Мы уже не раз говорили о Китае, но эта страна огромна, ее развитие интересно, а история уходит вглубь тысячелетий. Как любят подчеркивать исследователи Китая, за этим народом стоит 5000 лет истории и развития. Более критически настроенные историки отмечают, что данных о первых двух тысячелетиях слишком мало, чтобы делать однозначные выводы. Да и в последующие эпохи речь вовсе не шла о едином народе или государстве – они воевали между собой, оказывались под властью внешних сил и так далее.

Тем не менее никто не отрицает, что китайский народ обладает глубокой и богатой историей и культурой. Также все согласны с тем, что осмысление прошлого занимает важное место и оказывает существенное влияние на современный Китай.

В геополитическом плане сейчас наступила эпоха, когда прежнее глобальное влияние США, особенно так называемая американская "мягкая сила", идет на спад. Китай в это же время во многом находится на подъеме. Движение на этом пути сместилось от преимуществ, изначально обеспеченных экономическим развитием, именно в сторону той самой "мягкой силы", особенно в странах глобального Юга.

На Западе, включая Европу, на Китай смотрят настороженно, хотя в нем видят и противовес бесцеремонной политике США. В некотором смысле это парадоксально, но экономические отношения с Китаем могут сейчас казаться предлагающими более стабильное будущее, чем отношения с США, с их подходом к союзникам. Иными словами, Китай сейчас умело использует возможности, возникшие из-за хаотичности внешнеполитического курса США.

По мнению ряда наблюдателей, в укреплении своего имиджа Китай пытается использовать так называемый "моральный реализм", опираясь на труды классика государственного управления Сюнь-цзы. Вероятно, именно Сюнь-цзы одним из первых дал наиболее полное описание древней концепции "Тянься" – "все под небесами"; эта работа появилась в эпоху Сражающихся царств (475–221 гг. до н. э.). Мы уже не раз упоминали "Тянься" в наших беседах. Напомню, что эта концепция лежала в основе мировоззрения имперского Китая, в центре которого, в известном мире, находится один-единственный Сын Неба.

На протяжении веков этот центр расширялся от "королевского ядра" – территории, непосредственно управляемой правителем и окружающей его дворец, – до самого сердца Китая. Эти окружающие земли рассматривались как неприступные укрепления, защищающие центр. Сюнь-цзы подробно изложил требования, необходимые для создания единой империи под властью единственного Сына Неба. Подобно другим мыслителям конфуцианской школы, он считал высшей обязанностью правителя заботу о благополучии своих подданных.

По словам Сюнь-цзы, "Небо создало людей не для того, чтобы они приносили пользу правителю, оно создало правителей, чтобы они обеспечивали пользу народу". Сюнь-цзы, однако, был реалистом и понимал, что задача настоящего правителя по объединению империи облегчается, если его справедливость подкреплена военной силой, хотя он также был уверен, что подчинить всю Поднебесную одним лишь давлением и доминированием не удастся. То есть речь идет о комбинации моральной и военной силы, и это, по всей видимости, можно наблюдать и у нынешних правителей Китая.

Может показаться странным говорить о таких вещах в контексте нынешнего коммунистического режима, но в Китае в основе власти почти всегда лежали какие-то исторически сформировавшиеся и пронесенные сквозь века модели мышления. Если исходить из точки зрения реальности, то в мировом порядке, основанном на национальных государствах, некая иерархия кажется неизбежной.

Власти современного Китая открыто не выражали желания стать правителями мира; скорее, они пытаются говорить о глобальном сообществе с общей судьбой, в котором Китай позиционирует себя как надежный и справедливый партнер. В последнее время это делается именно в противовес поведению США.

По мнению одного китайского мыслителя, прочный мир во всем мире возможен лишь тогда, когда, когда Китай выйдет на арену как сверхдержава, опирающаяся на авторитет гуманности.

До сих пор развитие Китая в основном опиралось на экономический рост, но этот рост замедляется, и по мере роста благосостояния Китай также утратил преимущества страны с дешевой рабочей силой. Большая часть дешевого производства переместилась в другие страны, кроме того, Китай страдает от демографических проблем – а именно от нехватки рабочей силы, вызванной низкой рождаемостью. Поэтому Пекин взял курс на достижение технологического лидерства. Технологии, особенно в цифровой сфере, на самом деле являются одним из проявлений "мягкой силы" Китая.

Так называемый проект "Цифровой шелковый путь" является одной из основных форм этого проявления. Хотя сразу следует отметить, что этот цифровой путь, по-видимому, включает в себя, помимо прочего, создание систем цифровой слежки, управление данными и формирование стандартов искусственного интеллекта в китаецентричном ключе.

Используя наследие мыслителей прошлого, Китай развивает новые глобальные нормы, основанные – по крайней мере на словах – на гармонии, стабильности и коллективном развитии. Такая модель развития преподносится как ответ западным нормам, которые опираются на индивидуализм, свободу выражения мнений и неограниченную конкуренцию.

В долгосрочной перспективе китайская модель мироустройства, по-видимому, опирается на иное, отличное от западного, видение современности. Китайская модель проистекает из традиционных определений военно-политической власти и предлагает создание альтернативного миропорядка с помощью искусственного интеллекта, квантовых компьютеров, генной инженерии и космических технологий.

Если отбросить заявления Пекина о нежелании становиться гегемоном, то складывается впечатление, что целью Китая все же является лидерство через контроль над международными нормами и алгоритмами. Это называют парадигмальным сдвигом, который фундаментально меняет прежние определения власти.

Особенность Китая заключается и в том, что никогда нельзя с уверенностью сказать, что задумала местная власть. В военном отношении Китай, похоже, пока действительно ограничивается стремлением к контролю лишь над ближайшим окружением, но причиной этого может быть нехватка необходимых возможностей для проецирования силы на дальние расстояния. Глядя на нынешние планы военного развития, можно предположить, что менее чем через десять лет аппетиты Китая могут вырасти. США заняты демонтажем существующего миропорядка, а Китай готовится занять более значимую роль в новом порядке.

На всю эту картину может повлиять внутреннее развитие Китая. Действия председателя Си Цзиньпина по зачистке окружения от возможных соперников и консолидация его единоличной власти могут в какой-то момент привести к весьма неожиданным результатам. Единоличный правитель может начать верить, что он действительно является единственным Сыном Неба под небесным сводом.