Как уже было многократно подмечено, жизнь идет вперед, и развивается дичайшими темпами. Люди живут дольше, но при этом взрослеют раньше. Соответственно, времени у них оказывается больше и ерундой они тоже начинают заниматься раньше. Один из самых ожидавшихся – по крайней мере, лично мной – фильмов завершающегося фестиваля PÖFF - фильм российского режиссера Бориса Хлебникова, кажется, как раз об этом.

Главный герой фильма, врач скорой помощи Олег, в исполнении постоянного хлебниковского актера Александра Яценко, вроде бы, еще слишком молод для того, чтобы страдать от кризиса среднего возраста, однако же происходящее с ним на экране иначе, пожалуй, обрисовать нельзя.

С той только разницей, что винить во всем происходящем ему стоит не собственную тонкую душевную организацию (которая, тем не менее, достаточно тонкая - такой уж Яценко актер, у его персонажей по-другому не бывает, фактура такая), непонятные обстоятельства, неизвестно что, мотивы людских поступков, которые они не могут объяснить. Это, кажется, очень нормально и сто тысяч раз проходилось нами, вами и всеми без исключения окружающими, которыми вообще хоть что-нибудь хоть когда-нибудь переживалось.

Когда молодая жена (Ирина Горбачева) вдруг, без объяснения причин, заявляет, что не хочет больше с героем жить и что им надо развестись – разве так не бывало миллион тысяч раз с нами и нашими друзьями? Когда главный герой пьет несколько дней подряд, не от безысходности бытия, не от испорченной жизни или там той же растоптанной ТДО, а еще до этого, раньше, без объяснения причин – разве это не случалось бессчетное количество раз с нами и нашими личными знакомыми?

Акселерация, чего там говорить. От "Неоконченной пьесы для механического пианино" до "Аритмии" прошло сколько там? Сорок лет? С исторической точки зрения – ничто. А возраст таких нелепых скачков в биографии и психике трагически сместился вниз. Потому что хотя Яценко и заморозился в каком-то одинаковом возрасте, в котором пребывает уже последние лет десять, наверное, персонажу Олегу в "Аритмии", полагаю, нет еще тридцати. Он не заходит в воду и не кричит истерично "Мне тридцать шесть лет" по двум причинам. Во-первых, у него есть любимая работа. Которую он выполняет не героически, а добросовестно. Это тоже один из главных акцентов фильма. Так сказать, аристономия, теория малых дел, к счастью для фильма, не по-акунински. Во-вторых, ему нет тридцати шести.

Почему всегда бывает крайне интересно наблюдать, как жизнь хорошего, милого, чуть нелепого – и ни в коем случае не запутавшегося – человека летит под откос, в тартарары, к чертям? Естественно, вдобавок к семейным проблемам тут же добавляются еще и проблемы на работе, куда приходит отвратительный новый начальник и начинает по-новому мести. А поскольку у Олега, кроме любимой жены и любимой работы, в жизни нет решительно ничего, то в момент, когда он осознает, что вот-вот может потерять и то, и другое, на него просто накатывает вся тяжесть этого мира, все три слона давят на его не слишком мускулистые плечи, и становится страшно и жалко.

А потом для чего-то Хлебников присобачивает хэппи-энд. Вылезает какой-то невидимый бог из машины, орел на монетке, как у Розенкранца с Гильденстерном, выпадает сто раз подряд, достоверность пропадает, послевкусие смазывается.

Тем не менее это единственный недостаток фильма, который я смог усмотреть. Возможно, Хлебников в последний момент решил пожалеть своего зрителя, ведь если бы показать ему, что несчастья в жизни нормального симпатичного среднестатистического индивидуума могут происходить не потому, чтобы он как-то кармически все это заслужил, а, по большому счету, просто так, волею судеб и богов, многим было бы совсем не по себе. А так и надежда есть, и кино балансирует на грани комедии, как и все остальное – или почти все – творчество Хлебникова. Комедии в том смысле слова, что не обязательно уморительно смешно, но заканчивается без драм. Жизнь снова поворачивается. И идет. Аритмично, ага. То сбиваясь, то снова набирая обороты.