"Послевоенные дома сегодня могут казаться немного некрасивыми и скучными, но это часть нашей истории. Большая часть населения Эстонии так или иначе с ними связана: люди живут в них сами или в таких домах жили их родители и бабушки-дедушки", – сказал научный сотрудник Эстонского музея под открытым небом и докторант Института строительства и архитектуры Таллиннского технического университета Алоис Андреас Пыдра. Построенные в советское время индивидуальные дома можно встретить почти в каждом населенном пункте Эстонии: часть из них отреставрирована, часть перестроена, а часть все еще ждет обновления.

По словам Пыдра, этим домам до сих пор уделялось мало внимания. Между тем у них есть своя история, которую рассказывает открытая в прошлом году в Эстонском музее по открытым небом выставка "Типовые проекты индивидуальных жилых домов 1940–1950-х годов". "Тот, кто собирается ремонтировать дом, мог бы открыть первоначальный проект и посмотреть, каким он был. Возможно, там он найдет вдохновение или поймет, почему дом сделан именно так", – отметил Пыдра.

Сделано своими руками – сделано хорошо?

После Второй мировой войны в Эстонии остро не хватало жилой площади. Одним из способов облегчить ситуацию было строительство индивидуальных домов. "Индивидуальный дом нельзя было строить государственными силами. Государство выделяло участок и некоторые льготы, но строительство нужно было выполнять самостоятельно, с помощью семьи или родственников", – уточнил исследователь.

Это означало, что строительство собственного дома было, с одной стороны, бюрократическим предприятием: нужно было найти и получить участок, получить архитектурно-планировочное задание, выбрать проект, заключить договор на застройку, найти строительные материалы и сохранять чеки, подтверждающие, что материалы не были украдены.

"Это было семейное занятие. После работы или во время отпуска все вместе ходили строить дом", – рассказал Пыдра. С другой стороны, такие дома пережили интересное архитектурное развитие. "Особенно интересно то, как каждый строитель интерпретировал строительные знания и типовой проект из каталога и адаптировал их под свои нужды", – отметил он.

По словам Пыдра, у людей были лишь отдельные справочники, например "Elamuehitus I" Лео Юргенсона (1949) или справочники Арво Вески. Получить проекты можно было тремя способами: воспользоваться официальным типовым проектом, предложенным на архитектурном конкурсе, использовать найденные в городских архивах проекты, переделанные в типовые, или индивидуальные проекты архитекторов. "До конца 1950-х годов строитель фактически мог сделать проект сам, отвечая за его соответствие требованиям. В 1960-е это запретили", – добавил исследователь.

Лаконичные двускатные крыши

Сейчас в городском ландшафте послевоенное время напоминают дома, которые внешне похожи, но при ближайшем рассмотрении весьма различны. По словам Пыдра, указания в типовых проектах были довольно однозначными и подробно разъясненными. "Тем не менее, на обмерных чертежах можно найти очень интересное творчество. Дефицит материалов и требование самостоятельного строительства заставляли людей импровизировать", – сказал исследователь.

Первые типовые проекты индивидуальных домов появились в Эстонии в 1945 году. Однако чаще всего люди использовали альбомы повторного применения института проектирования Estonprojekt (позже Eesti Projekt), первый из которых вышел в 1954 году. "Сначала там были два типа домов: одноэтажные с высокой двускатной крышей и дома с более низкой односкатной крышей. В третьем альбоме уже встречаются двухэтажные дома", – рассказывает Пыдра.

Двускатные крыши стали массовыми отчасти из-за поиска нового архитектурного языка в сталинское время, когда от функционализма 1930-х отказались. "Одна крайность – более деревенская, с богатым декором. Другая – городская, традиционалистская и с немецкими влияниями", – сравнил Пыдра проекты 1950-х годов.

Но архитектурные намерения часто не проявились в реальности: многие строители не устанавливали декоративные элементы, предусмотренные проектом. "Из-за дефицита материалов и необходимости строить самим дома долго оставались недоделанными. Все необязательные детали – ставни, карнизы, навесы с резными столбами – часто не делали", – поясняет он.

Лаконичность решений объяснялась и тем, что индивидуальный дом нужно было в общих чертах построить за три года. Дом считался готовым и пригодным для получения разрешения на использование, если в нем имелись одна жилая комната, кухня, уборная и выполненная внешняя отделка, а со стороны улицы – ограда. По словам Пыдра, на деле строительство домов занимало 10–15 лет. "Чердачное пространство можно было обустроить позже. В доме с двускатной крышей чердак можно было сначала оставить коробкой и расшириться туда в лучшие времена", – пояснил он.

