Министр финансов Хельме: министру социальных дел Кийку нельзя так себя вести ({{contentCtrl.commentsTotal}})

Интервью Тоомаса Сильдама с Мартином Хельме.
Интервью Тоомаса Сильдама с Мартином Хельме. Автор: Priit Mürk/ERR

Министр финансов и зампред Консервативной народной партии (EKRE) Мартин Хельме изложил свою позицию по поводу назначения политиков в советы госкомпаний, ответил на вопросы о якобы отходе на задний план лидера партии Марта Хельме, рассказал о раздражающих консерваторов действиях министра социальных дел Танела Кийка и о планах EKRE по поводу аптечной реформы.

- В последний месяц об EKRE было слышно меньше, чем обычно.

- Так ведь было Рождество и мир на земле.

- При этом создается впечатление, что вы очень энергично работаете над укреплением своих позиций и позиций нынешней правительственной коалиции.

- Мы всегда действовали энергично. Та картина, которая сложилась у общественности о нас и нынешнем правительстве, с самого начала была относительно... имела мало отношения к тому, чем занято правительство.

С сентября [2019 года], когда мы начали составлять бюджет, мы очень систематично работаем над реализацией политики нынешнего правительства. И это очень многоуровневая [работа].

- Действительно, многоуровневая. Потому что раньше EKRE критиковала ту или иную политическую пищевую цепочку, созданную Партией реформ, а теперь то же самое делает ваше правительство, вводя в деполитизированную комиссию, созданную для назначения членов советов госкомпаний, Арго Лууде из EKRE и Реэт Роос из партии Isamaa.

- Почему люди так твердо заявляют, что этот комитет деполитизированный, если в нем нет ни одного связанного с политической партией человека? Мировоззрение ведь есть у всех.

Мы не клеймим ранее ставших членами этого комитета людей их политической принадлежностью, а наоборот.

- Мировоззрение каждого человека находит выражение в день выборов, а если люди с партийной принадлежностью и участвующие в деятельности партии теперь попадают в этот комитет, то неизбежно создается впечатление, что вы хотите это политизировать.

- Меня это впечатление, честно говоря, вообще не интересует. Важно, что мы реализуем данные избирателям обещания.

Скажу очень прямо - наша цель состоит в использовании власти, а не в пребывании у власти. Нас не интересует просто пребывание в должности, мы хотим реализовать свои цели. Как сказал Арго Лууде в одном из интервью, это делается двумя средствами: ты определяешь кадровую политику и ты определяешь бюджетную политику. Это мы и делаем.

- Арго Лууде также выразил обеспокоенность тем, что "если комитет по назначению членов советов госкомпаний независим и назначенный им совет [госкомпании] независим, то как в деятельности госкомпании должны реализовываться согласованные правительством приоритеты?". Как они реализовывались прежде?

- Можно также спросить, реализовывались ли они достаточно? Если правительство чувствует, что связь должна быть теснее и ближе, то правительство предпринимает соответствующие шаги.

- Что раньше было не так?

- С этим комитетом не было ничего неправильного. Он обеспечил очень резкий рост качества персонала, назначаемого в [советы госкомпаний], туда не попадают случайные люди просто из-за имеющихся у них связей.

Но мы слышали от правлений нескольких госкомпаний, что их не интересует мнение министра, т.е. собственника, что их начальство - это совет, а начальство совета - комитет по назначениям, и на этом данная цепочка заканчивается.

- Но ведь общее собрание акционеров - это министр.

- А если общее собрание не может сделать ничего другого, кроме передачи ожиданий собственника, сформулированных общими словами, и не может сказать, что если ожидания не будут выполнены, то я сменю совет, а [новый] совет сменит правление? Такой угрозой даже в принципе воспользоваться нельзя. Но если возникают разногласия, как действовать дальше, то ему [собственнику] очень сложно навязать свою волю.

- Одним словом, больше контроля. Вы этого хотите?

- А что в этом плохого? Государственные предприятия принадлежат эстонскому народу, который управляет ими через правительство. У каждого министра есть предприятия в подотчетной ему сфере. Я не согласен с тем, что у нас колхоз, что это ничейное. У нас в Эстонии не должно быть колхозов, должны быть предприятия, и если они принадлежат народу, то за собственника ими управляет правительство.

- Будут ли назначаться политики и в советы госкомпаний?

- Я не вижу такой опасности. Читаю в газетах, как в [статьях с] разжигающими панику заголовками, так и простое тявканье, что вот, теперь начнут [людей] менять, ужас какой. Не начнут. Обычная рутина - если закончился срок [полномочий в совете госкомпании], то многим его продлевают, какое-то число заменяется, это естественный процесс.

Ни для какой политической пищевой цепочки это использоваться не будет.

Интервью Тоомаса Сильдама с Мартином Хельме. Автор: Priit Mürk/ERR

- При этом вы предложили министру сельской жизни назначить на следующие пять лет в совет Фонда развития сельской жизни (MES) экс-министра от EKRE Марта Ярвика. Почему именно Ярвика, который лишился портфеля министра сельской жизни, потому что утратил доверие премьер-министра Юри Ратаса?

- MES - некоммерческая компания. В Эстонии около сотни фондов, советы которых назначаются по иному принципу, чем советы госкомпаний.

- Все равно политизация.

- Именно, по поводу фондов никто не спрашивает о политизации. Если посмотреть на фонды с культурным или социальным уклоном, также и на крупные больницы, то они с прежнего времени очень политизированы, там целые скопища соцдемов, людей из Партии реформ и других партий, только наших представителей (EKRE) там почти нет. Эта политизация очень даже присутствует, и никто не выражает беспокойства.

- Вы не ответили на вопрос, почему именно Ярвик пойдет в совет MES?

- Одна причина состоит в том, что Ярвик на посту министра начал несколько видов деятельности. Одним из них была [программа] "Молодежь в деревню", второй - т.н. проект сельского фонда, через который государство формирует политику земельной собственности, чтобы укрепить жизнь в сельских районах. Предварительная работа у него сделана, и я хочу, чтобы он продолжил продавливать эти [темы].

Вторая причина тоже очень очевидная. Это место в совете MES и раньше занимал член нашей партии, нынешний министр сельской жизни Арво Аллер. Т.е. у нас возникла там вакансия, которую мы заполнили очень хорошо освоившимся в этой сфере Ярвиком.

Есть и третье обстоятельство, которое я совершенно спокойно назову. Это было сделано, чтобы показать, что наша партия не считает Ярвика "сгоревшим на работе" или опозоренным политиком. Он все делал правильно. Уже во время того, так сказать, большого скандала мы заявили, что его упрекают в вещах, которые не соответствуют истине. Причина, по которой Ярвик был вынужден уйти из правительства, была в том, что он не смог все это красиво, хорошо и убедительно разъяснить премьер-министру.

[Бывший канцлер Министерства сельской жизни Иллар] Леметти как раз и был агентом Партии реформ, который все время работал против министра. Как только глава Ветеринарно-продовольственного департамента сам ушел в отставку, сразу после ухода канцлера, который его прикрывал, закончился и скандал с листерией.

- Может быть, следует вернуть Ярвика в правительство?

- Настанет и такой день. (Усмехается)

- Есть ли в этом и человеческий аспект, когда вы не хотели оставлять без какой-то деятельности Ярвика, который был вынужден уйти с поста министра?

- Своих не бросают, это правда. Но если кто-то спросит, создали ли мы ему в [MES] теплое местечко, то те пара сотен евро в месяц, которые получают члены совета, точно не являются синекурой или пищевой цепочкой.

- Ярвик говорил, что он хочет продолжить проект "Молодежь в деревню", который стоил бы 100 млн евро. Это хороший проект?

- Проект пока на стадии идеи. Но это правильный и хороший проект.

- Где найти 100 млн евро?

- Это часть нынешней фазы планирования. Найти эти деньги... Приведу простой пример. В KredEx просто так лежат 80 млн евро, которым не смогли найти применения, потому что составили не ту меру [о выделении пособий] или мера по какой-то причине не заработала. Эти деньги лежат, и если мы их достаточно быстро не израсходуем, они уйдут обратно в Европу.

Этим я хочу сказать, что найти деньги - это преодолимое препятствие.

Интервью Тоомаса Сильдама с Мартином Хельме. Автор: Priit Mürk/ERR

- 100 миллионов - это примерно столько, сколько Европейский союз предлагает нам за отказ от сланцевой электроэнергии.

- Да, именно так... Но с учетом объема энергетического сектора, это просто жалкая сумма - те 120 миллионов, о которых говорят.

- Что теперь будет? Правительство Эстонии притормозит свой "зеленый поворот"?

- Правительства Эстонии были одним из самых образцовых проводников "зеленого поворота" во всей Европе. Мы добровольно взяли на себя цели [по сокращению выбросов парниковых газов] к 2040 и 2050 году, которые вдвое больше, чем у других европейских стран. Мы выполнили эти цели или движемся по графику к их выполнению.

Вчера [21 января] я как раз вернулся с совещания ECOFIN [Совета министров экономики и финансов стран-членов ЕС], на котором говорили о "Зеленом курсе", Green Deal. Эстония - одна из немногих стран, которые выполнили ранее поставленные цели и мы могли бы 15 лет спокойно ждать, закинув ногу на ногу, пока другие страны достигнут нашего уровня, так что "зеленый поворот" нам отменять нет необходимости.

Но я скажу совершенно четко, что на волне нынешней лозунговой климатической политики [ЕС] нынешнее правительство не будет ни в коем случае закрывать наш энергетический сектор, сланцевую промышленность. Это абсолютно ясно.

- Премьер-министр Юри Ратас с вами одного мнения?

- Это совершенно однозначный подход в правительстве.

Вопрос в том, как мы будем модернизировать нашу сланцевую промышленность, чтобы сократить в ней выбросы CO2. Направление, которое мы выбрали, это производство сланцевого масла.

Есть и другие возможности. Мы ждем, пока станут доступными новые водородные технологии для улавливания CO и т.п. Но это процессы, которые занимают годы, и пока у нас нет в них уверенности, мы не можем начать ликвидировать один из самых важных секторов своей экономики.

- Но падение выработки сланцевой электроэнергии все-таки продолжится?

- Да, продолжится, и это уже учтено. По поводу нескольких сланцевых печей уже несколько лет назад было известно, что их будут использовать до конца срока эксплуатации, а затем закроют. Декабрь или январь были первыми месяцами в истории Eesti Energia, когда ветровой энергии было выработано больше, чем сланцевой...

Но сказать, что мы прекратим и выключим [сланцевое производство], закроем шахты - не при этом правительстве, ни в коем случае.

Интервью Тоомаса Сильдама с Мартином Хельме. Автор: Priit Mürk/ERR

- Прокомментируйте слухи, которые ходят среди политиков, что председатель EKRE Март Хельме, отойдя от руководства партией и покинув пост министра, вернется в Рийгикогу, а вы возьмете руководство партией на себя?

- (Усмехается) Комментирование мечтаний наших оппонентов, конечно, сама по себе работа, но такого плана нет. Или скажем так: когда-нибудь, конечно, потому что, разумеется, Март [Хельме] у нас не король, который будет царствовать до конца жизни. Но когда это произойдет, никто заранее не знает. В ближайшее время точно нет.

- Теперь надо бы дать определение фразе "ближайшее время".

- Не надо давать. Пусть все полагают, пусть спекулируют и думают. Нам только приятно смотреть, как все трепыхаются.

Может быть, это мы сами запустили такую утку, как русские выражаются. Хотя я, скорее думаю, что это мечта, которую проецируют оппоненты.

- EKRE ведь не планирует выходить из правительства?

- Нет, зачем это нам? Это опять чья-то мечта. У нас нет никакой причины уходить из правительства. Оно нам подходит, мы в принципе удовлетворены коалиционным договором, тем, как он реализуется и тем, как идет взаимодействие между партнерами по коалиции.

То, что у нас иногда бывают бури в стакане воды, которые потом раздувают и начинают на этой основе спекулировать, не имеет никакого глубокого значения.

Интервью Тоомаса Сильдама с Мартином Хельме. Автор: Priit Mürk/ERR

- Но правительству предстоит смена одного министра?

- Прошу прощения, какого?

- Вы ведь сказали в воскресенье в своей радиопередаче, что если кампания Министерства социальных дел "Все разные, но все люди" будет делаться с одобрения министра социальных дел, то вы не сможете быть в одном правительстве с таким министром. Эта кампания делается с одобрения министра социальных дел Танела Кийка.

- И это очень большая проблема. Танелу Кийку известно, что это большая проблема для наших избирателей, большая проблема для нашей [парламентской] фракции и большая проблема для всех наших министров.

Летом, когда также зашла речь о финансировании пропаганды гомосексуализма из госбюджета, у нас было несколько откровенных бесед с коалиционными партнерами. По нашему мнению, нам удалось прийти к взаимопониманию о том, что уместно делать в составе такого правительства, в котором есть две консервативные партии, а что неуместно. Эта недавно запущенная кампания, по нашей оценке, противоречит этому взаимопониманию.

- Это ведь не кампания в поддержку однополых отношений. Если вы смотрели эти клипы, то они очень разнообразные.

- Хорошо, можем заняться схоластикой.

Если один человек на плакате - агрессивный гомоактивист, человек, который рассылает на Рождество мерзкие почтовые открытки защитникам семейных ценностей - это значит нарываться на конфликт в чистом виде. Мы видим эту кампанию в таком свете.

- Но что станет с Танелом Кийком? Вы ведь сказали, что не сможете быть в одном правительстве с таким министром.

- Если такая деятельность продолжится, то да.

- Вы не сказали, "если такая деятельность продолжится". Цитирую: "Если это что-то такое, что делается с одобрения министра, то однажды этот министр... мы не сможем больше быть в одном правительстве с этим министром".

- Да, у нас возникает очень серьезная проблема.

Это не какой-то блеф, это не пускание пыли в глаза избирателям, когда иногда бьем себя немного в грудь, и на том дело и заканчивается. Это принципиальный для нас вопрос, и вопрос не только о содержании одной кампании, но и о том, на что тратятся бюджетные деньги.

- Вы поставите перед премьер-министром вопрос об уходе Танела Кийка?

(Пауза) Мы очень серьезно говорили на эту тему с Ратасом, Кийком и другими центристами.

- О том, что Кийку следует уйти?

- О том, что Танелу Кийку нельзя так себя вести.

- Но ведь он это делает.

(Пауза) Повторим... Повторим, потому что где-то проходит граница, после которой мы может сказать, что он делает это уже назло. Возможно, он не отдает себе отчета в том, насколько сильное раздражение это вызывает.

- Вы ведь помните, как твердо защищал премьер-министр Танела Кийка, когда вы подняли вопрос о финансировании меньшинств в Министерстве социальных дел?

- Да, но председатель каждой партии должен всегда защищать своих министров и соратников по партии. Это понятно.

Интервью Тоомаса Сильдама с Мартином Хельме. Автор: Priit Mürk/ERR

- Будет ли EKRE ждать аптечной реформы и 1 апреля, чтобы появилась причина сказать - видите, часть аптек закрыты, министр социальных дел не справился, а затем повторить в правительстве то, что произошло с министром Ярвиком, но только теперь на скамейке Центристской партии?

- Ответ надо начать с другого. Для нас неприемлемо решение, при котором массово закроются аптеки. Мы продолжаем работать над тем, чтобы это предотвратить. Мы не договаривались, что этот закон [об аптечной реформе] вступит в силу в таком виде.

- Попробуете еще раз инициировать изменение закона?

- Да.

- Времени остается очень мало.

- Две недели.

- Так что в течение двух недель...

- Если посмотреть на календарь парламента, то потом уже ничего нельзя будет сделать.

- Какой у вас план?

- План сейчас разрабатывается.

- Можете обозначить какие-нибудь пределы?

- Предел в том, что в таком виде вступление аптечной реформы в силу для нас неприемлемо.

- Вы согласны с решением о поэтапном переходе аптек в собственность провизоров, которое предложил Танел Кийк?

- Это не решение, это фокус.

- Хотите затормозить реформу?

- Мы хотели бы либерализовать рынок.

- Что это значит - торговать безрецептурными лекарствами на автозаправках и в продуктовых магазинах?

- Причина, по которой это прошлый раз не включили в законопроект, была в том, что Центристская партия заявила, что ее парламентскую фракцию не удастся убедить поддержать такую поправку. Поскольку их фракция не готова была поддержать и ослабленный вариант, то у нас больше нет причин от него воздерживаться при поиске решений.

- Итак, либерализация торговли безрецептурными лекарствами?

- Все варианты возможны. Но вариант, при котором закроются десятки или сотни аптек, для нас неприемлем.

- Когда вы представите свой законопроект?

- В течение следующих двух недель.

Вопрос в том, будет ли это законопроектом каких-либо депутатов [Рийгикогу]. Если да, то сколько из них его представят и сколько будет фракций, депутаты которых его представят. В Центристской партии тоже есть немалое число людей, которые смотрят на это одинаково с нами. Наверное, их избиратели тоже не простят, если десятки или даже сотни аптек в их районах закроются.

Поддержка [приостановки аптечной реформы] носит широкий характер, и главная причина, по которой [эта отмена в Рийгикогу] провалилась в прошлый раз, была в том, что я в первый раз в этом составе Рийгикогу увидел, как фракция Партии реформ проголосовала дисциплинированно.

- Вы обсуждали этот возможный законопроект с министром социальных дел Танелом Кийком, со сферой управления которого это теснее всего соприкасается?

- Да, коротко.

Танел Кийк представил правительству законопроект о внесении [поправок] в Закон о лекарствах, с помощью которого можно было решить некоторые проблемы, но этот план не увенчался успехом.

Интервью Тоомаса Сильдама с Мартином Хельме. Автор: Priit Mürk/ERR

Редактор: Андрей Крашевский

Hea lugeja, näeme et kasutate vanemat brauseri versiooni või vähelevinud brauserit.

Parema ja terviklikuma kasutajakogemuse tagamiseks soovitame alla laadida uusim versioon mõnest meie toetatud brauserist: