Арнольд Рутто: операция по переписыванию памяти по-кавказски

Трубы в тбилисском парке Рике, к сносу которых приступили в августе, были противоречивыми, дорогими, недостроенными, политически заряженными, но они были знаковыми, пишет Арнольд Рутто.
Тот, кто хотя бы раз побывал в Тбилиси, не мог пройти мимо футуристических "кувшинов Рике" и не заметить их. Эти два гигантских металлических туннеля, спроектированные итальянскими архитекторами Массимилиано и Дорианой Фуксас, стояли прямо рядом с мостом Мира как самый смелый и выделяющийся символ современной архитектуры Тбилиси.
Здание, которое когда-то должно было стать центром для проведения концертов и выставок, из-за политических перемен не было достроено и годами стояло закрытым. В августе начался его снос, а завершить демонтаж планируется в декабре этого года.
Таким образом из городского пейзажа Тбилиси будет стерт след определенной эпохи – периода модернизации при президенте Михаиле Саакашвили, когда Грузия явно и уверенно двигалась в европейском направлении.
Хотя и этот период обновления не прошел для Грузии без болезненных поражений, в том числе войны 2008 года, передачи Кодорского ущелья Абхазии и потери контроля над другими спорными территориями, это все же было время, когда государство пыталось быть частью европейского культурного пространства.
Музыкально-выставочный центр в парке Рике был построен в рамках программы Саакашвили по модернизации. Стоимость проекта во время строительства оценивалась в 40 млн евро. Грузия потратила на него около 75 млн лари государственных средств, что по нынешнему курсу составляет примерно 25 млн евро. Здание так и не открыли, и после смены власти в 2012 году оно пустовало.
Архитектура супругов Фуксас не была случайной или нейтральной. Работы Массимилиано и Дорианы Фуксас можно увидеть во многих европейских городах и за их пределами, среди них – центр Confluence в Лионе, конференц-центр The Cloud в Риме, Венские башни-близнецы, современные торговые центры в Турине и созданный в рамках международного сотрудничества терминал аэропорта Шэньчжэнь Баоань.
Все эти здания несут одну и ту же идею: открытость, смелость смотреть в будущее, эстетику европейского модернизма. "Кувшины Рике" вписывались в эту логику. Это была попытка Тбилиси попасть в тот же архитектурный класс, в котором находятся крупные города Европы. Именно поэтому их снос является решением в сфере политики памяти.
После смены правительства здание оказалось в замороженном состоянии. Нынешний политический курс Грузии значительно отличается от евроатлантического видения Саакашвили, и, по оценке критиков, страна отошла от прежнего однозначно проевропейского курса. На этом фоне снос "кувшинов Рике" становится символическим актом: из городского пейзажа удаляется то, что напоминает о времени, когда Грузия выбрала европейский путь.
Вместе со сносом в городе стирается и то, что было сделано при президентстве Саакашвили. Тем самым стирается один этап истории и архитектуры города, а заодно предпринимается попытка стереть из пространственной памяти целую эпоху.
История предлагает болезненную параллель. При советской власти в Грузии были уничтожены или переделаны многочисленные церкви, монастыри и другие исторические объекты, которые посчитали идеологически неприемлемыми. Религиозные и национальные символы не сочетались с мировоззрением коммунистического государства, и их влияние пытались уменьшить как путем физического разрушения, так и посредством десятилетий запустения.
Теперь мы видим в Тбилиси нечто похожее. Политическое руководство Грузии уничтожает символ, который многим напоминает о времени, когда страна четко связывала свое будущее с европейским направлением и евроатлантическими амбициями, об эпохе, полной амбиций, с открытым взглядом и стремлением принадлежать к европейскому культурному пространству.
"Кувшины Рике" могли нравиться или не нравиться. Они были противоречивыми, дорогими, недостроенными, политически заряженными, но они были знаковыми. Из общественной памяти нельзя хирургически вырезать существовавшие эпохи. Каждая такая попытка лишь демонстрирует, насколько неуверенно настоящее.
Редактор: Евгения Зыбина



