы Mistral и Piorun, а теперь и дроны-перехватчики. Прибыла система ПВО средней дальности IRIS-T, и мы находимся на завершающей стадии выбора средств противоракетной обороны.

Это масштабное изменение. Но и здесь мы должны быть честны перед самими собой. Противовоздушная оборона нуждается в непрерывном развитии. Технологии дронов развиваются месяцами. Системы вооружения меняются. Радиоэлектронная борьба меняется. Мы должны меняться по меньшей мере так же быстро. Нельзя готовиться к следующей войне только с помощью оружия прошлой войны.

Море – это тоже часть нашего оборонного пространства

То же самое касается и моря: наша безопасность не заканчивается на береговой линии. Балтийское море соединяет нас с нашими союзниками. По морю передвигаются люди и грузы. На морском дне расположены коммуникации, от которых зависит наша повседневная жизнь. Поэтому в последние годы мы укрепили и морскую оборону. Противокорабельный потенциал Blue Spear – это стратегическое изменение для Эстонии. Кроме того, мы развили возможности морского минирования и наблюдения.

Наша география – наша неизбежность, но наша география не должна быть нашей слабостью. При наличии правильных возможностей и сильных союзников она может стать нашей силой. И именно для обеспечения правильных возможностей в ближайшие месяцы необходимо принять решение о типе и количестве новых кораблей. Мы должны строить новые корабли по максимуму в Эстонии, и моим советом для сохранения фокуса ВМС было бы передать компетенцию по ликвидации морских загрязнений из ведения ВМС в компетенцию Государственного флота.

Оружие без боеприпасов не стреляет

Пару слов и о боеприпасах, вызвавших в последние годы много споров и обсуждений. Факт в том, что современная оружейная система без боеприпасов – это в конечном итоге просто дорогой металл. Поэтому мы приняли решение очень существенно увеличить запасы боеприпасов Эстонии.

В период с 2022 по 2029 год в закупку боеприпасов уже было инвестировано и еще будет направлено около пяти миллиардов евро. Эта цифра огромна, но еще важнее понимать, что за ней стоит. Мы покупаем не просто снаряды и ракеты. Мы покупаем устойчивость. Мы покупаем способность воевать не только в первый день, а столько, сколько потребуется для защиты Эстонии.

Самая важная система вооружения – это человек

Теперь мы подошли к самой важной части гособороны Эстонии. Это не HIMARS. Это не K9. Это не IRIS-T. Это не Blue Spear. Наша главная оборонная способность – это наши люди. Военнослужащие срочной службы, получающие лучшую подготовку для защиты своей страны. Резервисты, которые приходят на учебные сборы. Кадровые военные, для которых защита Эстонии – это ежедневная работа, выполняемая с полной самоотдачей. Добровольцы Кайтселийта, в том числе женской организации Naiskodukaitse, юношеской организации Noorkotkad и молодежной женской организации Kodutütred, вносящие свой вклад на добровольной основе. А также спасатели, полицейские и другие лица, которые ежедневно вносят свой вклад в защиту Эстонии.

Защитником родины я осмелюсь назвать и предпринимателя, который понимает и поддерживает своего сотрудника, когда тому нужно отправиться на учения. Точно так же защитником родины является каждая семья, которая знает, почему мама или папа иногда надевают форму и уходят из дома. В 2024 году я сказал людям, десятилетиями вкладывавшим силы в гособорону: без наших людей наши собственные или союзнические возможности – это всего лишь кусок железа.

Я верю в это теперь еще сильнее. За каждым оружием стоит человек. А за этим человеком стоит общество. Краеугольный камень нашей обороноспособности – это наша воля к защите. Ее нельзя купить за границей. Ее нужно воспитывать дома. В школе. В семье. В сообществе. И ее нужно беречь каждый день.

