Меэлис Ойдсалу: какова была настоящая причина ухода главы внешней разведки?

Меэлис Ойдсалу.
Меэлис Ойдсалу. Автор: Ken Mürk/ERR

Меэлис Ойдсалу прокомментировал решение Микка Маррана покинуть должность главы Службы внешней разведки и возглавить Центр управления государственными лесами. Как правило, преждевременный уход с такого поста во время войны может быть вызван лишь "военными" обстоятельствами, отмечает Ойдсалу, работавший вице-канцлером Минобороны.

На прошлой неделе общественность удивил неожиданный досрочный уход главы Службы внешней разведки Микка Маррана со своего поста в совсем другую сферу - лесное хозяйство.

Никто не хотел публично комментировать причины ухода. Эта статья не оспаривает обоснование, данное генеральным директором, что ему нужны перемены в его профессиональной жизни. Смелость пойти на такие перемены достойна восхищения, и я искренне желаю, чтобы этот конкретный выбор принес хорошие плоды как для нового главного лесничего Эстонии, так и для лесов Эстонии.

Однако было бы плохим прецедентом с точки зрения гражданского контроля, а также с точки зрения общей административной культуры, если бы причины таких перемещений вообще не были бы прокомментированы. Именно это и сделали министр обороны Ханно Певкур и сам директор разведки Марран в интервью, которые были опубликованы на прошлой неделе. Певкур и Марран были настолько общими в своих ответах, что не предоставили никакой информации. На вопросы по существу не ответили.

Уход Маррана был вызван "военными" обстоятельствами

Как правило, преждевременный уход с поста главы Службы внешней разведки во время войны может быть вызван лишь "военными" обстоятельствами. И это не единственная неожиданная смена директора разведки, которая произлшла в НАТО во время войны в Украине. Свой пост покинул и глава французской военной разведки, поскольку во время кризиса он потерял доверие некоторых своих клиентов. Оценка разведки просто не заслуживала доверия. Французская разведка до последнего момента отрицала возможность войны в Украине, хотя разведка США уже говорила об этом за несколько недель до этого. Я утверждаю, что нечто подобное произошло и в Эстонии.

Во время прошлогоднего миграционного кризиса в Беларуси у ведомства под руководством Маррана возник кризис доверия с Министерством обороны, которое составляет значительную часть клиентской базы Службы внешней разведки, по сути являясь единственным так называемым платящим заказчиком Службы внешней разведки, поскольку бюджет внешней разведки оплачивается (в отличие от многих других стран) из расходов на оборону. Бюджет сейчас очень большой, на эти деньги Эстония могла бы вооружить и содержать целую пехотную бригаду.

Микк Марран принес много денег внешней разведке и это важное достижение. Как бывший канцлер Минобороны, он имел для этого достаточную социальную сеть. Судя по всему, опыт канцлера побудил его удивить и министра, и действующего канцлера своими дополнительными запросами в правительстве, минуя Минобороны.

Тот факт, что глава подведомственного учреждения начинает солировать на заседании правительства, вообще считается в министерствах признаком самоубийства. У руководителя высшего звена, который так себя ведет, долгой карьеры не будет.

Отчасти поэтому напряженность между Министерством обороны и Службой внешней разведки тлела уже давно - она возникла из-за властного поведения Маррана.

Световой люк за миллион

Что касается дополнительных расходов, то в случае с учреждением государственного сектора, это приветствуется только до тех пор, пока налогоплательщик получает при этом пропорционально более качественные услуги. В министерстве считали, что приоритеты Маррана были расставлены иначе. Примером тому является световой люк стоимостью миллион евро, украшающий атриум нового здания Службы внешней разведки.

Новое здание внешней разведки было построено в то время, когда стандарты помещений Сил обороны были значительно снижены в целях экономии строительных, а затем и постоянных расходов. С домами не воюют, и мы больше не строим, как в средневековье, поэтому инфраструктура - это чисто административные расходы с точки зрения обороны. Дополнительный миллион на стеклянный потолок Марран выторговал в процессе строительства и, несмотря на противодействие руководителя проекта, чиновники Минобороны по сути были поставлены перед фактами в результате искусной закулисной политики.

Ни одному другому главе учреждения Минобороны не пришло бы в голову просить себе в бюджет дополнительный миллион евро на украшение потолка коридора в период жесткой экономии. Однако для Маррана это стало вопросом демонстрации силы, и историю со световым люком он урегулировал так же, как раньше улаживал другие бюджетные заявки, не получившие поддержки. Роскошный стеклянный потолок разведывательного комплекса Рахумяэ стал странным памятником полноты власти главы силового ведомства.

