Катрин Якобсдоуттир: небольшие страны должны переосмыслить гонку в сфере ИИ

США и Китай ведут гонку в сфере искусственного интеллекта по своим собственным правилам, и их транзакционное мировоззрение подрывает мировой порядок, заявила посетившая Эстонию бывший премьер-министр Исландии Катрин Якобсдоттир. По ее словам, именно небольшие государства должны в дискуссиях об ИИ удерживать фокус на правах человека и этике.
– В среду вы прочитали в Эстонской академии художеств лекцию о ценностно-ориентированном управлении. Опишите, пожалуйста, кратко, как мы можем управлять на основе ценностей в то время, когда наши общества – даже небольшие общества, такие как Эстония – скорее расколоты и обладают малым количеством общих ценностей? Каков ваш рецепт?
– Дать один конкретный рецепт сложно, поскольку общества очень разные, но в последние десятилетия мы наблюдаем резкие перемены. Когда я в 2017 году формировала коалиционное правительство в Исландии, у нас за плечами было несколько внеочередных выборов, а в исландской политике со времен экономического кризиса 2008 года царил хаос. Среди избирателей было довольно сильное ожидание того, что люди будут готовы идти на компромиссы и создадут работающее правительство.
Однако в последние годы мы видим, что компромисс превратился в ругательное слово. Люди и партии заперлись в своих собственных пузырях – интернет-пузырях, – где встречаются в основном с теми, кто с тобой согласен. Настоящая связь между людьми с разными мнениями стала более хрупкой, чем раньше.
Поэтому единого рецепта нет. Хотя сейчас я уже ушла из активной политики, я считаю, что мы должны четко требовать от своих лидеров готовности объяснять как свои красные линии в сотрудничестве, так и то, на какие компромиссы они готовы пойти, и быть в этом честными и открытыми. В конце концов, для демократии очень важно умение идти на компромиссы и создавать политическую стабильность.
– На ваш взгляд, политика, основанная на компромиссах, – это то, куда нам следует двигаться?
– Не только, ведь, разумеется, хочется добиваться и результатов. Я была политиком, поэтому у меня, очевидно, есть свое представление о том, как должно функционировать общество. Но я хочу сказать, что иногда этого нельзя сделать за один шаг – порой для достижения своей цели нужно сделать несколько шагов.
– Вы являетесь сторонницей экономики благосостояния. Не слишком ли мы зациклились на ВВП и не стоит ли нам больше смотреть и на другие показатели?
– Экономика благосостояния была частью моей политической программы с того момента, как я пришла в политику. Мой бэкграунд связан с экологическим движением, и в Исландии мы критиковали то, что все сосредоточились на экономическом росте и ВВП, но не учитывали экологический ущерб, который наносился ради поддержания этого роста.
Поэтому измерять нужно нечто большее, чем просто экономические факторы – измерять нужно также социальные и экологические факторы. Необходимо смотреть за пределы ВВП, о чем многие страны мира теперь наконец договариваются в рамках ООН.
Можем говорить хотя бы о климате. Что мы делаем в отношении изменения климата? Мы по-прежнему субсидируем ископаемое топливо больше, чем возобновляемую энергию, в то же время заявляя, что хотим достичь своих климатических целей. На самом деле мы используем деньги налогоплательщиков и на субсидирование ископаемого топлива, и на оплату последствий изменения климата для здоровья. На вещи нужно смотреть гораздо более целостно, чем мы делали до сих пор. К сожалению, сегодня мало лидеров – в том числе в Европе, и меня как европейку это разочаровывает, – которые придерживаются такого подхода.
– И в Эстонии немало политиков, которые считают охрану окружающей среды вопросом роскоши, мешающим экономическому росту.
– Можно говорить, что климат – это вопрос роскоши, но факты предельно ясны. Достаточно посмотреть на прошлое лето здесь, в Европе: тепловые волны, которые имели не только тяжелые последствия для здоровья, но и весьма серьезно повлияли на производительность в нашем регионе, а также засухи и лесные пожары.
