В 2027 году в основной школе впервые пройдет объединенный электронный экзамен по эстонскому языку как второму на уровни B1/B2. Экзаменационная работа содержит задания обоих уровней, а ученику в зависимости от результата выдается свидетельство об уровне B1 или B2. Таллинн просит разъяснить, как будут обеспечены техническая готовность школ, прозрачность оценивания и равные условия для учеников при сдаче электронного экзамена.

По словам вице-мэра по вопросам образования Андрея Канте (Центристская партия), все организационные моменты совершенно не проработаны. "Анализ рисков не проводился. Школы, участвовавшие в пилотировании экзамена, давали свою обратную связь, но до сих пор эти результаты не обнародованы", - сказал Канте радионовостям ERR.

"Поскольку анализа рисков нет и оценить возможное влияние смены формата экзамена нельзя, на мой взгляд, государство как минимум должно задуматься о праве выбора. То есть чтобы дети сами определяли, в каком виде сдавать - в письменном или в электронном. Но проблем здесь достаточно много", - добавил он.

Канте подчеркнул, что экзамен должен оценивать знание эстонского языка, а не технические возможности школы.

"Если государство меняет формат и структуру экзамена, оно должно обеспечить понятные правила оценивания, достаточные возможности для подготовки и предусмотреть порядок действий на случай технических сбоев. От результатов экзамена во многом зависят и возможности молодых людей продолжить учебу. Поэтому организация экзамена не должна создавать дополнительную неопределенность для учеников и учителей", - сказал Канте.

Таллинн спрашивает министерство, проведена ли оценка технической готовности школ и предусмотрена ли дополнительная поддержка для обеспечения необходимого оборудования и стабильного интернет-соединения. Также город хочет узнать результаты тестирования нового формата и выяснить, будет ли для всех школ организован пробный экзамен в условиях, максимально приближенных к реальным.

Важным вопросом остается и прозрачность оценивания. Город просит разъяснить, на основании каких пороговых значений и методов будет определяться достижение учеником уровня B1 или B2, и когда будут опубликованы точные критерии оценивания. Также Таллинн спрашивает, планируется ли предоставить дополнительные материалы для подготовки к экзамену помимо уже опубликованного образца теста.

В обращении также уделяется внимание продолжительности экзамена и нагрузке на учеников. Письменная часть экзамена начинается с выполнения письменного задания продолжительностью 70 минут, после которого следует 30-минутный перерыв. После перерыва аудирование, чтение и задания на знание структуры языка в общей сложности занимают 145 минут. Таллинн хочет узнать, как оценивалось влияние такой структуры экзамена на психологическую и физическую нагрузку учеников в возрасте 15 и 16 лет. Отдельного внимания требует то, как такая организация экзамена учитывает особенности учеников с особыми образовательными потребностями.

"Решение организационных и технических проблем, связанных с принятым государством решением, нельзя возлагать исключительно на школы. Министерство должно разъяснить, как будут обеспечены равные условия, если в какой-либо школе прервется интернет-соединение или возникнет сбой в экзаменационной информационной системе. Технические сбои не должны ставить ученика в невыгодное положение или влиять на результат его экзамена", - добавил Канте.

Канте сослался на опыт работы с системой EIS, которая была не готова, в том числе и к пробному формату экзаменов.

"Что касается компьютеров, то у школ есть два варианта - это предложить детям лаптопы или стационарные компьютеры. Опять же мы спрашиваем у Министерства образования, был ли проведен какой-либо анализ рисков, связанный именно с тем, какая техника будет использоваться. Это первое. Но больше всего мы опасаемся того, что именно связь, сама интернет-система не выдержит такой нагрузки, и в результате этого дети не смогут качественно выполнить этот экзамен", - сказал Канте.

Таллинн просит министерство предоставить разъяснения, чтобы школы могли подготовиться к новому формату экзамена, а ученики и родители своевременно получили понятную информацию о его организации и оценивании.

"За концептуальную часть экзамена, то есть за содержание и проведение, отвечает Министерство образования в лице Harno, и мы открыты абсолютно к сотрудничеству, - сказал Канте. - Очень жаль, что все отодвигается на самый последний момент. Но мы видим, что это уже некое такое клише со стороны Министерства образования: когда уже ничего отменить нельзя, тогда реформа вступает в свое действие и каждый ищет пути решения проблем самостоятельно. Таллинн готов на сегодняшний момент обсуждать возможные пути решения разного рода проблем, но, как мы видим, за пять месяцев до проведения экзамена очень много вопросов остается без ответов. Я очень надеюсь, что Министерство образования оперативно ответит на наш запрос. Но при этом риски очень большие. Как минимум, детям нужно дать возможность выбирать между электронным форматом экзамена или письменным. И, конечно, если все-таки Министерство проведет этот анализ рисков и выяснится, что риски очень большие, то ничего страшного не случится, если мы отодвинем эту реформу еще на год и действительно содержательно подойдем к ее реализации".