Да, независимая обороноспособность Эстонии – наша первая ответственность. Но мы не одиноки. Мы входим в НАТО. Плечом к плечу с нашими военнослужащими здесь, на родной земле, служат военные из Великобритании, Франции, Соединенных Штатов и других стран-союзников. Они приедут в Эстонию не только тогда, когда начнется кризис. Они здесь, мы вместе планируем, мы вместе тренируемся, мы знаем друг друга и, если потребуется, будем сражаться вместе. В этом и заключается сила НАТО. Не только в пятой статье. Не только в подписях под договорами.

Возможный агрессор не может смотреть на Эстонию и видеть маленькую страну с населением 1,3 миллиона человек. Он должен видеть самый мощный военный альянс в мире. В то же время наличие союзников не означает отказ от собственной ответственности. Чем больше мы вкладываем сами, тем сильнее НАТО. Чем сильнее Эстония, тем сильнее НАТО.

И эта коллективная сила НАТО, разумеется, является бременем для налогоплательщика. За четыре года оборонный бюджет Эстонии вырос с 780 миллионов евро до 2,4 миллиарда евро в год. Это более пяти процентов нашего национального богатства, и это стало историческим усилием для Эстонии, поскольку мы ни на секунду не должны забывать, откуда берутся эти деньги. Они поступают от труда жителей Эстонии и от наших предприятий. Для того чтобы жители Эстонии могли жить в мире. Чтобы предприниматели не боялись инвестировать. Чтобы семьи не боялись строить дома. Чтобы ребенок утром мог пойти в школу, не думая о том, будет ли завтра его страна свободной.

И, как я уже говорил ранее, свобода не дается бесплатно. Или еще проще: цель увеличенных расходов на оборону – сохранить свободу и мир.

Украина борется и за нашу безопасность

Часть этих расходов на оборону мы решили направить на поддержку освободительной борьбы Украины, потому что мы не можем говорить о развитии обороноспособности Эстонии без Украины. Украинские солдаты сражаются за свой дом. За своих детей. За свою свободу. Украина показала нам, что такое воля к защите. Она показала важность дронов. Важность противовоздушной обороны. Важность артиллерии. Важность радиоэлектронной борьбы. Важность логистики и боеприпасов. Но самый важный урок гораздо проще.

К войне нельзя готовиться в день, когда она начинается, – тогда уже поздно. Каждый резервист, которого мы обучаем. Каждая ракета и каждый снаряд, которые мы закладываем на склады; каждый дрон, управлению которым мы учимся; каждый союзник, с которым мы вместе тренируемся; каждое предприятие оборонной промышленности, чьи мощности мы сегодня наращиваем, – все это гарантирует, что Эстонии никогда не придется пережить то, что Украина пережила утром 24 февраля 2022 года.

Готова ли Эстония теперь?

Мы учились у Украины и предприняли как общество масштабные усилия по наращиванию оборонных расходов. На закономерный вопрос, готова ли теперь наша государственная оборона, я отвечу так: мы готовы как никогда раньше, но наша работа еще не завершена.

Нам необходимо продолжать развивать противовоздушную и противоракетную оборону, наращивать возможности применения и противодействия дронам, развивать радиоэлектронную борьбу, увеличивать запасы боеприпасов, укреплять границу и возводить оборонительные сооружения, а также развивать собственную оборонную промышленность. И прежде всего мы должны беречь наших людей, потому что главная слабость Эстонии возникнет не от того, если у нас окажется на одну оружейную систему меньше. Главная слабость Эстонии возникнет тогда, когда мы сами перестанем верить в то, что эту страну стоит защищать. Этого нельзя допустить.

Политика

Последние недели выдались бурными для государственной обороны Эстонии и для меня лично. Я решил взять на себя политическую ответственность и передать эстафетную палочку министра обороны. Политический накал в последние недели был весьма значительным, но я ухожу с прямой спиной, зная, что вложил максимум в развитие гособороны и помощь Украине, и покидаю пост с осознанием того, что мы действовали, а не сидели сложа руки.

Благодарю всех, с кем вместе мы развивали государственную оборону. Это была мощная поездка по довольно штормовому морю, но все это ради того, чтобы Эстония была защищена. Прежде чем уйти, воспользуюсь возможностью обозначить некоторые темы.

Во-первых, помощь Украине.