Я живу в субарктическом регионе, и мы воочию видим таяние льдов в Арктике, которое губительно как для экосистемы, так и для коренных народов, живущих вокруг Арктики. Так что да, некоторые могут называть климат вопросом роскоши, но данные говорят об обратном. Печальный факт заключается в том, что, хотя климатический кризис отодвинулся ниже в политической повестке, он никуда не исчез.

– Вы возглавляете платформу сотрудничества стран Северной Европы и Балтии в области искусственного интеллекта New Nordics AI. Как мы можем использовать и развивать искусственный интеллект ответственно как с точки зрения климата, так и с точки зрения сохранения человечества, когда рычаги влияния в этих вопросах находятся в руках крупных держав?
– Я как раз сегодня утром слушала новости о том, что президент США Дональд Трамп выступает против глобального регулирования искусственного интеллекта. Мы видим, что США и Китай, которые определяют себя как сверхдержавы, ведут в сфере искусственного интеллекта гонку, условия которой они задали сами.
На мой взгляд, нам – малым государствам и Европе – нужно переосмыслить эту гонку. Нам необходимо подумать о том, как мы на самом деле хотим использовать искусственный интеллект, когда мы хотим его применять, а когда нет, вместо того чтобы быть просто потребителями технологий.
Нам, безусловно, нужно развивать свой технологический потенциал, но мы должны говорить и о политике. По моему мнению, одного лишь регулирования недостаточно, поскольку речь идет о столь огромном культурном сдвиге, что нам необходим более открытый диалог внутри наших обществ и между обществами о том, как мы на самом деле хотим с этим работать.
Эстония вместе с Латвией и Литвой присоединяется к платформе New Nordics AI, где я являюсь председателем. Я искренне верю, что страны Северной Европы и Балтии способны сообща решать, как использовать искусственный интеллект на общее благо, сохраняя при этом такие ценности, как демократия и права человека, и решая этические проблемы. Должна сказать, что в среду здесь, в Эстонии, – да и в других местах, где я встречаюсь прежде всего с молодежью, – мне было интересно увидеть, что у молодых людей есть очень глубокие этические опасения, связанные с искусственным интеллектом.
– Готова ли Исландия предоставить землю для строительства там дата-центров?
– В Исландии уже есть несколько дата-центров, и у нас есть возобновляемая энергия. Поскольку страна малонаселена, они находятся не в городах. Но у нас возникают вопросы: сколько дата-центров нам нужно и какую долю энергии мы готовы на это отдать?
Хотя у нас есть возобновляемая энергия, ее использование для этой цели – отнюдь не простое решение. Поэтому у нас сейчас идет та же дискуссия – с одной стороны, специфически исландская, но отчасти такая же, какую мы видели в США перед промежуточными выборами.
– Вы упомянули гонку в сфере искусственного интеллекта между Китаем и США, но идет и другая гонка – в Арктическом регионе и Северном Ледовитом океане. Чем она закончится?
– Это очень хороший вопрос. Я так долго занимаюсь политикой, что мы принимали в Исландии заседание Арктического совета, в котором участвовали все восемь арктических стран: страны Северной Европы, США, Канада и Россия. Это было до полномасштабного вторжения России, и тогда все согласились, что это должен быть мирный регион и что мы должны сосредоточиться на климате и окружающей среде из-за хрупкой экосистемы региона. Это было всего несколько лет назад, полагаю, в 2020 или 2021 году, когда мы договорились о десятилетнем видении.
Затем Россия вторглась в Украину – это было не только незаконное, но и жестокое и бессмысленное вторжение, которое оказало огромное влияние на арктическое сотрудничество. Позже мы увидели интерес США к Гренландии. Как сказал министр иностранных дел Гренландии в октябре этого года на ассамблее Arctic Circle в Исландии: "Друг не проявляет неуважения таким образом". Это было очень весомое заявление, поскольку оно серьезно всколыхнуло расстановку сил в Арктике.
– Каким было бы наилучшее решение для Гренландии?