Однако нельзя делать выводы о расходах на оборону по световому люку за миллион евро в разведывательном комплексе на Рахумяэ-теэ. Остальная часть этой сферы управления уже более пяти лет живет в режиме жесткой экономии, который был инициирован после ухода Маррана с поста канцлера Министерства обороны. Снаряжение, выдаваемое призывникам, также было сокращено, и все это для того, чтобы Эстония могла позволить себе покупку новых систем вооружения в то время, когда стеклянный потолок жестко ограничивал оборонный бюджет. Это историческое ограничение вынуждает правительство делать сейчас быстрые и крупные дополнительные инвестиции в государственную оборону.

Генеральный директор Марран построил красивую и блестящую оболочку вокруг своего разведывательного ведомства, но основной процесс при этом был заброшен. Когда кто-то из министерства пытался заглянуть, образно говоря, в световой люк Службы внешней разведки, чтобы увидеть, как руководят основным процессом, ему показывали грифы секретности или предлагали конфеты.

Кризис в Беларуси увеличил напряженность

Не только среди руководителей Минобороны, но и некоторых других госучреждений еще до прошлогоднего миграционного кризиса в Беларуси было заметно растущее недовольство брифингами Службы внешней разведки. Не могу вдаваться в детали, но разведывательные оценки, которые представлялись на еженедельных брифингах Минобороны, все чаще вызывали фрустрацию у клиентов и это было видно.

Сам начальник разведки отрицал этот факт в интервью на прошлой неделе. В прошлом Марран также парировал общественную критику, заявляя, что члены правительства были довольны брифингами Службы внешней разведки.

Способность произвести впечатление на членов кабинета министров за отведенные им десять минут является ценным ресурсом для любого руководителя государственной учреждения. Истинное качество разведки, с другой стороны, проявляется на более длительных встречах, когда в комнате присутствуют генералы и высокопоставленные чиновники, которым приходится принимать реальные решения на основе этой разведки. А в те моменты, когда задавались вполне разумные уточняющие вопросы, Марран и его подчиненные, как правило, терялись. Слишком много заимствованной информации, слишком мало объяснений, способствующих принятию решений.

В числе прочего, когда премьер-министр Кая Каллас публично выступила в защиту Службы внешней разведки в январе этого года, она нарушила одно из неписаных правил гражданского управления силовыми ведомствами: действующий глава правительства не дает комментариев по работе разведывательного ведмоства, так сказать, от первого лица.

Это правило существует по одной очень конкретной причине: чтобы не допустить круговой поруки между главой правительства и силовыми структурами.

Внезапный конец правительства Юри Ратаса не был бы возможен, если бы глава Департамента полиции безопасности и премьер-министр не соблюдали приличную дистанцию ​​в предыдущем общении. Кая Каллас нарушила это правило и бросилась в объятия Маррана, вероятно, по неведению.

Однако не вижу оснований по существу оспаривать хвалебную оценку, данную Каллас в свое время, поскольку, как было сказано, члены правительства в случае разведки видят надводную часть айсберга с точки зрения как плодов, так и качества разведки, тогда как реальное качество разведки видно по подводной части, с которой у члена правительства просто не хватило времени разобраться.

Гендиректор Марран демонстрировал свою властную позицию другими способами, помимо обхода субординации во время переговоров по бюджету или привлечения премьер-министра в качестве своего агента по связям с общественностью.

Более крупный спор разгорелся между Службой внешней разведки и Министерством обороны во время белорусского миграционного кризиса прошлым летом.

Во времена кризиса возрастает потребность в разведке, и сопровождающая ее напряженность является логичным и нормальным явлением. Тревога клиента и потребность в информации растут. Однако во время белорусского миграционного кризиса руководство Службы внешней разведки допустило ошибку, отправившись в летний отпуск в разгар масштабного кризиса безопасности, а вожжи дали держать не первому заместителю, а главе администрации.

Когда министр обороны Калле Лаанет позвонил Маррану куда-то на дачу на Сааремаа, он услышал от главы разведки нотации о том, как министру не следует "чрезмерно напрягаться".

Марран кичился, но теперь на совершенно новом уровне: в разгар крупного кризиса и с министром, который позвонил, чтобы сообщить ему о неуместности продолжения отпуска.

Сотрудник службы безопасности не должен бояться, в том числе - критики

Что необычно для главы оборонного учреждения, Маррана характеризует сверхразвитая чувствительность к репутации. "Сверхразвитая" в том смысле, что это выражается не только в том, что он реагирует на критику с опереточным фырканьем и в строительстве обсерватории на Рахумяэ, но это также непосредственно влияет на все остальное его рабочее поведение и, таким образом, на работу учреждения, которым он управляет.

На очной встрече глава внешней разведки еще в прошлом году был готов в разгар крупной ссоры признать недостатки работы своего ведомства ("вы знаете, я думал, что мы лучшие"), но когда к беседе присоединилось больше людей, Марран потерял всякую восприимчивость к критике.

В определенной степени это можно считать переговорной тактикой. Программное ребячество или изображение из себя умственно отсталого можно встретить и в международной дипломатии, иногда это делают даже известные политики. Однако использование этого приема имеет свои рамки приличия для руководителя разведывательного ведомства по уже упомянутой причине: обеспечение авторитета ведомства.

