- Дональд Трамп в последние дни предпринял шаги, которые явно вредят Украине и помогают России проводить информационные операции. Также есть опасения, что эти шаги в определенной степени позволят ей выйти из изоляции. Вы можете объяснить, почему Трамп это делает?

- Здесь нужно учитывать непосредственно внутреннюю политику США и предстоящие промежуточные выборы. Разумеется, можно спорить о том, были ли эти шаги правильными и повлияют ли они на промежуточные выборы. Все эксперты заявили, что даже заключенная Трампом сделка по дизельному топливу практически не повлияет на мировые цены на нефть.

Во-вторых, американские избиратели в целом не являются сторонниками Путина и примерно две трети из них все-таки стоят на стороне Украины, поэтому весьма сомнительно, что действия Трампа как-то повлияют на результаты промежуточных выборов. Но, возможно, это свидетельствует о том, что Трамп гораздо больше готов поддерживать Путина, чем Украину.

- Президент Украины Владимир Зеленский, в свою очередь, подлил масла в огонь и в интервью Пирсу Моргану заявил, что чувствует себя преданным Трампом. Мы все понимаем, что порой очень хочется высказать все, что думаешь, но не перегнул ли Зеленский палку?

- На мой взгляд, нет. А какая была альтернатива? Промолчать?

- Трамп обижается, запоминает и делает ответный ход.

- Да, но я считаю, что между союзниками могут возникать разногласия и расхождения во мнениях. То, что сейчас делает Зеленский, – это привлечение внимания к реальному положению дел. Задача Зеленского как президента своей страны – прежде всего защищать государство и его население.

Нельзя бесконечно продолжать эту игру в угодничество, которая ведь и не принесла никаких плодов. После того как высокопоставленные политики из администрации США сообща накинулись на Зеленского в Белом доме, он попытался продолжить играть в эту игру.

- И какое-то время казалось, что все действительно идет как по маслу.

- Именно, почти год. Но в итоге мы все-таки видим, что Трамп принимает решения, руководствуясь чем-то иным. Чем именно, мы не знаем. Похоже, крайне негативные для Украины и Европы решения всегда следуют за конструктивным телефонным разговором Трампа с Путиным.

- Что касается цен на дизельное топливо, Дональду Трампу стоило бы задуматься о своих шагах и о ситуации в Ормузском проливе и войне с Ираном: нужно ли было все это и в таком виде?

- Безусловно. Что, по всей видимости, пытается сделать Трамп, так это выставить виноватым кого-то другого. Он хочет представить все так, будто не его вмешательство в Иране стало причиной, а что виновата Украина. Таким образом он надеется отвлечь внимание внутренней аудитории от войны с Ираном.

- И здесь есть еще один очень важный момент: я не знаю ни одного случая в истории, когда уступки побуждали бы Россию менять свою политику и приводили к тому, что она соглашалась сесть за стол переговоров.

- Именно. Взять хотя бы то, что, когда Трамп, так сказать, единолично объявил перемирие, заявив о согласии обеих сторон, Россия ответила через несколько минут, вновь нанеся удар по украинскому энергетическому сектору. Украина пыталась быть добросовестным партнером и в течение трех дней воздерживалась от ударов по российским нефтеперерабатывающим заводам. Россия же тем временем продолжала наносить жестокие удары, так что и Украине пришлось их возобновить.

- Как вы оцениваете ограничение спутниковой связи, учитывая, что, по данным Reuters, соответствующее распоряжение все-таки поступило из Белого дома?

- Давно известно, что владелец этой компании – Маск и что он может выполнять подобные распоряжения (владелец компании SpaceX, разработавшей глобальную спутниковую систему Starlink – прим. ред.). Если учитывать геополитическое влияние такого решения, то оно действительно могло исходить только от Белого дома.

То, что и Трамп, и Маск сейчас отказываются говорить, кто из них отдал распоряжение или откуда исходила инициатива, показывает, что они, вероятно, понимают, насколько токсичным это решение может оказаться и для внутренней политики. Американцы были бы весьма возмущены, поняв, что США повели себя таким образом, что это привело к исключительно большому числу погибших украинцев.

- Трамп также потерял политическое самообладание по другому вопросу, когда заявил, что Украине нужен новый президент. Какое вообще дело Трампу до того, кто является президентом Украины?

- Трампу здесь нечего сказать, зато Путину есть что сказать, и Трамп в данном случае повторяет нарративы Путина. Как я уже говорил, все инициативы Трампа, направленные против Украины, появляются после телефонных разговоров с Путиным. Во время этих бесед Путин может совершенно спокойно, без вмешательства со стороны, изложить все свои постулаты, которые Трамп, судя по всему, воспринимает практически буквально.

- ВСУ нанесли один из крупнейших, если не самый крупный, удар по Петербургу за время этой войны: там горела нефтяная инфраструктура, под удар попали центры обработки данных. Иными словами, Украина теперь ответила в тех же масштабах.

- Совершенно верно. Здесь, пожалуй, важен один факт: независимо от того, что происходит с другими видами разведывательной поддержки со стороны США, украинцы сегодня способны самостоятельно наносить удары вглубь российской территории. Это никак не влияет на весь процесс. Важно и то, что Россия стала торопиться с тем, чтобы Трамп воздержался от введения санкций и применения других инструментов давления, именно после ударов по нефтеперерабатывающим заводам и крупным дата-центрам.

- Президент Украины на днях участвовал в саммите. Добрых слов ему отвесили целый чемодан, но если посмотреть на практические результаты, то в рюкзаке пусто?

- Да, и на это очень грустно смотреть, поскольку очевидно, что Украина сейчас не получит от США существенной помощи. Возможно, в ближайшие месяцы под вопросом окажется и инициатива НАТО PURL (инициатива США и НАТО, позволяющая обеспечивать Украину критически необходимыми вооружениями через целенаправленное финансирование поставок американского производства – прим. ред.), а также то, сможет ли Европа что-нибудь закупать через этот механизм.

Европейские страны сами определенно могли бы сделать больше и предоставить дополнительную военную помощь. Если мы считаем, что ситуация критическая, то строительство новых заводов военной промышленности – это долгосрочный процесс. Что можно было бы сделать сейчас, так это выделить дополнительные финансовые средства Украине на развитие собственного производства.