– По моему мнению, наилучшее решение для Гренландии – то, которое примут сами гренландцы. Они сами должны решать свою судьбу.

– Как Исландия сейчас вносит вклад в военную оборону региона?
– Мы являемся членами-основателями НАТО с 1949 года, но, как вы, вероятно, знаете, у нас нет собственной армии. Однако мы, разумеется, оказываем техническую поддержку – у нас есть центр, который отслеживает Северную Атлантику, – а также стараемся оказывать необходимую помощь на гражданских судах. Кроме того, у нас есть оборонное соглашение с США.
– Насколько надежным партнером США сейчас являются для Исландии?
– У Исландии было хорошее сотрудничество с США. Но мы видим, что многосторонняя система – включая НАТО, а также ООН и другие организации – в последние годы была довольно сильно подорвана, поскольку на первый план вышел дискурс великих держав. Как мы видим и сегодня, когда встречаются Россия, Китай и США – которые говорят за весь остальной мир. Вместо того чтобы опираться на международное право, территориальный суверенитет и многосторонние переговоры, мы все чаще видим транзакционный дискурс.
На мой взгляд, малые государства, такие как Эстония и Исландия, должны занять в отношении этой тенденции предельно определенную позицию: это не тот дискурс и не та система, которой мы хотим. Подчеркиваю, что у Исландии и США было очень хорошее сотрудничество, но в то же время мы должны очень четко понимать, что многосторонняя система – единственная система, которая важна для всех тех стран, которые не определяют себя как великие державы, – а их подавляющее большинство.
– Почему великие державы должны прислушиваться к нам, малым государствам?
– Если мыслить о мире исключительно в категориях силы, то никого слушать и не нужно – надо просто накапливать как можно больше власти. Но хотим ли мы на самом деле такого мира? Почему они должны нас слушать… По моему мнению, у лидеров великих держав также есть обязанность думать об остальном мире и об общем благе. Но, конечно, если исходить только из силы, это совсем другая история.
– Исландия была первопроходцем в политике, учитывающей интересы меньшинств. Каждое ли политическое решение, которое вы принимаете, продумано также через призму пола, особенностей здоровья и других аспектов, касающихся меньшинств?
– Я бы не стала утверждать, что каждое решение принималось с таким учетом, но мы многое сделали – например, в гендерной оценке законодательства и бюджета. Мы также старались учитывать множественную дискриминацию, рассматривая в комплексе такие факторы, как пол, возраст или этническое происхождение. Мы сделали немало хорошего, но в этой сфере нам точно далеко до идеала.

Катрин Якобсдоттир (50)
Исландский политик, занимавшая пост премьер-министра Исландии в 2017-2024 годах, возглавляя широкое коалиционное правительство Лево-зеленого движения, Партии независимости и Прогрессивной партии. Она была многолетним членом исландского парламента (Альтинга), а в 2009-2013 годах занимала должность министра образования, науки и культуры.
Весной 2024 года Якобсдоттир ушла в отставку с поста премьер-министра, чтобы баллотироваться на пост президента Исландии. Она также занимается публичными выступлениями и чтением лекций.
В настоящее время она возглавляет платформу сотрудничества стран Северной Европы и Балтии в области искусственного интеллекта New Nordics AI.
Помимо политики, Катрин Якобсдоттир тесно связана с литературой. Она окончила Исландский университет по специальностям "исландский язык и литература" и "французский язык", а в 2004 году защитила степень магистра по исландской литературе. До прихода в политику она работала, в частности, редактором языка в Исландской национальной телерадиовещательной компании (RÚV) и преподавала литературу.
Международный успех Якобсдоттир как писательница получила в 2022 году, когда вышел роман-триллер "Рейкьявик" (изданный также на эстонском языке), написанный ею в соавторстве с популярным исландским автором детективного жанра Рагнаром Йоунассоном. У нее также готовится к выходу новый криминальный роман.
Редактор: Ирина Догатко




