Выбором Эстонии в последние годы была максимальная поддержка Украины – быть международным локомотивом, чтобы у украинского народа была возможность защитить свою свободу. По инициативе Эстонии Европейский союз с беспрецедентной скоростью договорился об инициативе миллиона снарядов. Коалиции возможностей в поддержку Украины также берут свое начало с артиллерийской коалиции, инициированной Эстонией. Эстония вынесла на мировой уровень инициативу выделения 0,25 процента ВВП на поддержку Украины, мы заключили с Украиной соглашение о поставках дронов и многое другое.

В организации этой помощи Министерство обороны играло и играет ведущую роль. Этого никто никогда не отрицал, и, разумеется, у меня как у министра обороны были повышенные ожидания ко всему, что касалось помощи Украине. Сопряжено ли это было с рисками? Разумеется.

Ведь закупались боеприпасы, которые закупала и Россия, причем в местах и у поставщиков, которые часто вовсе не хотели афишировать свою связь с помощью Украине. Совершенно логично, что я как министр держал себя в курсе текущего состояния дел с помощью Украине, поскольку иначе было бы просто невозможно.

Я ездил на встречи украинской Контактной группы по вопросам обороны (так называемый формат "Рамштайн") каждые один-два раза в месяц, каждые полгода бывал в Украине, не говоря уже о прямых международных контактах, в том числе с украинским коллегой, и внутреннем ожидании в Эстонии оказывать Украине еще большую и более быструю поддержку. На всех этих встречах неизменно стоял вопрос о том, что и когда мы еще можем сделать. Ожидание поддержки Украины было очень высоким как в Эстонии, так и в Украине, а также на международном уровне.

Я как министр всегда непоколебимо выступал за поддержку Украины и буду продолжать делать это в дальнейшем. В интересах безопасности Эстонии – чтобы Украина получала максимальную помощь как можно быстрее. Ради этого многие люди приложили колоссальные усилия, в числе которых, безусловно, и бывшие руководители Государственного центра оборонных инвестиций (RKIK).

При содействии Эстонии в Украину было поставлено боеприпасов на сотни миллионов евро. Это факт, и я верю, что тем самым мы спасли сотни, если не тысячи жизней украинцев. То, что какая-то компания не выполнила свои обещания, прискорбно, и я искренне надеюсь, что прежде всего сама компания Datasel осознает: их действия означают каждого потерянного защитника Украины.

Я надеюсь, что именно это послужило мотивом для того, что в понедельник днем Datasel отправила членам как правительства, так и Рийгикогу письмо, в котором подтверждает свое желание урегулировать возникший спор путем переговоров. Если они смогут доказать это и делами – это очень хорошо, потому что Украине нужны боеприпасы. Если нет, судебные споры по вопросу нарушения договора продолжатся, как и расследование под руководством Европейской прокуратуры.

То есть, если европейского налогоплательщика или Эстонию обманули в ходе оказания помощи, это должны выяснить прокуратура и следственные органы, а не политически ангажированные комиссии Рийгикогу. До выборов осталось шесть месяцев, и большое желание Кремля – видеть, как мы увязаем во внутренних распрях в условиях, когда причина проблем находится за пределами Эстонии. Нам следует не спорить друг с другом о том, кто и когда что сделал, а сосредоточиться на том, как оказывать Украине еще большую помощь. Это могла бы понять и оппозиция.

Во-вторых, о политической культуре.

Эстония – демократическое государство. Помимо прочего, это означает разделение властей и необходимость осознавать роли, сопряженные с должностью. Роль Рийгикогу не заключается в проведении уголовного расследования, но задавать вопросы о деятельности правительства, безусловно, уместно. Мне хотелось бы видеть в парламенте конструктивные, предметные дебаты, а не политические уколы любой ценой.

Я уверен, что с моим уходом с поста министра обороны новому министру обороны не стоит ждать от оппозиции ничего хорошего. Меня не удивит, если на инфочасах или в депутатских запросах мы услышим формулировки вроде следующих: "Вы ведь руководили Силами обороны, когда вскрылись проблемы с учетом имущества и запасов" или "Как вы объясните ситуацию, когда вы ушли из Сил обороны прямиком в оборонную промышленность и теперь сразу обратно, то есть за короткое время совершили разворот на 360 градусов?" или "Что вы имеете против Каймо Кууска?"

Вместо подобных вопросов парламент должен сосредоточиться на действительно важных темах: например, как будет развиваться наш флот или когда будет заключен договор о закупке систем ПВО. Иными словами, существует реальный риск увязнуть в пережевывании прошлого в ущерб содержательной оборонной политике, а это развитию гособороны никак не способствует.

Поэтому я желаю Мартину Херему сил и энергии на следующие шесть месяцев. Ему точно будет непросто доказать, что на посту министра обороны он не является командующим Силами обороны в гражданской одежде. Возглавляя оборонную политику Эстонии, необходимо понимать, что она не принадлежит какому-то одному чиновнику, одному генералу или одному институту.

Оборонная политика должна стоять выше партийных разногласий, ведь у нас лишь одна Эстония, которую необходимо защищать. Задача государственных лидеров – вселять в общество уверенность, а не сомнения, укреплять чувство защищенности, а не сеять страх. Народ ждет от руководителей твердости и взвешенного управления. О проблемах безопасности нужно говорить честно и прямо, но ответственно, четко разделяя факты и риски. Наша цель – показывать, что Эстония готова защищать своих людей, тесно сотрудничать с союзниками и реагировать на любые угрозы спокойно и решительно. Страх не делает общество сильнее. Его укрепляют доверие, готовность действовать и единство.

В заключение

Мы не можем выбирать нашу географию или наших соседей. Мы не можем диктовать, каким станет мир вокруг нас, но в наших силах выбрать, с чем мы пойдем навстречу этому миру. Со страхом или с уверенностью. В одиночку или вместе. В надежде, что ничего не случится, или в готовности сделать так, чтобы ничего не случилось.

Эстония выбрала готовность. Не потому, что мы хотим войны, а потому, что мы хотим мира. Мы делаем это для того, чтобы наши дети могли расти в свободной Эстонии, говорить на эстонском языке. Чтобы они сами выбирали свой путь и, отправляясь в большой мир, всегда знали, что у них есть дом, куда можно вернуться.

Эстония – это и есть то, что мы защищаем. Не только 45 000 квадратных километров земли, не только государственную границу. Мы защищаем нашу возможность быть самими собой: наш язык, нашу культуру, нашу историческую память, наши семьи, наше право самим принимать решения и наше будущее.

Но мы также знаем, что свобода – это ответственность. Ответственность, которая ложится не только на каждого человека, но и на партии, политиков, чиновников и средства массовой информации. Ответственность отделять важное от второстепенного. Ответственность не втягивать государственную оборону в мелкие политические дрязги. Ответственность исключить из тем гособороны популизм и осознанное тиражирование кремлевской пропаганды. Ответственность быть государственным деятелем.

Давайте не будем забывать, что и у нынешних лиц, принимающих решения в государственной жизни, есть задача передать Эстонию следующему поколению свободной. Я искренне надеюсь, что каждый принимающий решения и каждый политик подумает и отмерит десять раз, прежде чем развязывать популистскую политическую войну в сфере гособороны, ведь, будем честны, каждый ненужный спор или распространение кремлевских нарративов подрывает наше единство и сеет ненависть в обществе.

Я глубоко убежден, что это ложный путь, который лишь раскалывает и ослабляет общество. Точно так же я уверен, что жители Эстонии хотят стабильного развития гособороны и хотят видеть, что их собственный вклад действительно имеет значение. Именно поэтому я ухожу в отставку с прямой спиной, зная, что за последние годы государственная оборона развивалась в верном направлении. Наши Силы обороны стали сильнее, союзнические отношения – крепче, вооружение – мощнее, а воля к защите – непреклонной. Давайте беречь эту волю. Давайте беречь друг друга. Давайте беречь Эстонию.

Комментарий основан на политическом заявлении Ханно Певкура, сделанном в Рийгикогу.