"Разговор длился около полутора часов и был продолжением встречи в Осло 20 октября. Разговор состоялся в сотрудничестве с Украиной", – сказал Стубб.

Он подтвердил, что ключевые союзники были проинформированы до начала разговора, а содержание разговора было доведено до их сведения после его окончания.

Стубб охарактеризовал разговор как деловой и прямой. По его словам, лидеры Финляндии и Норвегии хотели прояснить возможные недоразумения и напрямую донести до Путина позиции скандинавских стран.

"Разговор с президентом Путиным был профессиональным и прямым", – сказал Стубб.

"Премьер-министр (Йонас Гар Стёре - премьер-министр Норвегии) и я посчитали важным, чтобы приграничные страны, такие как Финляндия и Норвегия, прояснили вопросы, которые могли привести к недопониманию. Мы также хотели передать президенту Российской Федерации прямые послания от имени скандинавских стран, в частности Финляндии и Норвегии", – добавил Стубб.

Стубб подтвердил, что Норвегия и Финляндия продолжат поддерживать Украину и работать над достижением прочного и справедливого мира. "Сейчас созданы предпосылки для встречи в Абу-Даби в ноябре с участием Соединенных Штатов, Украины, России и европейцев", – отметил Стубб.

Разговор Стубба и Стёре с Путиным вызвал вопросы также в Европе. Например, премьер-министр Дании Метте Фредериксен раскритиковала разговор норвежского и финского лидеров с Путиным.

Финская общественная телерадиокомпания Yle пишет, что телефонный разговор Стубба с Путиным был смелым, но рискованным шагом для всей Европы.

Yle отмечает, что в пресс-релизе канцелярия президента Финляндии подчеркнула, что Стубб и Стёре участвовали в разговоре как лидеры своих стран, а не как представители Европы. Это указывает на желание избежать впечатления, что разговор состоялся от имени Европейского союза.

Главный риск, следовательно, заключается в том, что эта инициатива может быть воспринята в Европейском союзе как самостоятельный шаг, который может расколоть государства-члены в отношении России. Европейские лидеры до сих пор проявляли осторожность в отношении вступления в переговоры с Путиным, поскольку Россия не продемонстрировала серьезной воли к прекращению войны в Украине.