Одна из задач канцлера права – регулярно проверять работу тюрем и условия в них, поэтому 27 августа советники канцлера права без предупреждения проверили Тартускую тюрьму с целью оценить условия содержания заключенных, в том числе шведских, пишет ERR.

На момент проверки в Тартуской тюрьме находились 15 заключенных из Швеции. Советники канцлера права побеседовали с восемью заключенными и тюремными чиновниками, осмотрели помещения и выборочно ознакомились с документами.

Заключенные не были согласны на перевод в Эстонию

Большинство заключенных, беседовавших с советниками канцлера права, заявили, что не соглашались на перевод в Эстонию. По словам одних, о переводе их предупредили примерно за две недели, по словам других – всего за несколько дней.

Заключенные утверждают, что в шведских тюрьмах они хорошо себя вели и были мотивированы. По их оценке, цель их перевода в Эстонию заключается не в том, чтобы помочь им вернуться в общество, а в том, чтобы представить аренду тюремных помещений как историю успеха. Они воспринимают перевод в Эстонию как двойное наказание, и их прежняя мотивация стремиться к законопослушной жизни сошла на нет.

Все заключенные, беседовавшие с советниками канцлера права, заявили, что в шведских тюрьмах сведения об условиях содержания в Эстонии они почерпнули преимущественно из информационной брошюры. По их оценке, предоставленная им в Швеции информация и реальность существенно отличаются.

По утверждению некоторых заключенных, в Швеции им говорили, что в Тартуской тюрьме они продолжат отбывать наказание в соответствии со шведскими законами и что в Тартуской тюрьме заключенные имеют как минимум такие же или даже более широкие привилегии, чем в шведских тюрьмах. По словам заключенных, это не соответствует действительности.

Кроме того, переведенные в Тартускую тюрьму шведские заключенные не понимают, по каким вопросам, кому и каким образом они вправе подавать ходатайства и жалобы.

"Канцлер права не знает и не может подтвердить, какая именно информация и каким образом была предоставлена заключенным в Швеции, однако представления и мнения всех заключенных о полученной информации были схожими", – говорится в отчете по итогам проверки в Тартуской тюрьме.

Языковой барьер мешает общению 

Согласно собранным в ходе проверки данным, до перевода в Эстонию заключенным не предоставили достаточной информации об условиях содержания в Тартуской тюрьме и действующих там правилах. В Тартуской тюрьме из-за языкового барьера им сложно понимать получаемую информацию и общаться с тюремными чиновниками и другими работниками тюрьмы.

Заключенные, беседовавшие с советниками канцлера права, в определенной степени владели английским языком. В отчете канцлера права отмечается, что языковой барьер может иметь решающее значение, особенно при обсуждении сложных вопросов.

По оценке шведских заключенных, не все тюремные чиновники свободно владеют английским языком, поэтому заключенные мало общаются с чиновниками, которым, в свою очередь, бывает сложно отвечать на вопросы заключенных. Это повышает риск возникновения недопонимания, которое, по словам заключенных, может приводить к ненужным конфликтам.

Например, одному из заключенных запретили пользоваться предметом, которым некоторым другим заключенным пользоваться разрешалось. Заключенный воспринял такое различие в обращении как проявление вражды и предположил, что это было обусловлено цветом его кожи и происхождением.

Позднее выяснилось, что заключенному не разрешили взять предмет в камеру, поскольку на этот предмет сначала нужно было наклеить защитные наклейки. Подобной ситуации и возникшего из-за нее ненужного напряжения можно было бы избежать, если бы заключенному своевременно объяснили происходящее на понятном ему языке.

Также отмечалось, что чиновники пока не использовали приложения для перевода при общении с заключенными. При медицинском осмотре присутствовал переводчик, однако он переводил объяснения с эстонского языка на английский, а не на шведский.

Расходы на поддержание связи с семьей слишком высоки

У советников канцлера права также возникли вопросы относительно того, насколько тщательно были проанализированы семейные связи доставленных в августе в Тартускую тюрьму заключенных из Швеции, а также права и интересы их детей.

Несколько заключенных в беседе с советниками заявили, что их близкие живут в Швеции и до перевода в Эстонию они регулярно общались и встречались с ними. По их словам, перевод в Эстонию значительно осложнил их общение с близкими и сделал встречи невозможными.

Один молодой заключенный рассказал, что очень близок со своей матерью и двумя несовершеннолетними сестрами. По его словам, перевод в Эстонию стал тяжелым испытанием как для него самого, так и для его семьи, поскольку родные очень его поддерживали и мотивировали его быть законопослушным.

Другой заключенный сказал, что в Швеции у него есть ребенок десяти лет. По словам заключенного, до перевода в Эстонию он надеялся договориться с матерью ребенка о встречах с ребенком в тюрьме, а теперь это невозможно.

Третий заключенный рассказал, что его ребенок в возрасте примерно двух с половиной лет живет примерно в 20 минутах езды от шведской тюрьмы, в которой он отбывал наказание, и с тех пор, как ребенку исполнилось три месяца, он регулярно встречался с ним в тюрьме раз в неделю. Этот заключенный очень переживает из-за того, что их отношения с ребенком будут непоправимо испорчены и ребенок отдалится от него.

Заключенные, беседовавшие с советниками канцлера права, также заявили, что, по их оценке, из Эстонии звонить близким дороже, чем из Швеции, поэтому они, возможно, не смогут поддерживать связь с родными так же часто, как раньше. На момент проверки у доставленных из Швеции в Эстонию заключенных еще не было возможности совершать видеозвонки.

Все заключенные, беседовавшие с советниками канцлера права, заявили, что из-за расходов на поездку и других затрат, связанных с посещением, их близкие не могут приезжать в Эстонию. По словам большинства заключенных, ни их самих, ни членов их семей не информировали о том, можно ли получить финансовую помощь для покрытия расходов на поездки и других затрат, связанных с посещением, и, если такая возможность существует, как ее оформить. Лишь один из заключенных, участвовавших в беседе, упомянул, что слышал о возможности получить такую помощь.

Раздражающее расположение телевизоров

Заключенные были недовольны и тем, что в камерах Тартуской тюрьмы два телевизора расположены рядом друг с другом. В шведских тюрьмах телевизоры установлены на стене напротив спальных мест таким образом, что сокамерники могут смотреть телевизор, не мешая друг другу.

Хотя заключенным разрешено пользоваться наушниками, их раздражает, что на расположенных рядом экранах одновременно показывают две разные передачи. По мнению заключенных, это может приводить к конфликтам.

Несколько заключенных обратили внимание на то, что им небезопасно спать на верхнем ярусе двухъярусной кровати, поскольку там нет ограждения. Заключенные пожаловались на это тюремными чиновникам, после чего заключенных разместили в камерах по одному, предоставив возможность спать на нижнем ярусе. По словам заключенных, проблема может возникнуть вновь, когда в тюрьму переведут больше заключенных и в каждую камеру будут помещать по два человека.

При принятии душа не обеспечивается приватность

Заключенные, беседовавшие с советниками канцлера права, указали на то, что в душевой имеются три расположенных близко друг к другу душа, рассчитанные примерно на 40 заключенных. Поскольку между душами нет перегородок, сейчас заключенные принимают душ по одному, что вполне возможно, когда в секторе находятся 7-8 человек, но в случае 40 человек возможности приватно помыться нет.

Исповедующие ислам заключенные отметили, что до сих пор у них не было возможности встретиться с мусульманским священнослужителем или принять участие в общей молитве. Тюремные чиновники признали, что заключенным необходимо обеспечить возможность удовлетворять свои религиозные потребности, однако пока неясно, является ли организация встреч с мусульманскими священнослужителями задачей Эстонии или Швеции.

В отчете канцлера права подчеркивается, что решение проблем возможно только при сотрудничестве Эстонии и Швеции, поэтому замечания также будут направлены шведской стороне.