Практичность вместо красоты

Собирая материал для выставки, Пыдра нашел множество примеров отклонения от проекта. Особенно в сельской местности: например, уличную дверь, характерную для городских домов, не использовали и иногда даже закладывали кирпичом. "Зачастую меняли размеры или расположение окон. Не строили умывальные комнаты – они становились кладовками. Иногда прихожие делали гораздо больше по размеру", – перечислил исследователь.

Хотя проект предусматривал нормальную лестницу на чердак, ее нередко заменяли крутой лестницей-стремянкой, так как чердачное пространство оставалось необустроенным.

Люди адаптировали и мелкие детали: гараж могли придвинуть ближе к улице, из-за чего исчезало окно или его приходилось переносить; открытые веранды застекляли; крышу из красной черепицы заменяли на шифер. Многие типовые проекты предусматривали террасу или перголу для отдыха хозяев. "На деле же была потребность в застекленном помещении для хранения вещей зимой. Ко всем деталям, связанным с "культурой проживания", относились максимально практично", – сказал Пыдра.

До второй половины 1950-х годов в альбомах публиковались только одноэтажные проекты. По словам Пыдра, внешне похожие дома могли иметь несколько вариантов планировок, которые зависели прежде всего от расположения входных дверей, количества комнат и наличия умывальной комнаты.

Самое простое решение, по словам Пыдра, следовало традиционной в эстонских условиях планировке отдельного жилого дома, где печная труба находится в центре, а помещения распределены вокруг нее на четыре сектора: прихожая с лестницей и уборной, кухня с кладовой, гостиная и спальня. Если нужно было добавить вторую спальню или столовую, прихожую можно было перенести в центр дома, и три жилых помещения располагались П-образно вокруг нее. Если же требовалось добавить моечную, то гостиная, столовая и спальня уже образовывали форму, напоминающую букву "L".

"Поскольку количество комнат и чистая площадь были ограничены, а функциональные помещения пытались уместить на одном этаже, в планировках стали прилагать все больше усилий, что привело и к довольно четким типовым планировкам", – отметил Пыдра. Если в довоенных зданиях кухня могла быть даже самым большим помещением в доме, то с десятилетиями она становилась все уже и была едва ли больше прихожей. "Эту проблему смягчило появление двухэтажного жилого дома, где можно было разместить более приватные санитарные помещения и спальни на втором этаже, а первый этаж оставить в качестве общественной зоны. Тогда можно было придерживаться типичной планировки из четырех квадрантов, и кухня не становилась такой маленькой", – рассказал исследователь.

История не должна идти в мусорную корзину

Сегодня на повестке – реновация индивидуальных домов послевоенных десятилетий. "Их ремонтируют, но часто о первоначальной архитектуре не думают. Не обсуждают, каким дом должен был быть и стоит ли восстановить или достроить некоторые элементы", – сказал Пыдра.

Например, часто можно увидеть, как ради света слуховые окна растягивают от фронтона до фронтона. "Получается дом, который уже не двускатный, но и не полностью двухэтажный. Красота – понятие субъективное, но удачных примеров, на мой взгляд, меньше, чем неудачных", – пояснил он. Пыдра рекомендует вместо расширения слуховых окон использовать мансардные.

Неприметный облик домов обусловлен прежде всего дефицитом ресурсов и спешкой строительства. По проектам фасады были качественными и продуманными, но их реализация страдала из-за нехватки материалов.

По словам Пыдра, это хорошо видно на примере чердачных этажей: начиная строительство с фундамента, к чердаку могли дойти уже с худшими материалами. "Есть гипотеза, что верхние этажи действительно строились из более плохого материала. Поэтому при ремонте сохранить конструкцию чердака сложно. Там меньше всего соблюдали проект – межкомнатные стены, шкафы и моечные комнаты часто не делали", – отметил он.

Он рекомендует перед сносом чердака или надстройкой изучить первоначальный проект дома и окружающую застройку: какие элементы характерны для района и типа дома и что стоит сохранить или достроить. "Планируя будущее старого дома, не нужно начинать с чистого листа. Если есть желание сохранить внешний вид или характер дома, стоит изучить его историю и учитывать ее при создании своего жилья", – советует исследователь.

Выставка в Эстонском музее по открытым небом открыта до 29 апреля 2026 года.