Заголовок статьи "Как объяснить картины (полу)мертвому правительству?" является парафразом известного перформанса немецкого художника-авангардиста Йозефа Бойса "Как объяснить картины мертвому зайцу", с помощью которого художник пытался осмыслить отношения между художником и публикой, а также то, как общественность понимает произведение искусства.

Но подобно тому, как для мертвого зайца остаются недоступными художественные ценности, наше правительство, погруженное в странное летаргическое состояние, также кажется неспособным понять и осмыслить информацию об актуальном состоянии эстонского общества и возможностях его развития, предлагаемую учеными и экспертами.

В Эстонии проведено множество исследований и разработаны стратегии развития, которые могли бы и должны были стать подспорьем для умного направления развития общества. К сожалению, политические лица, принимающие решения, живут словно в параллельной реальности, игнорируя социальные факты и прогнозы, которые не совпадают с идеологией партий. Вместо этого в качестве главной основы деятельности правительств зачастую выступают волюнтаристски скомпонованные коалиционные договоры.

В настоящее время в Эстонии действует стратегический план развития "Эстония 2035" и начата разработка общегосударственной планировки "Эстония 2050". На сайте правительства можно ознакомиться с шестнадцатью отраслевыми планами развития. В дополнение к этому различные институты и аналитические центры в разное время создавали подробные сценарии развития.

Уже начиная с 1995 года лучшие эстонские социологи составляют доклады о человеческом развитии, в которых помимо глубокого анализа общественной жизни представлены и политические рекомендации. Весьма благодарную работу по выявлению проблем общества и предложению путей их решения в 2006-2017 годах выполнял Фонд развития, который, судя по всему, стал для политиков слишком хлопотным, и его деятельность была прекращена.

Тем не менее, понимание того, что политика должна опираться на исследования, все же существует. Ежегодно министерства заказывают за значительные суммы социологические исследования. Однако распорядиться их результатами с толком не удается: в большинстве своем эти отчеты так и остаются пылиться на полках.

13 июня в газете Postimees вышла программная статья известных и признанных социальных ученых Эрика Терка, Мати Хейдметса и Марью Лауристин "Эстонии нужна новая целостная стратегия будущего". Во многом она опиралась на напоминание об основных положениях стратегии устойчивого развития "Устойчивая Эстония 21" (SE 21), одобренной Рийгикогу еще в сентябре 2005 года. Если бы со времени создания SE 21 государственная власть учитывала в своей деятельности сформулированные в стратегии принципы и предложения, мы бы теперь, несомненно, жили в гораздо более лучшей Эстонии.

Исходной основой SE 21 был холистический подход к управлению общественной жизнью. В ней констатировалось, что для достижения ускорения развития в жизни Эстонии необходимо бежать в четырех направлениях одновременно: укреплять эстонское культурное пространство, обеспечивать благополучие людей, сохранять общество сплоченным, а окружающую среду – сбалансированной. Эти четыре цели образуют переплетенную между собой систему, их нельзя развивать по отдельности или за счет друг друга, а только все одновременно. Внося изменения в одной сфере, необходимо взвесить, какие изменения это вызовет в остальных.

Поначалу казалось, что стратегию всерьез воспринимают и политики, в государственной статистике даже стали отслеживать параметры устойчивого развития. К сожалению, следование стратегии оказалось политикам не по силам, ведь заниматься повседневной тонкой настройкой куда приятнее.

Терк, Хейдметс и Лауристин предлагают для формирования долгосрочного развития Эстонии создать новую форму политического сотрудничества с использованием возможностей современных технологий – Конвент будущего Эстонии. Конвент не стал бы местом принятия окончательных решений, но превратился бы в площадку для выработки договоренностей и формулирования предложений. То, о чем договорятся в Конвенте, стало бы исходным материалом для Рийгикогу и правительства.

Аналогичное предложение уже содержалось и в стратегии SE 21: идее конвента будущего там соответствовала действовавшая на схожих принципах национальная сеть развития, партнером которой в Рийгикогу должна была стать создаваемая там комиссия по развитию.

Потеряны два десятилетия, однако есть опасения, что и на это предложение социологов, звучащее как крик отчаяния, политики будут смотреть безучастно, как мертвые зайцы. Во всяком случае, за инициативой трех профессоров не последовало абсолютно никакого отклика. Наша политическая система не сконструирована для продвижения общественного блага, она создана лишь для воспроизводства власти партий. И для достижения этой последней цели стратегия, разумеется, никакой помощи не протянет.

Очень метко охарактеризовал эстонский политический modus vivendi предприниматель и кандидат в депутаты Европарламента в качестве независимого кандидата Андрес Инн:

"Вместо компетентности вознаграждается политическая лояльность; краткосрочным коалиционным компромиссам отдается предпочтение перед долгосрочной стратегией, а министры несут ответственность скорее перед партийной верхушкой, чем перед обществом. Министерства действуют как полуавтономные феодальные уделы – они слабо координируются между собой и зачастую работают друг против друга. Крупные реформы – будь то в здравоохранении, образовании или налогообложении – рождаются половинчато спланированными, избыточно разрекламированными и некачественно реализованными. Когда дела идут наперекосяк, ответственность растворяется в привычном тумане "коллективного принятия решений". Это не государственное управление. Это управление рисками ради политической карьеры".

К сожалению, нет никакой надежды на то, что удастся изменить нынешнюю избирательную систему, которая, по словам Гуйдо Вийка, продолжает приводить к власти "тщеславных, но некомпетентных" политиков. Так что остается лишь сделать ставку на инициативы, предпринимаемые за пределами зала Рийгикогу.

И хотя для многих президент – всего лишь высокопоставленный чиновник, назначаемый политиками, у общества сохраняется совершенно иное представление об этой институции и принципиально иные ожидания.

В воле президента совершать важные общественные инициативы. Ведь и упомянутая стратегия SE 21 родилась в той общественной атмосфере, которую создало избрание Арнольда Рюйтеля президентом Эстонии. При поддержке предпринимателя Ааду Луукаса в начале 2000-х годов было создано Целевое учреждение общественного согласия. Именно в то время было инициировано составление стратегии устойчивого развития SE 21, которая завершилась в 2005 году. За этим последовало создание Фонда развития в 2006 году.

И Тоомас Хендрик Ильвес, избранный президентом в 2006 году, старался привлекать гражданское общество к принятию политических решений. Помимо того, что он был патроном первого Народного собрания, состоявшегося в 2013 году, и тем, кто представил его предложения в Рийгикогу, в период его президентства также регулярно организовывались "президентские посиделки". В этих дебатах, проходивших с участием лидеров общественного мнения, обсуждались многие актуальные проблемы общественной жизни и предлагались пути их решения.

Поскольку властвующие политики относятся к инициативам, предпринятым за пределами зала Рийгикогу, пренебрежительно, я считаю, что именно будущий президент должен взять социально-экономические исследования и их применение в государственном управлении под свою эгиду, став патроном создания Конвенции будущего Эстонии. Быть может, президент сумеет показать картину, описывающую реальное положение дел в обществе, политикам таким образом, чтобы они догадались задать вопрос, который прозвучал из уст Мари-Лийс Лилль на праздновании 25-летия пленума творческих союзов в Рийгикогу: "Что не так на этой картине?"