Тоомас Сильдам: у Эстонии есть министр, который не хочет летать ({{contentCtrl.commentsTotal}})

Юри Ратас поедет в Токио вместо Керт Кинго.
Юри Ратас поедет в Токио вместо Керт Кинго. Автор: Прийт Мюрк/ERR

Можно лишь представить, что чувствовал премьер-министр Юри Ратас, когда журналисты в день выборов в Европарламент начали спрашивать у него, действительно ли Эстония откажется от приглашения Большой двадцатки участвовать в посвященной инфотехнологиям встрече в Японии. Ратас принял решение быстро, но выбора у него и не было.

Достойно сожаления, что славящаяся своими достижениями в области цифровых технологий Эстония стала героем рубрики курьезов. Курьез означает нечто необычное, странное или смешное. Все это и даже больше есть в решении второго министра внешней торговли и инфотехнологий второго правительства Юри Ратаса Керт Кинго не ехать на встречу стран Большой двадцатки в Японию, куда ее позвали представить наш успех в сфере инфотехнологий.

Большая двадцатка (G20) – объединение важнейших индустриальных стран и государств с развивающейся экономикой, в которое в качестве коллективного члена входит Европейский союз. В странах G20 проживает две трети населения мира, они отвечают за примерно 85% мирового валового национального продукта и 75% мировой торговли.

Выступление нашего министра внешней торговли и инфотехнологий на встрече G20 для недавно вступившей в должность Керт Кинго было бы исключительной возможностью представить Эстонию и наши возможности в сфере инфотехнологий крайне влиятельной аудитории. Может быть, это открыло бы двери нашим предпринимателям, а внешняя торговля совершила бы пару-тройку шагов вперед. Именно этим занимался экс-президент Ильвес и прошлое правительство, и это выделило Эстонию на фоне многих стран, Восточной Европы как минимум.

Курьез заключается в том, что недавно Кинго заявила: она планирует путешествовать в крайних случаях и при возможности будет делегировать заграничные командировки другим. Кроме того она сказала, что во время заграничных визитов будет разговаривать только по-эстонски, так как это соотносится с позицией ее партии. Керт Кинго – член EKRE.

Действительно, немцы на таких мероприятиях могут говорить по-немецки, французы – по-французски, китайцы – на китайском, итальянцы – на итальянском, а испанцы – по-испански. А Эстонию – как и другие небольшие государства – нужно слышать и понимать сразу. Если мы хотим пробиться и быть на виду, то не можем позволить себе такую роскошь как последовательный перевод.

Конечно, выступая перед Большой двадцаткой, Керт Кинго может чувствовать себя неуверенно, даже говоря по-эстонски. Это по-человечески понятно, ведь ответственность за репутацию и имидж Эстонии на таких встречах – огромная. Ей могут не нравиться заграничные поездки, это не возбраняется. Она будет чувствовать себя некомфортно в англоязычной компании, если ей потребуется общаться с международными коллегами в неформальной обстановке? И это понятно, невладение общим языком общения и правда приводит в замешательство.

Но зачем Керт Кинго согласилась занять пост, который предполагает все те обязанности, которые ей не по душе и не под силу? И почему руководство EKRE не навело справки, когда выбирало кандидатов в министры?

EKRE – по крайней мере сейчас – разрешает своему министру действовать подобным образом. Председатель партии Март Хельме на инфочасе в день открытых дверей в Рийгикогу сказал, что "министру не пристало кататься по странам, тратя деньги налогоплательщиков" и выполнять работу, которой занимаются связанные с продвижением внешней торговли люди в посольствах Эстонии. Звучит гордо и могло бы даже принести на выборах голоса, но...

Но мы ведь не ждем, что председатель партии "Отечество" Хелир-Валдор Сеэдер заявит общественности, что министр иностранных дел Урмас Рейнсалу может и не совершать заграничных визитов и не бывать на международных встречах, так как у Эстонии есть посольства во многих странах и это не дело Рейнсалу – заниматься дипломатией.

В воскресенье вечером министр Кинго немного разъяснила ситуацию в социальных медиа: "приглашение [на встречу G20] лично мне не посылали, это было бы невозможно сделать, так как меня назначили на должность чуть больше недели назад".

Абсолютно верно. Приглашение получил министр инфотехнологий Рене Таммист, а к встрече Большой двадцатки в Японии в нашем Министерстве экономики и коммуникаций давно готовились, шлифуя окончательное коммюнике. Смена правительства и министров в демократических странах – нормальное явление. Нормой считается и преемственность управления – это такая же естественная часть нашей системы ценностей, как и, например, открытое управление. Так что отсутствие персонального приглашения министру Кинго, в случае когда оно было направлено министру по инфотехнологиям Эстонии, не освобождает от рабочих обязанностей.

Керт Кинго была права, когда заверила в социальных сетях, что "Эстония и ее правительство представлены там [в Японии] на ВЫСОЧАЙШЕМ уровне". Только это не ее заслуга.

Юри Ратас поступил правильно – если министр инфотехнологий из его кабинета не хочет лететь на встречу по вопросам цифровых технологий, то он отправится туда сам. В конце концов, он ведь сам создал это правительство.

Редактор: Евгения Зыбина

Hea lugeja, näeme et kasutate vanemat brauseri versiooni või vähelevinud brauserit.

Parema ja terviklikuma kasutajakogemuse tagamiseks soovitame alla laadida uusim versioon mõnest meie toetatud brauserist: