Кая Каллас: у всех граждан Эстонии должны быть равные права

$content['photos'][0]['caption'.lang::suffix($GLOBALS['category']['lang'])]?>
Премьер-министр Кая Каллас в студии Vikerraadio. Автор: Priit Mürk/ERR

Премьер-министр Кая Каллас объяснила в интервью, почему после объявления налогового мира правительство все же приняло ряд решений, касающихся налогов и льгот, будут ли в Эстонии массовые мероприятия, куда пустят обладателей вакцинных сертификатов и прошедших экспресс-тестирование, почему русские и эстонцы за четыре года отдалились друг от друга.

Эти и другие темы обсудили с премьер-министром Каей Каллас в передаче Радио 4 "Особый взгляд".

- На прошлой неделе в СМИ появилась новость, что Кая Каллас впервые в ранге премьер-министра приехала на работу на велосипеде. Работа премьера позволяет использовать именно это средство передвижения?

- В прошлом году, как только погода позволяла, я всегда ездила на работу на велосипеде, но будучи премьер-министром, мне этого до сих пор не удавалось. В центре города велодорожки не самые лучшие, но в то же время, в тот день было много встреч, и повсюду мы успевали быстрее, чем на машине. Иногда проезжали и по небольшим дорогам. В любом случае, мне нравится ездить на велосипеде, и я надеюсь, что смогу это делать постоянно.

- В свете истории с тратами вашего предшественника Юри Ратаса не могу не спросить у вас про представительские расходы. Как бы вы это прокомментировали?

- Я тоже считаю, что деньги налогоплательщиков нужно использовать четко и целесообразно. Я убеждена, что в этом отношении дела можно вести лучше. При мне этой строки бюджета нет.

- То есть вы отказались от этих 24 000 евро в год, которые были во времена Ратаса?

- Да, когда правительство сменилось, эти деньги ушли на другие цели, на другие расходы Государственной канцелярии.

- Министр финансов Кейт Пентус-Розиманнус объявила, что ждет ребенка и скоро уходит в отпуск по уходу за ним, но ненадолго, а замещать ее в это время будет Марис Лаури. Критики говорят, что "арендовать" другого министра, пока один член правительства в декрете, - не очень хорошее решение. Что ответите?

- Во-первых, я считаю положительным, что мы говорим на эти темы. Когда я сама в 2011 году была избрана в эстонский парламент и забеременела, то была первым депутатом, который воспользовался возможностью остаться дома с ребенком. Иными словами, вместо меня в парламент пришел заместитель. Тогда меня тоже сильно критиковали. Однако мне показалось, что это честно по отношению к ребенку и к коллегам. В итоге ведь все будут помнить то, что ты сделал, а вовсе не время, которое ты провел в том или ином месте.

Возвращаясь к порядку замещения министра: такой порядок у нас есть. В случае, если один министр в отпуске, другой министр его заменит. Можно обсуждать, должен ли это быть совершенно отдельный заместитель именно этого министра на время отпуска по уходу за ребенком, который не должен будет заниматься работой по совместительству с работой в другом министерстве. Я считаю, что такие дебаты следует вести, как и создать такие возможности, чтобы позиция министра не была бы для кого-то причиной не заводить детей, потому что сложно организовать работу по его замещению.

- Пентус-Розиманнус собирается уходить в отпуск в конце лета, а осенью грядет составление госбюджета следующего года, где министр финансов — ключевая фигура. Справится ли временный заместитель?

- Марис Лаури тоже была министром финансов, она наверняка справится с этой работой. Однако Кейт Пентус-Розиманнус должна сама решить это, ведь с маленьким ребенком, особенно с очень маленьким ребенком, который постоянно спит, этой работой можно заниматься. Надо подумать и не изобретать велосипед. Премьер-министр Новой Зеландии родила, занимая должность премьер-министра, и смогла справиться с работой. У Юри Ратаса тоже родился ребенок, когда он был премьер-министром, и никто не задал ни одного вопроса.

- А как вы прокомментируете поведение депутата Игоря Кравченко, который на своем автомобиле наехал на протестующего против коронавирусных ограничений?

- Это чрезвычайно некрасивая история, и полиция этим занимается. Этот человек обратился к правоохранительным органам, как я понимаю, производство идет. Однозначно, это достойно осуждения.

- Должен ли Кравченко понести ответственность и уйти из Рийгикогу?

- В любом случае, если признают, что он это совершил, то здесь предусмотрены соответствующие шаги, которые нужно будет сделать. Я согласна, что одно дело юридическая, а другой - моральная сторона. Член Рийгикогу ни в коем случае не должен вести себя таким образом.

- Недавно исполнилось сто дней работы вашего правительства. Издание Postimees раздало всем министрам оценки. Вас оценили так: есть пространство для развития, но в целом удовлетворительно. Точно такая же формулировка - у министра экономики Таави Ааса. Просто на "троечку", без дополнений, оценили работу семи министров, "неуд" один - у министра окружающей среды Тыниса Мёльдера. Оценку "отлично" тоже получил только один человек - глава МВД Кристиан Яани. Как вам такие оценки?

- Конечно, упражняться в этом, давать такие оценки очень интересно. Обязательно стоит учитывать, что ни одно правительство не начинало работать так, как пришлось начать нашему правительству, то есть в разгар самого ужасного кризиса здравоохранения и экономического кризиса. Помимо всех тех задач, которые мы на себя взяли в стодневном плане, мы должны были постоянно заниматься коронавирусным кризисом, ограничениями, вакцинацией - всё это не было как следует подготовлено. Кроме того, за восемь дней мы составили дополнительный бюджет, чтобы помочь людям и предприятиям, а также здравоохранению, которые должны преодолевать этот кризис. Это была напряженная работа, и я уверена, что все министры делали все возможное. Я вижу явное желание работать, желание сотрудничать и четкое понимание ответственности за эти задачи.

Оценки можно ставить по-разному. Я, наблюдая за работой вблизи, поставила бы некоторым людям более высокие оценки, чем они получили. Некоторые люди лучше "трубят в трубу". Как говорил Джордж Буш: "Если политик не будет трубить о своих делах, то труба просто останется нетронутой". Поэтому некоторые, быть может, и делают больше, но не способны раструбить об этом. Об этом обязательно следует больше говорить. И я уверена, что со временем мы становимся лучше. Это первые 100 дней, и хорошо, что есть пространство для развития. Подумайте, ведь было бы грустно, если бы сказали, что вершина достигнута и больше двигаться некуда.

- То есть "двойку" Тынису Мёльдеру вы бы не поставили?

- Нет, точно нет.

- Поговорим о бюджетной стратегии, одобренной правительством. Сэкономить нужно порядка 60 млн евро. Больше всего критики заслужило решение урезать компенсации со стороны государства на деятельность кружков по интересам. Как вы объясняете необходимость резать именно эту статью?

- Во-первых, нужно начать с того, что в государственном бюджете во время двух последних правительств появился очень большой минус. В прошлой стратегии государственного бюджета было блефа примерно на миллиард евро, который был прописан в виде сокращений. Было написано, что расходы будут сокращены, но нигде не было указано, где это будет сделано. Настоящий блеф. Поскольку дела у нашей экономики шли лучше, чем ожидалось, то мы должны улучшить ситуацию в наших расходах и доходах. Ясно, что всегда надо показывать, где ты собираешься сокращать расходы. Все министерства получили одинаковую задачу по сокращению.

Что положительно? Положительно, что разные министерства, которые делают одно дело, видят возможности для сокращения расходов, делая это сообща. Таких примеров много. Возвращаясь к компенсации деятельности по интересам - образование по интересам местные самоуправления поддерживают в размере 100 млн евро. Из этого 14 млн были дополнительной поддержкой от государства. Это пособие не пропадет, оно снизится до 7 миллионов. Это значит, что образование по интересам местные самоуправления в любом случае будут поддерживать дальше. Однако поддержка образования на уровне государства станет более прицельной. Что я имею в виду? Поддержка была очень неоднородной и не всегда доходила до детей.

