"Кто кого?": надо ли ограничить доступность абортов? ({{contentCtrl.commentsTotal}})

{{1604416560000 | amCalendar}}
Фото: Gergey Lukecha/ERR

В среду, 4 ноября, в дискуссионной передаче "Кто кого?" говорили о политике и абортах.

В студию пришли женский врач Ида-Таллиннской центральной больницы Константин Ридный, член правления Союза женщин Эстонии Реэт Трей, литературовед, семиотик, политик Михаил Лотман и общественный активист Анна Фаттахова.

До 8 ноября можно ответить на вопрос "Надо ли ограничить доступность абортов?" внизу этой статьи. На момент окончания передачи за ответ "Нет, это противоречит демократическим нормам" проголосовали 90% зрителей, и за ответ "Обязательно, наши законы слишком либеральны" - 10%.

"Аборт - это не символ свободы женщины. Это символ свободы репродуктивных прав. Мое тело - мое дело, и это не пустые слова.
Я не верю, что наше государство дойдет до того, что перестанет оплачивать 2/3 стоимости аборта. Сейчас аборт для женщины стоит около 60 евро, а если убрать государственную дотацию, то стоимость дойдет до 200", - сказал Ридный.

"Возраст согласия и репродуктивное право женщины принимать решения о своем теле - это совершенно разные вещи. В Эстонии уже 20 лет работает сеть консультационных кабинетов для молодежи, и благодаря им процент абортов среди несовершеннолетних падает с каждым годом. Там нет очередей, и любая женщина до 26 лет, даже без страховки, может получать бесплатное гинекологическое обслуживание", - отметил врач.

"Мужчина и женщина несут равную ответственность за ребенка лишь с того момента, когда ребенок рождается. А пока женщина вынашивает ребенка, она имеет право сама решать, что делать со своим телом, и делать ли ей аборт. А мужчина должен помнить о своей ответственности до того, как зачать ребенка. Ответственность за последствия своих поступков должны быть запрограммированы в человеке, это вопрос сексуального воспитания", - сказала Трей.

"Я против финансирования абортов из Больничной кассы, потому что беременность - это не болезнь. Это признак здоровья. Бесплодие - это болезнь, поэтому его лечат. Я противник запрета абортов, потому что иначе аборты уйдут в подполье. И я знаю, что женщины иногда сожалеют об аборте. Но я не знаю ни одной, которая жалела бы, что не сделала аборт", - подчеркнул Лотман.

"Количество абортов говорит не о свободе, а о том, что в нашем обществе женщинам многого не хватает, поэтому им приходится идти на такой крайний шаг. У нас нет социальной системы, которая давала бы женщине уверенность, нет должных социальных пособий", - высказала свое мнение Фаттахова.

"Я хочу спросить тех, кто принимает законы: почему голосовать на выборах человек может с 18 лет, а до этого его якобы можно соблазнить конфеткой, и он проголосует не за ту партию? Но начинать половую жизнь подростки имеют право с 14 лет, и девушки могут делать аборт, не спрашивая родителей. Политики не думают, что девушку можно соблазнить конфеткой в 14 лет?" - поставила вопрос общественный активист.

"Аборт в наше время стал условным - принял таблетку на маленьких сроках и все. Но аборт - это не средство предохранения. Я как человек православный считаю, что как только произошло зачатие - это уже божье творение. Поэтому к медикаментозному аборту я отношусь так же, как и к любому другому - это преступление. И мужчина тоже должен нести равную ответственность. Сейчас, когда женщина приходит на аборт, ее не спрашивают, кто отец ребенка", - сказала Фаттахова.

"Именно из-за высказываний, что аборт - это преступление, женщины впадают в депрессию. Чувство вины на них навешивают именно те, кто называет преступниками 3000 женщин, сделавших аборт", - возмутился Ридный.

Наблюдатели: член Ассоциации предприимчивых женщин Эстонии Леэна Кивисильд и директор реабилитационного центра Анна Микконен.

Ведущие - Криста Ленсин и Андрей Титов.

История вопроса

Европейские правые силы, которые стали набирать популярность после экономического кризиса конца 2000-х, все чаще поднимают вопрос об ограничении доступности абортов. В октябре Конституционный суд Польши принял решение, которое фактически запретило в стране аборты даже по медицинским показаниям. И это при том, что польское законодательство об абортах и так было одним из самых суровых в Европе.

США от Европы не отстает. Там аборты были легализованы во всех штатах еще в начале 70-х, но сейчас консерватизм вновь поднял голову, причем тон задает Дональд Трамп. Он стал первым в истории президентом США, который лично вышел на митинг пролайфистов. В девяти штатах США приняты законы о запрете абортов. Но они еще не вступили в силу, так как были оспорены в суде.

Эстония отличается либеральной политикой в области абортов. Входящая в правительство Консервативная народная партия (EKRE) предлагала включить в коалиционный договор пункт о прекращении оплаты абортов из денег Больничной кассы, но поддержки не нашла. Зато спорное предвыборное обещание EKRE провести референдум на тему определения брака как союза мужчины и женщины станет реальностью уже в конце апреля, и либеральные наблюдатели опасаются, что следующим шагом консерваторов вновь станет вопрос об ограничении абортов.

При этом статистика неумолима: число абортов в Эстонии снижается и без вмешательства государства. Так окажется ли этот вопрос вновь в политической повестке дня?

Редактор: Дина Малова

Hea lugeja, näeme et kasutate vanemat brauseri versiooni või vähelevinud brauserit.

Parema ja terviklikuma kasutajakogemuse tagamiseks soovitame alla laadida uusim versioon mõnest meie toetatud brauserist: