В середине мая финансовая комиссия Рийгикогу подготовила поправки к закону о так называемой супербазе данных, то есть к Закону о пресечении отмывания денег и финансирования терроризма. Однако партия Eesti 200 отказалась поддерживать этот законопроект, в связи с чем коалиция решила не давать ему дальнейший ход.

"Законопроект, который ранее не был провозглашен президентом и сейчас ожидает повторного рассмотрения в финансовой комиссии Рийгикогу, продвигаться не будет", - подтвердила изданию Postimees глава фракции Партии реформ в Рийгикогу Ынне Пиллак. "К этому решению пришли по итогам дискуссий между партнерами по коалиции".

Присяжный адвокат Карри Гинтер, часто выступающий на тему рисков массовой слежки за гражданами, выразил в соцсетях удовлетворение этим решением. Однако в комментариях под этим же постом председатель фракции Eesti 200 в Рийгикогу Тоомас Уйбо и министр финансов, реформист Юрген Лиги устроили перепалку.

Уйбо заявил, что супербазы данных не будет. "Не сбудется и мечта Минфина о том, чтобы Бюро данных по отмыванию денег могло бы по своему усмотрению шуршать по банковским счетам людей и компаний! И причина прозаична - для этого просто нет (наших) голосов! Чтобы этот законопроект набрал достаточно голосов для принятия, предстоит пройти еще долгий путь", - написал он.

Кроме того, Уйбо отметил, что доступ к счетам при наличии "достаточных подозрений" был предоставлен RAB в 2018 году, во время правительства EKRE, Isamaa и Центристской партии, причем без какого-либо контроля над ведомством. По словам Уйбо, сейчас эту ошибку как раз и пытаются исправить.

Лиги ответил, что Уйбо должно хватить совести признать: Гинтер лжет, утверждания, будто законопроект предоставил бы Бюро данных по отмыванию денег прямой доступ к банковским счетам граждан через Регистр исполнительного производства.

Однако, по словам Уйбо, первоначальный вариант законопроекта, с которым выступили Лиги и Министерство финансов, явно представлял собой попытку получить прямой доступ к счетам людей, причем по возможности даже без серьезных на то оснований.

"Это факт! - добавил глава фракции Eesti 200. - Можно сколько угодно рассказывать о том, как строгие внутренние процедуры контролировали бы все это, но с точки зрения качественного законотворчества это несерьезно. Мы не должны прописывать законы, полагаясь на совесть того или иного ведомства - мы должны исходить из того, что для них цель всегда будет оправдывать средства".

Уйбо добавил, что если разрабатывается закон, цель которого состоит в том, чтобы втайне действовать за спиной добропорядочных граждан, то он перестанет доверять своему государству, поскольку неизвестно, что они придумают в следующий раз.

Лиги назвал заявления Уйбо и Гинтера "глубоко постыдными" и заверил, что псевдонимизированная информация не имеет ничего общего со счетами, доступ к которым не предусматривается.

"Я ломаю голову над тем, что станет с электронным государством, когда люди осознают, что ведомства и так используют регистры, а доступ к данным банковских счетов - это норма и обычная практика. Когда-то вы говорили об управлении на основе данных и персональном государстве. Подумайте об этом", - посоветовал Лиги Уйбо.

По словам министра финансов, Эстония всегда входит в число мировых лидеров в рейтингах свобод. Он подчеркнул, что прямой доступ к счетам имеет только сам банк, а также полиция, Налогово-таможенный департамент и Бюро данных по отмыванию денег, и в цивилизованном мире иначе быть просто не может.

Если Гинтер утверждал, что в случае с телекоммуникационными компаниями прямые запросы в базу данных делаются без необходимости ответа со стороны оператора и что со счетами планировалось сделать то же самое, то Лиги назвал это ложью и заверил, что Регистр исполнительного производства не позволит Бюро данных по отмыванию денег необоснованно получать доступ к счетам.

"Почему ты не говоришь правду? - спросил его на это Уйбо. - RAB может начать производство на основании любого внешнего импульса и углубиться в содержание личных счетов. Ты же сам говорил, что нельзя делать разницу, откуда исходит подозрение - от банка или от цветочного магазина, возможность расследовать должна быть в любое время".

Лиги обвинил Уйбо в повторении тезисов министра юстиции Лийзы Пакоста и подчеркнул, что в случае гражданского ведомства речь идет не о гражданском контроле, а о надзоре, который как раз и осуществляют Госконтроль, канцлер права, Инспекция по защите данных и комиссия Рийгикогу.

"По-твоему, государство не должно реагировать, если есть подозрение в отмывании денег? И реагирует на "любой импульс"? Ты шутишь. Ты прекрасно знаешь ответ. Реакция следует менее чем на один процент [случаев]", - заявил Лиги.

Уйбо же считает, что при составлении закона необходимо учитывать вероятность того, что в какой-то момент процент реагирования составит 99%. По его словам, за примером далеко ходить не надо, имея в виду то, как RAB незаконно использовало Регистр исполнительного производства.

"Государство не может вызывать доверия, если оно пытается навести порядок методами обмана", - резюмировал Уйбо.

Рийгикогу принял законопроект об изменении Закона о пресечении отмывания денег и финансирования терроризма 19 июня прошлого года. Документ предусматривал, что RAB сможет обрабатывать анонимизированные (с возможностью обратной деанонимизации) данные, проводить профильный анализ, а также применять методы текстового и интеллектуального анализа данных.

Однако 3 июля прошлого года президент отказался провозглашать этот закон, поскольку, по его мнению, тот чрезмерно ограничивал право на информационное самоопределение и в силу этого не соответствовал Конституции.

Против закона о так называемой супербазе данных выступила и канцлер права Юлле Мадизе, которая тогда также заявила, что он может противоречить Конституции.