Мерле Раун: политику в области психического здоровья нельзя отделять от экономической политики

Экономическая политика, конечно, не лечит психические расстройства напрямую, но она может создать условия, при которых у людей есть работа, дом, перспективы на будущее и ощущение того, что они занимают свое место в обществе, пишет Мерле Раун.
В Эстонии уровень занятости среди молодежи в возрасте от 15 до 24 лет упал до самого низкого показателя за последние 15 лет. В то же время растет число молодых людей с частичной или отсутствующей трудоспособностью, и почти в трех четвертях случаев причиной тому являются проблемы с психическим здоровьем.
В ответ на такие новости обычно требуют выделить больше средств на услуги в сфере психического здоровья. Больше психологов, консультантов, возможностей для лечения. В этом, несомненно, есть потребность, но если мы смотрим только на систему здравоохранения, мы лечим лишь последствия, в то время как причины остаются.
Кризис психического здоровья связан с тем, может ли молодой человек найти свое место в обществе. То есть, в более широком смысле, это тема экономики и рынка труда. На психическое здоровье влияют самые разные факторы, но многие из них объединяет один общий знаменатель – уверенность в завтрашнем дне.
Исследование, опубликованное в этом году в журнале Scientific Reports, выявило прямую связь между доступностью жилья, финансовым стрессом и психическим здоровьем. Если говорить кратко: когда человек не может позволить себе жилье или тратит на него большую часть зарплаты, уровень его стресса растет, накапливается тревожность и повышается риск депрессии. Больше всего это затрагивает молодежь, арендаторов и людей с низким доходом.
Аналогичные данные показывает и исследование рынка труда, проведенное несколько лет назад. Ненадежные рабочие места, временные контракты и постоянный страх потери работы способствуют выгоранию и проблемам с психическим здоровьем. Если вы не знаете, будет ли у вас работа через полгода, сможете ли вы оплатить аренду или вообще планировать будущее, становится очевидно, что это оставляет след на психическом состоянии.
Любимая и посильная работа дает человеку также самореализацию и понимание того, что ты нужен. Ненадежные трудовые отношения часто означают одиночество, более слабую связь с обществом и ощущение, что для тебя будто бы и нет подходящего места. Именно поэтому безработица и выпадение с рынка труда тесно связаны с чувством безнадежности и проблемами с психическим здоровьем.
Здесь стоит задуматься: а смотрим ли мы вообще на общую картину, когда говорим о психическом здоровье? Если число людей, находящихся в экономически нестабильном положении, растет быстрее, чем система здравоохранения успевает лечить беды, вызванные или усугубленные (отчасти) бедностью, то мы не сможем решить проблему только в кабинете врача. Мы можем обучить сотни терапевтов и вложить в сферу психического здоровья хоть пять процентов бюджета, но если общество при этом страдает от отсутствия опоры и чувства неопределенности, кризис будет продолжаться.
На мой взгляд, политику в области психического здоровья невозможно отделить от экономической политики. При этом связь между психическим здоровьем и экономикой заключается не только в деньгах. Хорошо функционирующая экономика дает человеку возможность чувствовать, что он контролирует свою жизнь.
Если человек видит реалистичную возможность найти работу, создать дом, завести семью и двигаться к своим целям, растет и его эмоциональная устойчивость. Экономическая политика не лечит напрямую причины проблем с психическим здоровьем, но она может создать условия, которые помогут предотвратить возникновение многих из них. Именно поэтому экономический рост, предпринимательство и создание рабочих мест косвенно также являются политикой в сфере психического здоровья.
Это означает экономическую среду, в которой у предприятий есть причины инвестировать и создавать новые рабочие места, снижение бюрократии, ускорение процедур выдачи разрешений и согласования планировок, благоприятную для предпринимательства налоговую систему, а также систему образования, помогающую молодежи получить навыки и найти работу, которая действительно нужна экономике. Также это означает жилищную политику, которая увеличивает предложение и делает приобретение собственного жилья реалистичной целью для молодых людей.
Конечно, психологи и консультанты должны быть доступны каждому быстро, независимо от места жительства или толщины кошелька. Не менее важна профилактика. Мы говорим о кризисе психического здоровья, имея в виду людей, которые уже находятся "в яме", точно так же, как те молодые люди из новостей, которые начинают взрослую жизнь с ограниченной трудоспособностью. На самом деле, нам следует заниматься этим раньше, ведь эффективная профилактика начинается уже дома, в школе и на работе. В случае с молодежью это означает борьбу с одиночеством, понимание цифровых привычек и, при необходимости, раннее вмешательство. До того, как проблема превратится в хроническое заболевание.
Психическое здоровье молодежи определяет, будет ли экономика Эстонии конкурентоспособной и сможем ли мы вообще создавать благосостояние; это напрямую связано с демографическим кризисом в Эстонии. Наши поколения становятся все малочисленнее, и каждый молодой человек, который из-за проблем со здоровьем выпадает из системы образования, рынка труда или предпринимательства, влияет на общество сильнее, чем когда-либо прежде.
Если трудоспособного населения и так становится меньше, то в интересах выживания Эстонии мы не можем позволить, чтобы все большая часть молодежи не могла реализовать свой полный потенциал. Это означает меньше налогоплательщиков, меньше созданных ценностей, более медленный экономический рост и большее давление на систему здравоохранения и социальной защиты.
Редактор: Ирина Догатко



