- Внутреннее чувство подсказывает мне, что в ситуации, когда война длится годами и Россия не может добиться желаемого успеха, у нее возникает соблазн применить ядерное оружие. Вам не кажется, что такой вопрос становится актуальным?

- Нет, не кажется. Я думаю, что Россия на данный момент не заходит так далеко в мыслях и не зайдет в поступках. Но, конечно, ей нравится пугать этим, прежде всего западные страны. Она делала это на протяжении всей войны. Вспомним осень 2022 года, когда был очень решающий момент, и у украинцев действительно была возможность быстро склонить ход войны в свою пользу. В настоящее время можно предположить, что в войне будет происходить эскалация в том смысле, что Россия, вероятно, может применить увеличенную огневую мощь в виде ударов ракетами и беспилотниками, прежде всего по Киеву, как мы видели два дня назад. Но, вероятно, и по другим городам Украины. В этом смысле в нынешней ситуации поведение России определенно не показывает никаких признаков того, что она готова каким-либо образом уступить в войне.

- В Центральной России практически все нефтеперерабатывающие заводы так или иначе пострадали: они либо полностью остановлены, либо не работают на полную мощность. Начало ли это оказывать влияние на российскую экономику в той или иной степени?

- Безусловно, такое влияние есть, но все же не в такой степени, чтобы заставить Россию в ближайшие месяцы изменить свои стратегические цели. В передаче только что говорили о том, как [президент РФ Владимир] Путин побывал в Китае и что у него явно есть поддержка Китая. Есть целый ряд других стран, которые его поддерживают, и благодаря этому он получает "кислород" для своей экономики, что дает ему возможность продолжать войну. Конечно, он также рассчитывает на то, что в отношении Европы можно будет играть на нервах лидеров или, вернее, применять такую мошенническую схему, что вот-вот наступит возможность начать даже мирные переговоры. На поле боя нет никаких признаков того, что вообще существуют какие-то условия для переговоров с Россией, потому что единственный способ вести переговоры с Россией - это ситуация, когда Россия вынуждена признать и понять, что агрессией она своих целей не достигнет.

- В Европе сейчас ищут представителя от европейской стороны для переговоров с РФ. Когда он начнет вести переговоры с Россией, которая проиграла или прекратила войну, то, скорее всего, он будет общаться вообще не с Путиным. К чему должен готовиться такой человек, которого сейчас выбирают?

- Не думаю, что сейчас идет такой "конкурс красоты".

- Но ведь ищут.

- Это скорее увлекательная тема, развиваемая прессой. Важно следить за неофициальной встречей министров иностранных дел Европейского союза, которая в ближайшие дни состоится на Кипре, где по предложению [верховного представителя ЕС по иностранным делам] Каи Каллас будут обсуждаться как раз те условия, которые Европейский союз должен представить России, если теоретически однажды появится возможность вообще вести переговоры с Россией. Здесь однозначно ясно, что Европа не может ни в коей мере согласиться на то, чтобы Россия получила, например, контроль де-юре над оккупированными и незаконно аннексированными территориями или вообще достигла своей цели путем агрессии.

- Великобритания, Франция, Испания, Италия и Канада отклонили предложение, согласно которому союзники по НАТО тратили бы по 0,25% ВВП на помощь Украине. Может быть, было запрошено слишком много?

- Думаю, что точно нет. У стран, возможно, разное отношение к таким фиксированным цифрам, особенно когда речь идет о ВВП и обязательствах. Для крупных стран даже 0,25% - это десятки миллиардов евро. С другой стороны, это показывает, что, следовательно, у многих очень важных европейских стран по-прежнему нет твердой политической воли, чтобы внести в эту войну решающий перелом, который способствовал бы успеху и победе Украины.

- Возможно, эти же страны и хотят, чтобы в конечном итоге появился какой-то переговорщик и мы договорились о чем-то. Они не думают так, как эстонцы, что Россия должна обязательно проиграть.

- Эстонцы, безусловно, не одиноки, и очень многие в кулуарных беседах высказывают понимание, что эта война не может закончиться каким-то добрым словом. Она закончится на поле боя превосходством одной из сторон, что приведет к переговорам, на которых будет зафиксирована новая реальность. Для нас, - и я верю, что и для украинцев, - эта новая реальность и единственная альтернатива - справедливый и прочный мир, суть которого будет заключаться в том, что Украина сохранит свой суверенитет и территориальную целостность.