Передача Aktuaalne kaamera. Nädal изучила, насколько прочна сеть связей, соединяющая нас с остальным миром.

7 января Криминальная полиция Финляндии арестовала торговое судно Fitburg, которое 31 декабря было задержано по подозрению в повреждении подводных кабелей между Эстонией и Финляндией.

Неделю назад на месте повреждения кабелей побывали государственный прокурор Эстонии и Центральная криминальная полиция. Эстонская сторона проводила осмотр в экономической зоне Эстонии, финская – в экономической зоне Финляндии, после чего совместно были подведены итоги. Осмотр проводился на судне Военно-морских сил Эстонии и Пограничной охраны Финляндии.

"Было интересно наблюдать, хотя само место происшествия находится на глубине 80 метров под водой. Как техника Военно-морских сил Эстонии, так и техника Пограничной охраны Финляндии настолько высокого качества, что можно увидеть след якорной цепи на морском дне", – сказал государственный прокурор Вахур Верте.

Перебои в конце года мы на себе не ощутили, но каковы те последствия, которые мы не хотели бы ощутить на собственном опыте?

"У нас не было ситуации, при которой мы были бы полностью отрезаны от интернета и, например, банковская система не работала бы. Мы не так уж много говорили о том, что если кабели для передачи данных все-таки окончательно повреждены и люди не могут снимать наличные, а карточные платежи не функционируют, то последствия будут очень серьезными", – сказал командующий Военно-морскими силами в 2017-2024 годах, коммодор Юри Саска.

У Эстонии имеется восемь международных подводных кабельных соединений. Через Сувалкский коридор нас с Польшей соединяют девять наземных кабелей, из которых семь находятся в эксплуатации. Сценарий так называемого энергетического острова был проанализирован.

"Внутренний интернет какое-то время работал бы. Он стал бы менее стабильным, но какие-то вещи мы смогли бы делать. Наша проблема в том, что очень многие интернет-устройства функционируют на основании сертификатов, и эти сертификаты начинают истекать. Предусмотрено, что можно установить соединение с зарубежными странами. Банковский сектор этим занимается. Эти проекты были рассмотрены. Очевидно, что, например, трафик YouTube мы сюда направить не сможем. Крупномасштабные потоки данных прерываются", – сказал вице-канцлер Министерства юстиции и цифровых технологий по вопросам цифровой инфраструктуры и кибербезопасности Тыну Грюнберг.

Режим функционирования в качестве острова не является очень вероятным. Для этого должны быть выведены из строя как морские соединения, так и соединения через Сувалкский коридор. Однако нельзя сказать, что якоря волочатся, а мы сидим сложа руки. Так, компания Elisa начала действовать еще в 1997 году, когда произошло первое повреждение кабеля, как утверждается, по причине небрежности.

"Мы продублировали соединения. Теперь у нас достаточно подключений, чтобы обеспечить устойчивость функционирования", – сказал вице-президент по цифровым услугам и директор по цифровым технологиям Elisa Тоомас Полли.

Ремонт кабеля обходится в сумму от шестизначной и выше. Когда от этого начнет страдать кошелек потребителя? Elisa обещает, что этого не произойдет.

"Оборот группы Elisa составляет 2,2 млрд. Кабель как таковой юридически является собственностью Elisa. Да, это расходы, но мы способны с ними справиться, то есть на цену услуг это влиять не будет", – сказал Полли.

Повреждение кабелей стало ежегодным явлением. Для судов-вредителей, курсирующих по Балтийскому морю, понадобилось бы пугало. Или скорее электрический пастух, предлагает Elisa.

Вице-канцлер министерства соглашается, что подводную инфраструктуру можно защищать лучше, чем сейчас. Подобные проекты планируются между Эстонией, Финляндией и Швецией, однако стопроцентной гарантии не обеспечивают даже датчики.

"Если это целенаправленная атака, то по сути судно может сбросить якорь в нужном месте – за 300 метров – и протащить его так, что кабели будут повреждены. Даже если датчики среагируют, физически отреагировать невозможно", – сказал Грюнберг.

Пока же продолжается совместное расследование Эстонии и Финляндии. Экипаж подозреваемого судна дал финским и эстонским следователям подробные показания. Один из вопросов заключается также в том, есть ли среди моряков люди, в чьи задачи входила организация гибридной атаки.

"Один из фокусов расследования – выяснить прошлое каждого члена экипажа, каковы его задачи, а также был ли он и каким образом потенциально связан с причиненным ущербом", – сказал Верте.