Все очень логично. Президент США Дональд Трамп ведет себя как обычный бизнесмен, стремящийся добиться результата любой ценой, при этом методы для него не имеют большого значения. У него есть ясная и твердая цель: он хочет достичь мира – и это не декларативная поза, а реальная задача. Как бизнесмен он действительно заинтересован в мире, потому что только тогда можно нормально вести дела. Во время войны заниматься бизнесом невозможно.

Для достижения мира методы не имеют большого значения – даже незаконные приемы допустимы, главное – цель. Трамп оказывает большее давление на одну из сторон (менее сильную), рассчитывая получить уступки. Если они не поступают достаточно быстро или в нужном объеме, он переключается на давление на другую сторону.

В настоящее время давление сосредоточилось на России – стороне, которую Трамп считает сильнее и с которой, по его мнению, достичь соглашения будет сложнее. Украина показала себя очень упорным переговорщиком, и поэтому Трамп балансирует между двумя сторонами в поисках результата.

Будем откровенны: его не интересует, сколько территорий должна уступить Украина – ему важно лишь, чтобы эта война закончилась, потому что тогда можно сосредоточиться на бизнесе, в том числе и с Россией. Для нас непривычно, что президент ведет себя как обычный бизнесмен – обычно мы ожидаем, что президенты ведут себя как президенты. Трамп уже убедительно доказал, что он является исключением, и нам, в Европе, стоит это понять.

Случай с Венесуэлой показал: если кто‑то начинает активно "шуметь" в американском регионе влияния, такого игрока либо нейтрализуют, либо заменяют на того, кто будет лоялен США и с кем можно вести дела. Сейчас еще не ясно, кто именно займет такую роль – недавние заявления вице‑президента не были особенно дружелюбны к Трампу. Но конечный результат понятен: перестановка сил займет некоторое время, потому что на самом деле никто не хочет новой войны.

Другие лидеры Южной Америки, особенно те, кто резко критиковал США, теперь отступают, потому что ясно понимают, кто здесь хозяин. Говорим ли мы при этом о международном праве? Нет – здесь действует принцип: кто сильнее, тот и прав. Как в бизнесе: крупные почти всегда "съедают" меньших, оставляя лишь тех, кто им полезен (лоялен).

Что в такой ситуации должна делать Европа? Сложный вопрос.

Европа полностью переложила вопросы своей безопасности на плечи НАТО (читай: США) и сама особо не стремилась участвовать. Обороноспособность Европы находится на крайне низком уровне, и ее восстановление потребует многих лет. Если сейчас мы пойдем и начнем что-то требовать у США, это будет выглядеть примерно так, как если бы взрослый ребенок пришел к отцу за деньгами на бензин, аренду жилья и еду, хотя у него уже есть приличный доход, который легко покрывает все эти расходы и даже остается в избытке.

Жаловаться бессмысленно – нужно собраться с силами и показать миру, что Европа способна и хочет быть военной державой. Только так нас будут воспринимать всерьез и приглашать за стол для обсуждения глобальных вопросов.

Какова роль Китая? В отношении китайцев есть поговорка: если достаточно долго сидеть у реки, труп врага рано или поздно проплывет мимо. Они ждут и наблюдают. В отличие от США, России, Великобритании, Франции и других, они не слишком активно пользуются принципом "кто сильнее, тот и прав", по крайней мере за последние 60 лет. Они ждут. Вернет ли Китай Тайвань? Неправильный вопрос. Следует спрашивать: когда он это сделает.

Использование логики бизнеса иногда оказывается очень полезным инструментом для понимания международной политики. Становится ли нам от этого радостнее, когда мы понимаем, почему события развиваются именно так? Вряд ли, но такова жизнь.