В Конституции закреплен простой и важный принцип: каждый имеет право на образование. Этот принцип необходимо соблюдать. Поэтому напоминание Министерства образования и науки о том, что за предусмотренную учебной программой работу нельзя требовать плату с родителей, в своей основе верно. Одной из самых ценных основ эстонской школы является то, что образование должно быть доступным независимо от кошелька семьи.

От школ требуют все более разнообразной программы, но реального финансирования под эти задачи не выделено. До сих пор многие родители были готовы добровольно поддерживать мероприятия, делающие школьную жизнь ярче. Однако инструкции министерства устанавливают такие рамки, которые существенно осложняют для школ организацию подобных мероприятий.

Я согласна с тем, что при включении той или иной деятельности в обязательную учебную программу финансовые возможности семьи не должны быть фактором, определяющим участие ребенка. Если обучение плаванию предусмотрено программой, то собственник школы обязан полностью покрывать сопутствующие расходы, включая транспорт и использование бассейна.

Обязательное обучение должно быть гарантировано каждому ребенку. При этом родители уже сегодня несут немалые расходы: тетради и ручки, товары для творчества, спортивная форма и ранцы – все это повседневные вещи, без которых учеба невозможна. И если школа больше не вправе рассчитывать на поддержку родителей при организации учебных поездок, то, следуя этой логике, государству пора пересмотреть и все остальные траты, которые сейчас ложатся на плечи семей.

В инструкции, составленной Министерством образования и науки, проводится различие между учебной и внеучебной деятельностью, а также между добровольными пожертвованиями, платой за участие и классным фондом. На бумаге это различие понятно. В школьной жизни же это означает, что перед каждым учебным выездом, посещением музея или совместным мероприятием класса необходимо решить, к какому виду деятельности оно относится, кто несет ответственность, как оно финансируется и как информируются родители.

Посещение музея в одной ситуации может быть частью учебного процесса, а в другой – добровольной дополнительной возможностью. Если деятельность предусмотрена учебной программой, то участие ребенка не может зависеть от финансового вклада родителя. Если же деятельность является внеучебной и добровольной, то она может финансироваться за счет платы за участие или взносов в классный фонд, о которых родители договариваются между собой. Пожертвование должно быть исключительно добровольным и никак не может влиять на право ребенка участвовать в конкретном мероприятии.

Для школ эта инструкция означает также новую административную нагрузку. Школы должны пересмотреть свои внутренние договоренности, порядок оповещения и организацию финансирования. Необходимо продумать источник средств, условия участия, возможную альтернативу для неучаствующего ученика, а также то, как избежать ситуации, при которой станет заметно, кто заплатил, а кто – нет.

Учитель не должен перед каждым учебным выездом превращаться в юриста, бухгалтера и риск-менеджера. Его задачей должно быть содержательное планирование и поддержка обучения, а не толкование юридических границ.

Какова реальность школьной жизни и какой она должна выглядеть согласно инструкции?

Приведу в пример поездку одного из классов школы Аудру в научный центр AHHAA. Дневной билет для участника группы стоит 15 евро, а поездка на автобусе из Аудру в Тарту и обратно обходится классу примерно в 500 евро. Для класса из 24 учеников общие расходы составляют около 860 евро. Пособие "Культурный ранец" составляет примерно 11 евро на ученика – для 24 детей это покрывает 264 евро. Таким образом, на один класс по-прежнему остается непокрытой сумма почти в 600 евро.

Если предположить, что каждый ребенок из школы Аудру сможет раз в учебный год посетить AHHAA, это означало бы необходимость дополнительного финансирования в размере около 10 000 евро в бюджете школы. Во многих самоуправлениях расходы на образование и так составляют огромную часть операционных затрат, и покрытие новых дополнительных обязательств – задача не из легких. Если финансирование со стороны государства и собственника школы не покрывает реальные расходы, то нужно честно спросить: должен ли добровольный вклад родителей быть исключен в любом случае?

Сложность инструкции, составленной Министерством образования и науки, проявляется особенно отчетливо, когда в один день объединяются разные виды деятельности. Возьмем простой пример. Класс планирует поездку в Таллинн. В первой половине дня запланировано посещение Молодежного театра, которое может быть связано с учебным процессом и, следовательно, являться деятельностью в рамках учебной программы. Во второй половине дня желающие отправляются в батутный центр Skypark, что является добровольной внеучебной деятельностью.

В рамках одного класса, одного автобуса и одного дня школа теперь должна различать два вида деятельности, две логики финансирования и два способа информирования родителей. В случае с Молодежным театром должно быть гарантировано участие всех учеников независимо от финансового вклада родителей, если это запланировано как часть учебного процесса. В случае со Skypark допустима как плата за участие, так и использование средств из классного фонда, но само посещение центра должно быть исключительно добровольным. Кроме того, необходимо продумать, как распределятся расходы на автобус, кто будет собирать деньги, кто будет видеть платежи и что будет делать ученик, который идет в театр, но не идет в Skypark.

Этот пример показывает, что инструкция не запрещает деятельность, обогащающую школьную жизнь, но делает ее организацию значительно сложнее. Школе теперь приходится планировать не только содержание обучения и безопасность, но и то, какое юридическое значение получит каждое действие и каждый евро.

Теперь мы подходим к самому важному вопросу. Если существующее финансирование со стороны государства и собственников школ не покрывает все обогащающие обучение мероприятия за всех детей, то стоило бы, по крайней мере, спросить: не должна ли поддержка доходить в первую очередь до тех семей, у которых нет возможности внести свой вклад? Должны ли все мероприятия в рамках учебной программы быть отменены только потому, что у школы нет денег, чтобы покрыть их в полном объеме? Должна ли внеучебная деятельность остаться неорганизованной в ситуации, когда часть семей была бы готова внести добровольный вклад, но некоторым семьям для участия нужна поддержка?

Возможно, нам нужны не только более строгие границы, но и более гибкая и справедливая система поддержки. Такая система, которая не превращает добровольный вклад родителей в проблему, а помогает тем детям и семьям, для которых самофинансирование является реальным препятствием.

Защита права ребенка на образование заключается не в отказе от учебных выездов, а в создании системы, где обязательное обучение обеспечено реальным финансированием. В такой системе добровольный вклад родителей организован четко и справедливо, а помощь доходит до тех детей, для которых самофинансирование является барьером. В школе мы должны иметь возможность сосредоточиться на содержательном планировании и проведении учебного процесса, а не на бюрократической и юридической классификации каждого действия.