Марран в разных ситуациях показывал, что путает репутацию и благонадежность, но они не равны друг другу. Иногда для сохранения благонадежности необходимо позволить репутации сломаться. Марран не может этого сделать, и, основываясь на своем многолетнем коллегиальном опыте, я предполагаю, что это глубоко укоренившаяся в нем личная предрасположенность, причины которой я не имею ни малейшей компетенции анализировать, однако в теории это все же должно быть излечимо.

Однако в более критические моменты Марран имеет тенденцию просить у клиента нежностей вместо обратной связи, что является довольно необычной и неожиданной реакцией для чиновника службы безопасности. Это часто проявлялось также и в том, что поставщик услуг Марран стал требовать от клиентов подробных инструкций, как ему лучше организовать свою работу. Сам решений не предлагал, но немного обиженно ждал их.

Во время кризисов глава разведки, цепляющийся за клиента, фактически тем или иным образом усложняет разрешение кризиса вместо того, чтобы помогать.

Почему нужно говорить о рабочем поведении высокопоставленного чиновника?

Эстония - маленькая страна, поэтому высшие должностные лица и их культура самоутвреждения имеют гораздо большее влияние на определенные сферы жизни, чем в больших странах. Общественный контроль за моделями поведения топ-менеджеров не является личным делом. Модель поведения высокопоставленного чиновника оказывает гораздо большее влияние на способ осуществления власти, а также на качество государственной службы в Эстонии, чем, например, в Соединенном Королевстве, где в Министерстве обороны работает 60 000 государственных служащих, и чисто из-за его размера власть более рассредоточена.

В Министерстве обороны Эстонии работает полторы сотни сотрудников, а на всей административной территории Минобороны насчитывается чуть более двух тысяч гражданских лиц. Таким образом, в Эстонии модель отношения и поведения одного руководителя государственного сектора может оказаться одновременно и моделью осуществления публичной власти.

Таким образом, критическое изображение высшего руководителя государственной службы также является критикой осуществления государственной власти. Здесь тоже, конечно, можно дойти до крайности (например, скандал с видезаписями вечеринки Санны Марин), но в данном случае критике подвергается не танцевальное мастерство человека и радость от вечеринок, а рабочее поведение.

Каждая структура власти создает свой собственный внутренний круг, это не параноидальная теория , а неизбежная динамика власти. Также и во внутреннем круге высокопоставленных чиновников делятся эксклюзивными благами - хорошо оплачиваемыми рабочими местами. Когда бывший вице-канцлер МВД Эркки Коорт в свое время написал, что конкурсы на высшие должностные лица - это в основном фасад, а решения принимаются за кулисами и в гораздо более узком кругу, на него сердились, но в то же время все знали, что он говорит правду.

Я был в общей сложности на трех должностях вице-канцлера и лично не выиграл ни одного конкурса вице-канцлера таким образом, чтобы еще до объявления конкурса не знал, что выиграю "конкурс". Так проходит назначение и оставшейся сотни высокопоставленных чиновников. Именно "назначение", а не соревнование. Полугосударственные образования, такие как EAS или RMK, у которых больше денег и меньше правил, чем у традиционных государственных учреждений, являются жемчужинами такого "общака".

Напряженная ситуация в государственной обороне разрешилась

В общем, уход Маррана - разумное решение. Разрешилась давняя напряженная ситуация в обороне страны. В настоящий момент мы не можем допустить слабины или очага напряженности в нашей государственной обороне.

Ни эстонская государственная оборона, ни другие эстонские государственные службы в настоящее время не нуждаются в корпоративном блеске или внешней поверхностной модернизации, а нуждаются в существенных и беспощадных инновациях. Учитывая демографические и другие тенденции, необходимость встряхнуть госслужбы очевидна и на это неоднократно обращали внимание в СМИ.

Однако далеко идущие изменения станут возможны только тогда, когда карьерная модель государственной службы станет более открытой. Полезной была бы и большая открытость государственной службы.

Нововведения в госсекторе тормозятся, во-первых, формальным применением Закона о государственной службе при подборе топ-менеджеров, в том числе уходом от меритократических соображений, во-вторых, чрезмерной секретностью, в-третьих, повсеместным неумением честно признавать ошибки, в-четвертых, незаинтересованностью в развитии возможностей госуслуг, в-пятых, репутационным фетишем. В более общем плане в последние годы много говорилось о самоисключении и неспособности изменить государственную службу. Пока нет результатов.

Редактор: Ирина Догатко, Елизавета Калугина

Hea lugeja, näeme et kasutate vanemat brauseri versiooni või vähelevinud brauserit.

Parema ja terviklikuma kasutajakogemuse tagamiseks soovitame alla laadida uusim versioon mõnest meie toetatud brauserist: