– Как бы вы описали то, что сейчас происходит в "Эстонии"? Совет получил уже несколько публичных обращений. В чем суть проблемы?

– К сожалению, ситуация такова, что наша национальная опера сегодня находится в управленческом кризисе. Управленческий кризис, как правило, развивается по одному из двух сценариев. Первый – когда в организации происходит какое-то крупное событие, которое запускает кризис, и организация рушится. Второй сценарий – когда в течение долгого времени что-то делается неправильно и доверие утрачивается. Организация дает трещину.

Если бы я сам ставил диагноз на основе своего опыта, то думаю, что с национальной оперой реализуется именно второй сценарий. Что-то в течение долгого времени шло не так. Конкретные управленческие ошибки назвать сложно, но у многих работников пропало доверие к руководству. Первым толчком стал случай в конце весны, когда проблема с шумом выплеснулась в СМИ. С тех пор все только нарастало – это похоже на старую затаенную обиду, которая долго накопилась и наконец вырвалась наружу.

И когда проливается первая капля, остальные тоже понимают: у них есть свое мнение и они чувствуют то же самое. С июня по октябрь все время добавлялись новые детали. Сегодня совет, что называется, засучил рукава и взялся за решение проблемы. Первый шаг мы сделали вчера.

Впрочем, если сделать шаг назад, мнения все же расходятся. Есть негативные отзывы, а есть и те, кто поддерживает руководство. В самом совете, где я работаю два месяца, тоже нет единства. Часть членов совета убеждена, что ситуация крайне серьезная, тогда как другие считают, что проблемы не существует и имеет место обычное преувеличение.

За эти два месяца динамика изменилась. С каждой неделей в совете становится все больше тех членов, которые говорят, что у нас есть проблема, с которой нужно работать.

– Когда люди делают публичные обращения, значит, дело серьезное, ведь обычно такие проблемы стараются решать в первую очередь внутри организации.

– Это был Меэлис Компус, который отметил в одном из постов, что раз дело дошло до публичных обращений, значит, внутри организации действительно есть проблемы и их надо решать.

Радует, что председатель совета Ивари Илья проявил мудрость: хоть сам он и считал проблему преувеличенной, он увидел, что большинство в совете мыслит иначе. Принятое им решение уйти в отставку вызывает уважение. Теперь большинство в совете составляют люди, глубоко обеспокоенные происходящим и готовые запускать цепочку изменений

– Как бы вы описали суть проблемы, которую вы видели в "Эстонии" за эти два месяца? Что беспокоит работников?

– Поскольку мнения расходятся, совет закажет исследование удовлетворенности, которое охватит всех 450 работников. Подобные опросы проводились и в прошлые годы, но не за последние полгода, пока продолжается кризис. Прежде чем приступить к решению проблемы, мы хотим понять ее реальный масштаб и глубину.

Сейчас вырисовываются две основные темы. Первая – претензии к руководству из-за конкретных кадровых решений. Вторая – желание коллектива работать в более открытой атмосфере, где к их мнению прислушиваются и привлекают к обсуждениям, чего сейчас не происходит.

И когда спрашиваешь об этом у руководителя, он искренне удивляется: "Как это нет? Я ведь постоянно общаюсь с работниками и вовлекаю их!" Но коллектив почему-то этого не чувствует. Управленческий кризис ведь часто носит не рациональный, а эмоциональный характер. И тогда перед членом совета встает вопрос: чувствуешь ли ты сам, что проблема действительно есть, или нет.

– Люди, которые работают в этом здании, воспринимают все очень лично и эмоционально. Речь идет о профессионалах, и целью ведь должно быть то, чтобы те, кто делает эстонскую культуру на столь высоком уровне, могли заниматься этим в спокойной и хорошей рабочей обстановке. Но сейчас они этого лишены, не так ли?

– Абсолютно согласен. Первый шаг должен сделать именно совет как высший орган управления "Эстонии". И мы его сделали. Теперь мы хотим дождаться результатов исследования. Совет не может основывать свои решения на эмоциях, письмах и частных мнениях. Мы должны во всем разобраться. Мы получили письмо от оперных солистов, которое было крайне критичным, а вчера пришло обращение от руководителей среднего звена, высказывающихся скорее в поддержку действующего руководства.

Но какова реальность на самом деле? Нам нельзя переусердствовать с реакцией. Вдруг это проблема лишь нескольких человек? Проведем исследование, это займет месяц. Главное – сегодня у совета есть воля. Еще пару месяцев назад у одних она была, у других нет, но теперь динамика изменилась.

– У вас очень большой опыт работы в частном секторе. Какие конкретные шаги будут сделаны дальше, когда станут известны результаты исследования?

– Конечно, все зависит от результатов исследования. Но у моего дорогого коллеги Марта Микка был хороший образный пример: если кружка упала на пол и разбилась вдребезги, вы можете попытаться ее склеить, но чаще приходится искать новую кружку.

Мое личное мнение: в подобной ситуации без изменений в руководстве изменить положение дел будет крайне сложно.

В коммерческом секторе все устроено точно так же. Полтора года назад я завершил работу в Coop Pank не из-за утраты доверия работников, а потому, что в какой-то момент лишился поддержки совета. И мне пришлось уйти. Такова жизнь руководителей и мир управления. Тебе предоставляют возможность: если ты умеешь ее использовать и уверенно стоишь на ногах, ты продолжаешь работать. Но со временем ситуация меняется, и каждый может исчерпать себя или совершить ошибку. Тогда и получается, что тебя смещает либо коллектив, либо собственник.

В этом смысле в "Эстонии" нет ничего сверхъестественного. Очень жаль, конечно, потому что это наша очень дорогая сердцу национальная опера. Мне и самому больно читать эти письма, а через минуту идти в зал, смотреть на поющего артиста и думать, что он либо непризнанный гений, либо ему просто невероятно тяжело. И мне совсем не хочется этого видеть.

Я, конечно, реалист и мы никогда не достигнем ситуации, когда все 450 работников скажут, что все отлично. В любой организации всегда есть люди, которые более довольны и менее довольны. В этом плане отличие от коммерческого предприятия отсутствует. Разве что в "Эстонии" больше творческих людей.

В этом плане я очень рад, что совет сегодня чувствует больше ответственности. Еще пару месяцев назад это ощущение было размытым. Возможно, оно и к лучшему: совет не должен реагировать чересчур поспешно и на эмоциях. Время все расставляет по местам, и сегодня мы занимаемся этой темой предельно серьезно и продолжим работу в ближайшие недели.