В Таллинне школы, переходящие на эстонский язык обучения, есть во всех районах города, кроме Нымме. В этих школах учится более 17 000 детей. Кроме того, почти треть учащихся с особыми образовательными потребностями учится в школах перехода, пишет ERR. 

Андрей Канте отметил, что законодатель оставил многие вопросы, связанные с переходом на обучение на эстонском языке, неуточненными, поэтому Таллинну пришлось самостоятельно заниматься этим, чтобы поддерживать учащихся и создавать правовую ясность.

"Не существует волшебной палочки, которая заставила бы всех детей в равной степени учиться на целевом языке, – сказал Канте. – Важно то, что в школах, переходящих на эстонский язык обучения, стала формироваться эстоноязычная среда. С первого по шестой класс все дети теперь учатся на эстонском языке".

Однако, по его оценке, проблема заключается в том, что государство проводит уровневые работы в начале четвертого и седьмого классов, а это означает, что уровень детей, начавших учиться на эстонском языке при переходе в четвертый класс в 2024 году, выяснится лишь в следующем году, когда они пойдут в седьмой класс.

"На мой взгляд, если смотреть на реализацию реформы обязанности учиться, это крайне вредно, потому что только в седьмом классе, на третьей ступени обучения, мы начнем говорить [о проблеме] и искать виноватого в том, что треть детей не владеет эстонским языком и другими предметами. Такая ситуация вполне может возникнуть", – сказал Канте.

Таллинн самостоятельно оценивает, насколько дети в школах, переходящих на эстонский язык обучения, справляются с учебой, выясняя прежде всего, способны ли они читать на эстонском языке, понимают ли вопросы и умеют ли делать выводы на основании текста.

Чтобы выяснить, какие знания у школьников по другим предметам, необходимо использовать валидированные тесты, и, по словам Канте, город не может проводить их самостоятельно. Однако Департамент по делам образования и молодежи занимается разработкой таких тестов, и Таллинн предложил опробовать их на учащихся столицы. Однако первоначальный ответ на это предложение был отрицательным.

Во вторник министр образования Кристина Каллас (Eesti 200) обвинила власти Таллинна в лицемерии, поскольку, по словам министра, они годами защищали русскоязычную школу, а теперь нападают на Министерство образования, когда выпускники основной школы, не владеющие госязыком, не могут найти место для продолжения учебы.

Канте назвал утверждения Каллас необоснованными, заявив, что в Таллинне по-прежнему есть молодые люди, которые сдали все экзамены и выполнили условия для окончания основной школы, но которым тем не менее не хватает места в школе. По его словам, Каллас должна взять на себя политическую ответственность и уйти в отставку.

Семьи предпочитают эстоноязычные школы

Таллинн проводит собственный мониторинг лишь два года, поэтому о тенденциях пока говорить нельзя, однако, по словам Канте, определенные позитивные признаки уже заметны. Средний результат вырос до 75%, а успеваемость учащихся первых классов в школах, переходящих на эстонский язык обучения, оказалась лучше ожидаемой.

"Детские сады очень хорошо работают над развитием языковых навыков у детей. Сразу было видно, что языковые навыки улучшаются", – сказал вице-мэр, добавив, что уже в нескольких школах перехода есть классы, где эстонский язык преподается как родной.

По словам Канте, семьи все чаще предпочитают школы с эстонским языком обучения, а количество заявлений о поступлении в школы перехода снизилось. Однако, к сожалению, снизились и показатели квалификации учителей: в основной школе – с 77% до 74%, а в гимназии – с 83% до 80%.

Канте отметил, что отчасти это связано и с приходом новых учителей, а также людей, сменивших профессию, которые только приобретают необходимую квалификацию, тогда как из-за языковых требований ушли опытные учителя. Компетенциями для преподавания обладают также многие помощники учителей, и Таллинн самостоятельно организует для них обучение.

По словам вице-мэра, многие учителя нуждаются в поддержке, даже если они соответствуют формальным языковым требованиям, поскольку переход означает не только изменение языка обучения.

"В свое время я предложил министерству разработать интегрированные учебные курсы по обучению языку и предмету, которые были бы практичными и компактными. К сожалению, этого не произошло, и мы взяли эту обязанность на себя. Мы создали Центр методики и компетенций", – сказал вице-мэр.

В детских садах у половины детей родной язык не эстонский

По состоянию на ноябрь прошлого года в муниципальных детских садах Таллинна было 18 000 детей. У половины из них родным языком был эстонский, а у половины – другие языки.

"Общая демографическая ситуация способствует переходу на обучение на эстонском языке, поскольку столь уж много учителей не требуется", – отметил вице-мэр, добавив, что если в 2024 году детских садов было 127, то по состоянию на 1 сентября этого года – 115.

Детские сады объединяют, а группы закрывают. Точной информации о последних пока нет, однако Канте сказал, что, вероятно, было закрыто 47 групп, что является очень большим числом.

В детских садах был уволен 301 помощник учителя, не соответствовавший языковым требованиям, то есть без категории B1, однако перед началом учебного года было принято на работу 220 новых помощников. В курсах, финансируемых Таллинном, приняли участие 164 работника сферы образования из детских садов и школ, однако процент сдавших экзамен оказался довольно низким.

Канте отметил, что до сих пор нет адекватного обзора того, сколько учителей не соответствует языковым требованиям. При этом можно уверенно утверждать, что все учителя, работающие в классах целевой группы перехода на эстонский язык обучения, владеют государственным языком в соответствии с требованиями.

Среди учителей, которые, согласно данным EHIS, не имеют категории C1, есть, по словам Канте, находящиеся в отпуске по уходу за ребенком, с которыми невозможно расторгнуть трудовой договор, учителя, которых проверил Языковой департамент и которым была выдана справка о владении языком, а также те, кто после сдачи языкового экзамена на уровень B1 впоследствии получил образование на эстонском языке соответствующего уровня.

Нехватка учителей – большая проблема везде

Нехватка учителей является проблемой не только в школах, переходящих на эстонский язык обучения, но и в эстоноязычных школах.

"Учителей не хватает, они работают с большой перегрузкой", – отметил вице-мэр, пояснив, что если бы учителя работали с адекватной нагрузкой, в Таллинне постоянно не хватало бы около 200 учителей. "Ведь не секрет, что начинающий учитель приходит, работает две недели и говорит, что ему это не подходит. Тогда весь процесс найма начинается заново. К сожалению, руководители школ и детских садов постоянно занимаются поиском работников", – добавил он.

В школах с эстонским языком обучения не хватает учителей математики, а в одной школе – также учителя физики. По всему Таллинну есть школы, где к началу года так и не удалось найти какого-либо учителя. По словам Канте, ведется сотрудничество в рамках программы заменяющих учителей, благодаря которой в систему были привлечены 20 новых учителей.

"Школы используют и такой вариант, когда постоянного учителя нет. Это, конечно, очень сильно нагружает и руководство, поскольку необходимо следить за качеством", – добавил он.

По его словам, в столице есть школы, где даже к началу учебного года еще не удалось найти учителя математики или физики. В следующем году ожидает очередной кризис, поскольку ежегодно необходимо дополнительно 38 учителей математики.