Для тех, кто занимается интеллектуальной деятельностью, основной деятельностью является мышление. Для политиков основной деятельностью является политика. Однако иногда мыслители занимаются политикой, а политики - мышлением. Плоды различной интеллектуальной деятельности часто принимают форму докладов, анализов, отчетов. Два года назад было опубликовано несколько небезынтересных докладов с точки зрения Европы и ее оборонного потенциала.

К ним относятся доклад бывшего премьер-министра Италии Энрико Летта о европейском едином рынке, в котором также затрагивалась тема оборонной промышленности. Во-вторых, доклад бывшего президента Европейского центрального банка Марио Драги о необходимости реформ в Европейском союзе и, наконец, доклад бывшего президента Финляндии Саули Ниинистё о гражданской и военной готовности Европы. Наибольшее обсуждение вызвал, пожалуй, доклад Драги, который, хотя и оказал влияние, но, похоже, недостаточное.

Вместе с докладом Драги стоит прочесть и его более поздние мысли, например, речь, произнесенную в мае этого года при получении премии имени Карла Великого. Учитывая войну в Украине и хаос, распространяющийся с того берега океана, стоит вспомнить предупреждение Драги о том, что одной из главных уязвимостей Европы является ее стратегическая зависимость. Во-вторых, его настойчивые напоминания о необходимости прагматического федерализма в Европе.

Все это касается и сферы обороны. Точнее говоря, все это представляет собой стратегический комплекс, в котором переплетаются вопросы безопасности, технологий как ключевого вопроса настоящего и ближайшего будущего, торговли, энергетики и многого другого.

В мае этого года вышел еще один доклад под именем Ниинистё, на этот раз посвященный конкретным путям развития европейской безопасности. Ниинистё являлся руководителем рабочей группы, подготовившей этот совместный доклад нескольких аналитических центров. Всего в ней участвовало 23 человека, а непосредственными авторами были три-четыре человека. К ним можно добавить обозревателей, а также Стивена Блокманса, который фактически представил доклад. Но это с точки зрения формы. Если сравнивать его с предыдущим докладом Ниинистё, то этот доклад гораздо более конкретный и дающий пищу для дальнейших размышлений. Надеюсь, он не останется просто интеллектуальным упражнением.

Название доклада сразу же раскрывает его общую направленность: "Больше Европы в сфере обороны". В интервью финской радиостанции Yleisradio Ниинистё отметил, что еще во время первого президентского срока Дональда Трампа он объяснял ему необходимость европеизации НАТО. Хотя Трампу, конечно, можно сколько угодно объяснять или разъяснять, но вряд ли это окажет на него длительное влияние. Нынешний доклад Ниинистё назвал первой конструктивной европейской концепцией по этому вопросу.

В публикации предлагаются три пути развития европейского оборонного потенциала в условиях, когда участие США будет сокращаться или даже в какой-то момент исчезнет. Первый путь - укрепление европейского столпа НАТО, то есть более европейский альянс. Это также наиболее предпочтительный вариант с точки зрения рабочей группы.

Цель в данном случае заключалась бы в сохранении участия США в наиболее критических областях, создавая при этом более европейскую структуру. Это означало бы также европеизацию руководящей структуры НАТО. Если роль главнокомандующего войсками НАТО останется за американцами, по крайней мере на первых порах, то ряд крупных генеральских должностей должны перейти к европейцам. Эти должности касались бы, прежде всего, руководства в сферах разведки, операций и планирования.

Следует восстановить Еврогруппу НАТО, которая существовала в 1968-1993 годах. Военное дислоцирование следует организовать на основе региональных групп европейских стран-членов НАТО, например, восточное крыло, Арктика и Средиземноморский регион.

Необходимо передислоцировать командные центры ближе к потенциальному району операций. Это означало бы, например, усиление штаба сухопутных войск в финском Миккели, а также перенос функций объединенного штаба, отвечающего за восточное крыло, из Нидерландов в новый штаб сухопутных войск в Польше. Во главе этого командования стоял бы высокопоставленный офицер из одной из стран Восточной Европы. А в Нидерландах мог бы находиться Объединенный штаб НАТО в Европе, который бы планировал и руководил операциями НАТО в Европе.

Важную роль играло бы укрепление сотрудничества между НАТО и Европейским союзом. Основная роль НАТО заключалась бы в координации и разработке стандартов, поскольку объем совместного финансирования у альянса весьма скромен. Европейский союз, в свою очередь, помогал бы преобразовывать согласованные цели в конкретные инвестиции и военные средства.

Другой предлагаемый путь - новый европейский мультилатерализм. Это предполагает картирование имеющихся возможностей и составление планов действий на случай кризиса, если США или какая-либо другая страна-член НАТО лишит альянс способности действовать. Необходимо создать ядро из обладающих возможностями, решительных и надежных европейских стран.

Кроме того, предусматривается создание Европейского совета безопасности, не зависящего от консенсуса в Североатлантическом совете. Такой совет безопасности должен будет опираться на собственную командную структуру, гарантированный военный бюджет и многонациональные вооруженные силы. Это, по-видимому, означало бы действия на основе коалиций по интересам, или минилатерализма, при котором расширились бы существующие группировки, такие как, например, состоящая из Франции, Германии и Великобритании тройка или группа Северных стран.

Предлагается так называемая многоуровневая стратегия, где один уровень составляли бы двусторонние партнерства, второй - региональные группировки и третий - НАТО. При этом Европейский союз был бы вовлечен во все уровни.

Третьим предлагаемым путем является оборонное сотрудничество под руководством Европейского союза, что означало бы претворение в жизнь положения о взаимной защите в рамках ЕС. Оборонное сотрудничество ЕС должно служить общим стратегическим интересам. К существующим проектам, таким как защита восточного крыла, беспилотная инициатива, воздушный щит и космический щит, следует добавить наращивание возможностей наносить удары большой дальности и облачную обработку данных для ускорения обмена данными между вооруженными силами европейских стран. Также необходимо развивать различные компоненты военного потенциала Европейского союза.

Наконец, необходимо единое политическое руководство для создания подлинного европейского оборонительного союза, обладающего вооруженными силами для выполнения задач на основе единой концепции безопасности.

Хотя рабочая группа отдает предпочтение первому пути, создается впечатление, что он все же рассматривается как первый этап на пути к развитию второго и третьего уровней. Если сопоставить этот текст с прагматическим федерализмом, то в ближайшей перспективе это означает, прежде всего, переход к "коалициям желающих", а также расширение круга вопросов в ЕС, которые решаются не консенсусом, а большинством голосов.

Теоретически можно представить регион, простирающийся от Арктики и Северных стран до Адриатики и Черного моря с включением всех или некоторых стран-членов "Бухарестской девятки". И, безусловно, в будущем можно было бы предусмотреть также включение Украины, которая в настоящее время, по-видимому, является наиболее действенной военной силой в Европе.

В заключение еще раз два ключевых термина: прагматический федерализм и минилатерализм. Вероятно, они окажут влияние и на новую стратегию безопасности Европейского союза. В любом случае, вопрос выглядит срочным и хочется надеяться, что он найдет свой путь и в мыслительный аппарат политиков.