"Инсайт": Причудье стоит на пороге социальной катастрофы ({{contentCtrl.commentsTotal}})

Фото: ERR

Привычной жизни рыбаков Причудья может прийти конец. На Тоомпеа решили внести изменения в привычный уклад рыболовецкой жизни. Но, кажется, что изменения выгодны отнюдь не тем, кто ловит рыбу, а крупным компаниям.

"Мы просто подвергаем риску наш край… Мы можем потерять реально здесь всех местных жителей" - так предприниматель Борис Сумников кратко сформулировал последствия, которые может иметь для Причудья принятие поправок к закону о рыбной ловле.

В ноябре в большинстве городков Причудья тихо и пустынно, поскольку сезон лова рыбы закончился. "Инсайт" с рыбаком Алексеем Шлендуховым встретился в гавани, откуда он уже 30 лет выходит на промысел. Работа на озере приносит ему кусок хлеба и удовольствие.

В дни, когда не нужно выходить на воду, Алексей преподает в школе историю. Но скоро этому привычному укладу жизни может прийти конец: в Рийгикогу сейчас слушается законопроект, который сделает лов рыбы для таких предпринимателей, как Алексей, практически бессмысленным.

"В истории логика важна. А в принятии этого закона я логики не вижу", - грустно констатирует рыбак-историк. 

Феодализм 21 века 

Сегодня устройство рыболовецкого промысла на озере отдает замшелым средневековьем, а не свободным рынком. Судите сами: чтобы ловить профессионально рыбу, человеку нужно иметь разрешения на лов на каждую снасть. Государство эти разрешения давно не выдает, оно выдало ограниченное их количество в 90-е годы и с тех пор они закреплены "исторически" за их собственниками.

Самые большие пакеты исторических прав на лов различными снастями имеют OÜ Peipsi Grupp Varahaldus, OÜ Latikas, OÜ Kallaste Kalur и еще нескольких предприятий. Их владельцев, контролирующих исторические права, а значит и весь уклад жизни на озере, все местные знают: это Пауль Кярберг, Маргус Нарусинг, Тоомас Тамм, Айво Кяхр.

"Крупные фирмы - наследники советских рыболовецких колхозов. Им государство каждый год банально дарит разрешение на лов, - рассказывает Шлендухов. - Объяснили так: должно быть историческое право! То есть местные, коренные, должны иметь первоочередное право ловить рыбу. Логично, но я тоже коренной, абсолютно местный как эскимос в Гренландии. И у меня нет возможности получить эти разрешения" 

Рыбакам тоже что-то перепадает

Рыбакам сегодня разрешения на снасти приходится арендовать или покупать за огромные деньги у тех, за кем они были закреплены "исторически". Помимо разрешений на лов есть еще понятие "квота". Государство каждый год устанавливает эту квоту на каждый вид рыбы, то есть определяет сколько суммарно можно выловить определенной рыбы всем рыбакам за год.

Все начинают лов в одно время и все заканчивают в одно время, когда исчерпана установленная государством квота, либо когда закончен сезон. Кто именно сколько поймал на одну снасть не имеет значения, главное чтобы добытая всеми вместе рыба не превысила предельную квоту.

Эта ситуация в целом устраивает малых предпринимателей, работающих на себя, поскольку она не ограничивает трудолюбивых и предприимчивых: "Нынешняя система - нормальная. Вот общая квота - пожалуйста, идите ловите все общую квоту! У меня же разрешений мало", - рассказал рыбак Владимир Мельников.

Кто не работает, тот ест 

Поправки к закону, если он будет принят, прикрепят к историческим правам и рыбу в озере: всю разрешенную для лова рыбу планируется разложить, образно говоря, рыбакам по их тарелкам в зависимости от количества разрешений, которое у них есть. Например, если у рыбака 10 разрешений на ставные сети, то он может поймать всего 30 килограммов окуня в год.

Если же собственник исторических прав не захочет ему больше сдавать разрешения в аренду - значит рыбак вообще ничего не получит. Пока эту систему планируется запустить для двух видов рыбы - ряпушки и снетка.

Председатель Союза рыболовных предприятий и предпринимателей Чудского озера Виталий Осипенко пояснил, что в случае принятия закона почти 60% квот могут достаться двум фирмам, а остальным рыбакам и предприятиям останется 40% годового объема на всех. "40 процентов останутся разделены между всеми предприятиями. Там получаются смешные цифры", - сказал Осипенко.