Хороший пример - Таллинн. Таллинн получает самую большую часть этой государственной помощи, около 9% этой поддержки уходит в столицу. Как Таллинн это использует? Не там, где есть дети, а там, где ему как городу это выгоднее. Очень простые числа: в частном образовании по интересам 20 000 детей, город Таллинн поддерживает это образование по интересам в объеме 200 000 евро. В муниципальном образовании по интересам 10 000 детей, т. е. наполовину меньше. И здесь город выделяет 6,99 млн евро. Иными словами, деньги идут не туда, где дети, а туда, где удобнее самому местному самоуправлению. Поскольку у нас предстоят муниципальные выборы, то образование по интересам должно организовывать местное самоуправление, на выборах избиратели смогут четко сказать, что продолжение поддержки образования по интересам важно, и требовать этого от своего самоуправления.

В разных самоуправлениях очень разный процент того, сколько составляет поддержка образования по интересам от государства. Например, кажется, в городе Кейла только 9% из всех расходов на образование по интересам составляет поддержка от государства. В то же время в Раквере - 41% из всех денег на образование по интересам выделяются из государственной поддержки. Иными словами, это могло бы делать самоуправление.

- Денег не хватает во многих сферах. Профессор логистики ТТУ Даго Антов обращает внимание на то, что в бюджетной стратегии предусматривается серьезное сокращение расходов на строительство и ремонт дорог. Профессор пишет, что для исправления ситуации и нахождения средств нужен автомобильный налог. Такая идея витает в воздухе?

- В следующие четыре года правительство инвестирует в экономику Эстонии более 8 млрд евро. Это больше, чем когда-либо. Каждый год 2 млрд евро. Они направляются на разные виды инфраструктуры, дороги, на разные инвестиции. На это нужно смотреть в совокупности. Если посмотреть только на стратегию государственного бюджета, то вы можете сказать, что этих денег там нет. Но если мы можем инвестировать за евроденьги, то мы должны их использовать.

Мы поставили задачу сделать обзор о нынешнем использовании евроденег. Выяснилось, что очень много денег не использовано. Теперь мы будем каждый месяц снова составлять этот обзор. Будем педалировать: почему деньги не использованы? Используйте их. Что мы можем сделать на эти деньги? Давайте сделаем эти инвестиции, чтобы они не потерялись. И дальше, если дела пойдут лучше, таких остатков не будет, мы сможем это делать хотя бы один раз в квартале. Но основной пункт - на строительство дорог мы пустим евроденьги.

- Автомобильный налог вообще не стоит на повестке дня?

- Обсуждение налогов нужно проводить, но в нынешней коалиции мы не смогли прийти к соглашению относительно налогов. Мы хотим вернуть систему налогов, где у всех было бы единое освобождение от подоходного налога и единый процент. В то же время Центристская партия хочет ввести еще более многоступенчатый прогрессивный подоходный налог, чем сейчас. Мы договорились, что у нас налоговый мир. Я согласна, что эти дебаты нужно провести до следующих выборов. Именно для того, чтобы понять, что мы будем облагать налогом. Сейчас мы облагаем высоким налогом работу, но мы хотим, чтобы работа была. Может, следовало бы облагать большим налогом имущество, и меньшим - работу. Так и сходятся доходы и расходы. Сейчас мы не будем вводить автомобильный налог.

- Вы обещали налоговый мир, но все же приняли несколько решений, касающихся налогообложения. Например, с 2023 года среднюю пенсию не будут облагать подоходным налогом. Зато забрали льготу у тех, кто выплачивает жилищный кредит. До сих пор на одного человека можно было получить от государства 60 евро переплаченного подоходного налога, на двоих супругов выходило 120 евро в год. Этого больше не будет.

- Да, это не совсем налоговая политика, я имею в виду, это не то, что в итоге мы облагаем налогом. То, что пенсионеры должны платить со своей пенсии подоходный налог, было несправедливым. Это было одним из наших предвыборных обещаний. Это действительно будет сделано. Второй момент касается освобождения от налогообложения процентов: из исследований следует, что на самом деле это не требуется. В то время, когда это ввели, проценты были высокими, и людям нужно было обеспечить доступ к кредитам, сейчас в таком виде это не требуется. Скорее это помогает тем семьям, которые так или иначе уже могут позволить себе этот кредит. Какую проблему это в действительности решает, если деньги получают те, у кого они уже и так есть?

- А что будет с акцизами на топливо? Вы хотели вернуть их на тот же уровень, что был два года назад. Несмотря на противодействие Партии реформ, финансовая комиссия Рийгикогу одобрила законопроект, замораживающий действующие ставки акцизов на топливо, природный газ и электроэнергию до 2023 года.

- Ведь все хотят быть популярными, но этот закон был принят прошлой коалицией, т. е. акцизы поднимутся снова на тот же уровень весной 2022 года. Это называют "резервом перед закатом", то есть освобождение от акцизов вводилось на определенный период. Если посмотреть стенограммы Рийгикогу, то бывший тогда председателем финансовой комиссии Айвар Кокк сказал, что это временная мера, которая должна закончиться тогда, когда рост экономики будет составлять 2%. Сейчас рост экономики 2,5-2,9%. Согласно желанию Isamaa, сейчас эти акцизы нужно было бы вернуть на прежний уровень. Мы однозначно не пойдем на поводу у желания Isamaa и считаем, что пусть этот закон будет таким, какой он есть. Поскольку, опять же, мы обещали налоговый мир. Что касается этого законопроекта в Рийгикогу, то в этом, я думаю, была какая-то процессуальная путаница, но у нас было соглашение, что мы не пойдем дальше с этим законопроектом.

- Недавно парламент одобрил программу совета ЕС о перезапуске экономики за счет кредитных средств. Почему партия EKRE говорила, что законопроект противоречит конституции, и представила аж 765 поправок?

- Кажется, что EKRE считает, что у их избирателей чрезвычайно короткая память. Ведь в действительности это был тот пакет, который они сами поддерживали, имея еще портфель министра финансов, когда были в коалиции. Это вызывает очень много вопросов об их двуличии. Я считаю глупым, что они пошли против всего того, что представлял собой пакет мер по восстановлению. На самом деле системы здравоохранения получат помощь, мы сможем использовать эти деньги на инвестиции, выводящие из кризиса, хотя бы для обеспечения быстрого интернет-соединения во всех регионах Эстонии, в том числе, где есть много избирателей EKRE. Почему они боролись против этого, остается непонятным. Поскольку дело нужно было быстро продвигать дальше, чтобы деньги не простаивали, то мы связали это с голосованием о доверии правительству, и в Рийгикогу это прошло.

- Согласно последнему анализу рисков, который провел Фонд развития предпринимательства, 4000 предприятий с вероятностью в 50% скоро не смогут платить налоги. Еще 12 000 находятся в зоне повышенного риска, то есть и в их отношении имеется такая вероятность. И эти показатели в полтора раза больше, чем были в 2019 году. Ассоциация малых и средних предпринимателей (EVEA) недавно обратилась к правительству с призывом услышать ее. Так и озаглавили свое обращение: "Кая Каллас, поговорите с предпринимателями!". Почему вы не общаетесь?

- У каждой организации есть желание обратить на себя внимание. Когда появилось это открытое письмо, я сразу спросила: мы что, не нашли времени на встречу с ними? Но оказалось, что сообщения для прессы вышли быстрее, чем известие о желании встретиться. В любом случае, мы найдем время для этой встречи, это вовсе не проблема. И эти проблемы обязательно стоит выслушать, именно проблемы малых и средних предприятий, как и разных предпринимательских организаций. Мы давно не встречались с ними потому, что у нас долго был очень глубокий кризис, и мы сами попросили людей не проводить встречи вне круга своей семьи. Все правительство перешло на дистанционную работу, за экраны. Все наши встречи были виртуальными. Это установило определенные границы. Но, в любом случае, мы будем проводить эти встречи в дальнейшем.

Что касается экономического функционирования, то ни для кого не было сюрпризом, что кризис был очень тяжелым, особенно для предприятий определенных секторов, которым пришлось надолго закрыться. Мы делали разные программы поддержки, пособия для рынка труда, чтобы сохранить для людей рабочие места, а также пакеты помощи из дополнительного бюджета, чтобы помочь закрытым предприятиям. Но я думаю, что лучше всего им поможет то, что у нас не будет ограничений, и все смогут вести дела на рынке так, как они это делали. Пособия не выплачиваются бесконечно. Те, кто получает пособия, всегда недовольны, что получают слишком мало. А те, кто не получает, говорят о несправедливости. Для того чтобы мы смогли вернуться к нормальной жизни, нужно снять ограничения, это позволит снизить накал страстей.

- Недавно вы приняли участие в неформальной встрече лидеров стран Евросоюза. На ней широко обсуждалась тема паспортов вакцинации. У европейских лидеров разные мнения насчет их применения: одни поддерживают предоставление привилегий обладателям таких документов, другие - категорически против. Как будет развиваться эта история у нас?

- Во-первых, его стоит называть не паспортом, а сертификатом, чтобы не было путаницы. Суть этого документа на самом деле в том, чтобы он позволял путешествовать. Все государства боятся проникновения вируса. Поэтому хотят проверить, вакцинирован ли человек, есть ли у него отрицательный тест. На уровне Европы в мае мы должны договориться, кого мы будем считать вакцинированными, как долго будут действовать вакцины и какие вакцины мы будем признавать в Европе. Мы знаем, что есть и европейские страны, в которых прививали вакцинами, не признанными Европейским департаментом лекарственных средств. Будут ли эти вакцины учитываться? Если будут приезжать люди извне, кого мы будем учитывать? Это одна сторона вопроса.

Вторая - внутри страны. Как вы заметили, есть очень разные взгляды. В Дании в парикмахерской и в ресторанах вы должны показывать подтверждение, что вакцинированы. Если вакцинированы, то вас пускают. С одной стороны, это повышает мотивацию людей вакцинироваться, поскольку вы получаете что-то, чего нет у других. С другой стороны, сразу возникает вопрос, справедливо ли это? Одно дело - ваше желание, но другое - когда человеку нельзя вакцинироваться. Например, если иммунная система слишком слабая. И они в этом не виноваты.

На уровне правительства мы обсуждали, что первая цель - избавиться от ограничений и снизить уровень распространения вируса настолько, чтобы такого вопроса даже не возникало, вакцинирован ты или нет. Однако если мы не сможем добиться низкого уровня распространения вируса, а кто-то захочет провести крупные мероприятия. Концерт на Певческом поле для 5000 человек, если в общем предел - 1000. В таком случае это можно организовать (мы обсуждали это, но пока не договорились) таким образом, что все, кто хочет, смогут туда пойти, но есть две возможности. Ты проходишь быстро, потому что показываешь сертификат вакцинации, сразу входишь по зеленой линии, или там будет палатка для экспресс-тестирования, и нужно будет сдать тест. Это неудобно, но пропускать будут всех, и все будут проверены.

- И когда ждать решения?

- Мы приняли решение, что со стороны правительства этот процесс возглавит министр предпринимательства и инфотехнологий Андрес Сутть, который соберет соответствующих людей Министерства социальных дел, Министерства культуры, Государственной канцелярии и канцлера права - они обсудят юридические возможности. В этот четверг первоначальные предложения должны быть представлены им на кабинетном совещании правительства.

- Я неоднократно спрашивал у вас в этой студии про Ида-Вирумаа, и вот, наконец, вы побывали с визитом в этом регионе. Расскажите о его итогах?

- Да, я была в Ида-Вирумаа. Мы были сфокусированы на двух темах. Одна - это организация вакцинации и, конечно, другие связанные с COVID-19 темы. Второй крупной темой была зеленая революция и горючий сланец. Я хотела встретиться с профсоюзом сланцевых энергетиков и шахтеров и с людьми, которые работают в этой сфере. Должна сказать, что нам надо встречаться чаще и выслушивать друг друга. Для меня самым положительным было то, что если определенные силы на месте рисуют жителям Ида-Вирумаа картину, что правительство сразу все закроет и все потеряют работу и всем будет все равно, а нам, быть может, рисуют картину, что жители Ида-Вирумаа настроены против всего, то на самом деле это не так.

Выслушав друг друга, вы понимаете, что у нас достаточно одинаковые интересы и понимание ситуации. Основная забота жителей Ида-Вирумаа, шахтеров и энергетиков в том, чтобы у них были работа и хлеб, работа с хорошей зарплатой. Но это и наша забота, чтобы у этих людей были работа и хлеб. Поэтому у нас есть фонд справедливого перехода, т. е. мы будем привлекать в этот регион рабочие места, которые должны возникнуть раньше, чем исчезнут связанные со сланцем рабочие места.

Мы договорились, что в 2035 году больше не будет производиться электричество из горючего сланца, и на деньги налогоплательщиков инвестиции в сланец мы больше делать не будем. Но до этого еще достаточно много времени, и эти рабочие места должны возникнуть раньше. Очень интересная дискуссия велась о навыках, которые нужны, какая поддержка нужна населению Ида-Вирумаа. Мне самой, по крайней мере, показалось, что наша встреча была хорошей.

Кроме того, я посетила Ида-Вирускую центральную больницу, посмотрела, как они справляются с коронавирусом, мы обменялись идеями о том, как поднять уровень вакцинации. В результате этих встреч мы продвинулись с вакцинацией в Ида-Вирумаа настолько, что очень много вакцинируют на рабочих местах. Ведь если медики приходят на рабочее место, начальник говорит, что вакцинироваться нужно, то люди относятся к вакцинации лучше, чем если вызывать их поодиночке. По крайней мере, у меня осталось хорошее впечатление от этой встречи, и я просила всех своих министров приезжать и общаться с людьми. Я знаю, что Андрес Сутть уже приезжал, Лийна Керсна приезжала в самом начале, и другие министры тоже. Присутствие на месте очень важно.

- У нас сейчас хотят изменить закон, чтобы депутаты Европарламента могли бы одновременно быть и членами местных советов. Сегодня они на муниципальных выборах являются лишь подсадными утками. Вы сами в 2017 году баллотировались в Таллиннское горсобрание, будучи членом Европарламента, набрали 3551 голос. Надо ли позволить евродепутатам заседать и в местных советах?

- Да, этот закон нужно изменить. При изменении этого закона, когда у членов Рийгикогу появилось право участвовать в работе советов местных самоуправлений, мне кажется, депутатов Европейского парламента просто забыли. Тогда и возникла эта ситуация, что баллотироваться вроде можно, но в собрании местного самоуправления быть не можешь. Как вы говорите, ты как подсадная утка. Но сейчас, когда ситуация с COVID-19 привела к возможностям виртуального участия, то на заседаниях ты не должен быть на месте физически, и депутаты Европейского парламента однозначно смогут выполнять эту работу.

Положительный эффект допуска членов Рийгикогу в собрание местного самоуправления - через этих людей возникает лучшая связь между государством и местным уровнем. Я верю, что в случае евродепутатов она возникает и на уровне Европы, чтобы привести местный уровень в Европу, чтобы лучше понять проблемы самоуправления, и также наоборот. И ведь баллотируется всего 7 депутатов.

- Свежий мониторинг интеграции дает некоторые поводы для оптимизма, но обозначает и ряд проблемных моментов. По сравнению с предыдущим исследованием четырехлетней давности постепенно улучшаются показатели структурной интеграции общества, то есть владение эстонским языком, гражданство и трудовая занятость неэстонцев. В то же время ухудшаются показатели чувства причастности русскоязычного населения к эстонскому обществу, упоминается негативный опыт неравного обращения. Если в 2017 году 16% неэстонского населения считало, что им здесь не рады, то сейчас доля повысилась до 29%. Людьми второго сорта здесь считают себя 38% неэстонцев (в 2017-м этот показатель был 21%). Что произошло за четыре года, почему такой откат?

- Да, я тоже это читала, действительно вызывает тревогу, почему эти показатели ухудшились. Мне кажется, что, с одной стороны, здесь достаточно очевидна услуга одной партии из предыдущего правительства, которая враждебно настроена в отношении конкретно русскоязычных и иноязычных, и никак этого не скрывает. Например, когда я произносила речь при вступлении в должность премьер-министра в парламенте, ко мне были вопросы, и все же я была удивлена тому, какую злость они испытывают к иноязычному населению. Там возникли такие дебаты, в которых они говорили, что Эстония должна быть только для эстонцев. И я спрашиваю: а кто на самом деле эстонец? Эстонец - это гражданин Эстонии, ведь у всех граждан Эстонии должны быть равные права. И откуда у них берется эта злость? Я думаю, что это одна из проблем, и этим нужно заниматься.

Другая сторона - я думаю, что этому способствовал кризис с коронавирусом. Почему? Потому что если мы сопоставим мониторинг с исследованием общественного мнения о COVID-19, которое мы проводим в Государственной канцелярии, то оттуда видно, кто больше страдает от ограничений, какие рабочие места. У иноязычных часто нет возможности уйти на дистанционную работу. Например, они работают также в туристическом секторе, поэтому, может, больше страдают от этих ограничений. Вот и возникло такое ощущение. Это очень интересное исследование, им нужно заниматься.

Как вы сказали, там есть и позитивные моменты. Я считаю положительным то, что активное владение эстонским языком у молодежи очень высокое, составляет 62%. Также хорошо то, что в Эстонии много людей с очень крепкой государственной идентичностью, т. е. вы связываете себя с этой страной и чувствуете себя причастным. Я думаю, что положительных моментов много. Например, русскоязычные СМИ. В кризисе это тоже было положительным: в качестве источника информации люди стали больше доверять русскоязычным СМИ Эстонии. Я думаю, что это тоже положительно.

- В Ида-Вирумаа самый низкий процент неэстонцев в стране считает, что у них есть возможность заниматься политикой - всего 11%. Почему в регионе нет интереса к политической жизни Эстонии?

- Да, это сложный регион, даже если посмотреть на местном уровне. Например, в Нарве есть люди, которые постоянно занимаются политикой и, может быть, на таком уровне, который для молодых людей совершенно неприемлем. Но выход только один - в том, что молодежь все же мобилизуется и скажет честно, что возможна и другая политика, и станет поддерживать те силы, чтобы какие-то изменения происходили. И такие люди на виду.

Ведь Михаил Кылварт служит хорошим примером в том числе для иноязычного населения, он занимает очень высокую позицию. Эти двери однозначно не закрыты. Если посмотреть на Рийгикогу, то, конечно, здесь представленность иноязычных не соответствует их количеству в обществе, но в рядах партий эти люди есть, такие возможности должны быть.

Редактор: Ирина Киреева

Hea lugeja, näeme et kasutate vanemat brauseri versiooni või vähelevinud brauserit.

Parema ja terviklikuma kasutajakogemuse tagamiseks soovitame alla laadida uusim versioon mõnest meie toetatud brauserist: