Говоря о будущем эстонской науки, есть все основания для тревоги. Согласно действовавшему годами соглашению, государство должно направлять на научные исследования и развитие не менее одного процента ВВП. Однако в проекте государственного бюджета на 2027 год на эти цели заложено 0,97 процента.

От состояния эстонской науки зависят качество нашего высшего образования, промышленная конкурентоспособность, продовольственная безопасность и будущие доходы населения. Каждая исследовательская группа – будь то специалисты в области медицины, сельского хозяйства или материаловедения – представляет собой важнейший кирпичик в фундаменте нашего повседневного уклада жизни.

Если положение эстонской науки ухудшится, это рано или поздно скажется на каждом из нас. Следовательно, наука должна получать необходимое финансирование. Свою часть работы, разумеется, должно выполнить государство, но научные средства можно и нужно привлекать в Эстонию и из-за рубежа. Потенциал здесь велик: это и общеевропейские гранты, и проекты по развитию, реализуемые совместно с крупными корпорациями. Если мы будем эффективнее привлекать внутренние и внешние ресурсы и станем весомее на международной арене, то окажемся гораздо сильнее и в вопросах влияния на государственную политику финансирования науки в самой Эстонии.

Европа не финансирует эстонскую науку по умолчанию

Привлечение в Эстонию средств, предназначенных для научных грантов Европейского союза, – задача, с которой эстонские ученые хорошо знакомы. Например, в рамках рамочной программы ЕС по исследованиям и инновациям "Горизонт 2020" в страну в виде субсидий поступило более 270 миллионов евро.

Наш потенциал гораздо выше. Факторы успеха в привлечении международного научного финансирования предельно ясны. В проектах даже среднего масштаба сотрудничают научно-исследовательские институты из разных стран, поэтому перед подачей заявки необходимо сформировать команду – консорциум. В первую очередь туда приглашают тех ученых и исследовательские группы, чью компетентность хорошо знают, с которыми уже есть положительный опыт сотрудничества или в чьих возможностях твердо уверены.

Эстонская наука находится на высоком уровне, однако неизбежным минусом наших масштабов остается то, что нас просто могут не знать. Кроме того, в международных сетях все еще встречается предвзятое отношение к тому, что научные учреждения Восточной Европы якобы уступают центрам Западной Европы в научном и организационном плане, из-за чего нам особенно важно быть более заметными на международной арене и способствовать установлению разносторонних контактов.

Чем чаще имя Эстонии звучит в международных сетях, тем выше уровень доверия к нам и тем проще находить партнеров как при запуске новых консорциумов, так и при присоединении к уже существующим инициативам.

Мы собрали в Таллинне ученых из 40 стран

В позапрошлом году Эстонский университет естественных наук провел в Таллинне десятый по счету международный конгресс по пчеловодству EurBee, который собрал 350 ученых более чем из 40 стран мира. При этом право на организацию мероприятия мы завоевали в конкурентной борьбе с Италией.

Само событие, несомненно, имело большое значение. Изучение пчел может показаться узкой темой до тех пор, пока мы не задумаемся о том, откуда берется наша еда. Здоровье и благополучие опылителей напрямую влияют на сельское хозяйство, урожайность и тем самым на нашу продовольственную безопасность.

Для эстонской науки еще более важным может оказаться эффект, который проявится лишь в последующие годы. Принимая у себя в Эстонии главное европейское событие в своей сфере, мы воочию увидели, как меняется отношение к эстонским ученым. Гости смогли убедиться, что здесь работают компетентные люди, ведется сильная научная работа и имеется потенциал для организации успешного международного мероприятия.

Ни одна успешная конференция, разумеется, не гарантирует научный грант, однако при поиске партнеров для нового международного проекта огромную роль играет то, является ли эстонская исследовательская группа "чужаком" или это люди, с которыми уже лично встречались и чей потенциал не вызывает сомнений.

При этом проведение собственного крупного мероприятия – совсем иной уровень по сравнению со скромными попытками завязать знакомства в статусе рядового участника. Успешная организация масштабного события наглядно демонстрирует организационный потенциал, столь необходимый для реализации крупных исследовательских проектов.

Если эстонские ученые претендуют на весомую роль в масштабных европейских проектах, им необходимо стать гораздо более заметными – не ограничиваться поездками на конференции, а самим выступать их организаторами.

Найти площадку для EurBee с ее 350 участниками еще удается, но принять конгрессы высшего уровня, собирающие от 1500 гостей и более, на имеющихся площадях значительно сложнее. Как научные конференции, так и масштабные мероприятия в других сферах нуждаются в современном модульном конференц-центре с гибко трансформируемыми рабочими пространствами. В Эстонии такого центра нет.

Подобный центр мог бы появиться, например, в отреставрированном Горхолле. Его создание дало бы эстонским ученым возможность претендовать на проведение крупнейших мероприятий в своих областях. И конечно, такие встречи принесли бы деньги отелям, ресторанам и многим другим эстонским предприятиям. Как показывают исследования, конгресс-турист к тому же в три раза выгоднее обычного отдыхающего.