Люди не понимают, на что им жить  

"Мне на моем катере ехать за ящиком рыбы? За 40 килограммами? Я не поеду. Я не окуплю бензин с этой рыбы", - возмущается Шлендухов.

"Инсайт" поговорил со многими рыбаками из Калласте и Муствеэ, и все они напуганы перспективой. "Все говорят: мы хотим, чтобы развивался бизнес и малые предприниматели. А как это я в таких условиях развиваться буду? Я холодильник построил, это построил, построил то… - загибает пальцы предприниматель Владимир Мельников. - Ледовую машину купил. Лодку надо ремонтировать. Сети. А сети тоже дорогие. Да все дорого стоит! И все эти деньги я вкладываю!" 

"Да все уйдут все кто куда! На стройку, понятно, кто-то уйдет. Кто-то сопьется даже!" - разводит руками рыбак Александр Эрик. - Получается ты только вкладываешь, вкладываешь, а они жируют! А теперь получается, я столько лет вкладывал, а они разделят квоты и вообще это все не нужно будет!"

Рыбаки не понимают своего счастья

Если это все так больно ударит по рыбакам, то каковы логические объяснения реформы? На момент разговора бывший членом комиссии Рийгикогу по делам сельской жизни Хейки Хепнер прокомментировал для "Инсайта" этот законопроект. По его словам, новая система должна обеспечить свежую рыбу круглый год.

"Эта квота на вылов означает, что свежей рыбы хватит надолго. Сейчас получается иногда так, что за две недели  вылавливается полугодовая квота и это значит, что свежей рыбы мы не получим" - пояснил смысл перехода на индивидуальные квоты Хепнер. 

На деле же не все так просто, возражают рыбаки. "Я не думаю, что если завтра они скажут: рыбаки, езжайте в озеро за рыбой, рыба будет их ждать. Этого не будет. Весной три года последних по открытой воде здесь рыбы нет. Все рыбаки выставляют сети, через неделю приезжают, вынимают и на этом все заканчивается" - парирует Шлендухов.

Хепнер признает, что рыба в озере передвигается, но все равно не согласен на скоростной вылов: "Все-таки значит не нужно любой ценой сразу в течение короткого периода вылавливать всю квоту, можно её немного растянуть во времени". 

Кроме того, депутаты хотят решить проблему с рабочими местами в регионе. По словам Хепнера, комиссия хочет, чтобы рабочая сила была равномерно распределена в долгом забеге: "Сейчас есть короткий период, когда нужно работать буквально круглосуточно, и так 2-3 недели, а потом все. Это не мотивирует людей, им приходится думать, что делать потом. Рыба дешевеет, зарплата рыбаков меньше. А это значит, что и доходная база самоуправлений ниже". 

Предприниматель Борис Сумников, который принимает у местных рыбу на переработку, пояснил ошибочность волнений "о маленькой зарплате рыбаков": "На официальной работе рыбаков нет. Все рыбаки - это FIE, они просто оказывают услугу по вылову рыбы. Если мы спросим мнение реальных рыбаков - простых людей без всякого давления, то я думаю, что в 99% мы получим ответ, что это нужно не им".

Слова Сумникова подтверждает Шлендухов: "У меня сети очень качественные, ловят они хорошо. И я эту рыбу найду по любому. И получается что я за свою предприимчивость, за то, что я вложил деньги, я понесу наказание! Я должен буду сойти на берег!"

Самозанятые рыбаки говорят, что проблема рабочей силы стоит остро именно у владельцев исторических прав, потому что работать на них рыбакам невыгодно. "По сути это просто владельцы бумажек. Они владеют кучей бумажек (разрешений на лов - прим.ред.), но у них нету рыбаков", - пояснил Сумников.

Владельцы разрешений платят рыбаку за услуги очень мало, к тому же привычное явление - перебои с оплатой.  "Доходит до смешного. Когда рыночная цена на ту же ряпушку 5-7 евро, то платилось от 70 центов до евро", - рассказал "Инсайту" Виталий Осипенко.

Хейки Хепнер признает, что сам он родом из Рапламаа и на озеро он не ездил, чтобы на месте поговорить с людьми и посмотреть на работу тех, чью жизнь депутаты собрались оптимизировать. По его словам, все заинтересованные группы на комиссии заслушаны, со всеми ведется переписка.  

Местные самоуправления играют за крупных

Среди сторонников индивидуальных квот оказались старейшины четырех волостей Причудья. Они написали обращение к комиссии Рийгикогу и в министерства, попросив перехода на новую систему. Хейки Хепнер подтвердил, что это обращение имело большое значение, так как большинство депутатов не жили никогда в Причудье и просто склонны доверять местным самоуправлениям. 

"Инсайт" сделал запросы всем старейшинам. Старейшина волости Пейпсияэре запрос проигнорировал. Старейшина Ряпинаской волости Энел Лийн написала: "Это не было решением волостного собрания, старейшина может подписывать обращения, которые не влекут денежных обязательств. Мы обсуждали этот вопрос на экономической комиссии с представителями волостей Причудья".

Старейшина волости Муствеэ Айвар Лайнъярв пояснил, что самоуправление совещалось с уполномоченной организацией - Союзом развития Причудского рыболовного региона (MTÜ Peipsi Kalanduspiirkonna Arendajate kogu), и этот союз поддерживает индивидуальные квоты. 

Членом правления союза является Маргус Нарусинг. Он возглавляет экономическую комиссию в собрании Ряпинаской волости, и именно его старейшина Энел Лийн назвала самым компетентным человеком, чтобы давать комментарии по данной теме. Несомненно это так: Нарусингу принадлежит фирма Latikas OÜ ,и у фирмы исторических разрешений столько, что она могла бы выловить 124 тонны окуня за год (предварительные расчеты возможной квоты по окуню предложили сами инициаторы законопроекта, таблица с квотами есть в распоряжении редакции "Инсайта" - прим.ред.).

А сколько окуня мог бы выловить член этого же Союза развития FIE Олег Голубов? Он тоже подписал обращение о переходе на индивидуальные квоты. Смотрим его квоту по таблице: 29,5 килограмма в год. "Инсайт" позвонил Голубову, чтобы узнать, почему он поддерживает такие квоты. Он был крайне расстроен, узнав, что его квота может оказаться мизерной и признал, что просто не знал, о чем речь, иначе был бы против.

По данным "Инсайта", 25 ноября Союз рыболовных предприятий и предпринимателей Чудского озера под руководством Виталия Осипенко обратился к старейшине Айвару Лайнъярву с запросом о том, кто наделил его полномочиями обращаться в Рийгикогу от имени рыбаков волости.

Обращение поддержали 58 предприятий рыболовного сектора, суммарный оборот которых превышает 15 миллионов евро в год. Все они против введения индивидуальных квот. "Всякое перераспределение ресурсов порождает напряженность, - сказал Хепнер. - Конечно есть те, кто за и кто против, но сейчас мы считаем, что примерно 80% "за". Виталий Осипенко полагает, что соотношение сторонников и противников скорее обратное. 

Риск монополизации озера депутатов не пугает

Если к разрешениям прикрепить гарантированную долю рыбы, собственники предприятий с историческими правами смогут продать их крупным иностранным концернам за очень хорошие деньги, считает Борис Сумников: "Мы просто подвергаем риску наш край и наших людей. Люди из Норвегии придут с серьезными деньгами. Они могут просто купить все квоты и временно приостановить здесь лов. Легче инвестировать в 4-5 траловых судна и не инвестировать в людей. Мы можем потерять реально здесь всех местных жителей". 

Несколько траловых судов означают, что рыбаки станут не нужны. И это реальная опасность: "Такой крайности тоже нельзя абсолютно исключить, это правда", -  согласился Хейки Хепнер. Но он все же считает эти риски крайне маловероятными.

А кто будет отвечать за такое ошибочное решение в случае, если все риски реализуются и через пару лет после введения индивидуальных квот причудье обеднеет и опустеет? "Как в случае с прочими законами законодатель, конечно, отвечает. Без разницы какой закон принимается, все равно есть политическая ответственность", - пояснил Хепнер. 

Редактор: Виктор Сольц

Источник: "Инсайт" (ETV+)

Hea lugeja, näeme et kasutate vanemat brauseri versiooni või vähelevinud brauserit.

Parema ja terviklikuma kasutajakogemuse tagamiseks soovitame alla laadida uusim versioon mõnest meie toetatud brauserist: