Тынис Саартс: интеграционная политика обулась в сапоги-скороходы ({{contentCtrl.commentsTotal}})

Тынис Саартс.
Тынис Саартс. Автор: ERR

Нам потребовались три десятилетия и небывалый за последний век кризис, чтобы подтвердить то, что на самом деле было давно известно: русскоязычных жителей Эстонии заботит государство, в котором они живут, пишет политолог Тынис Саартс.

После коронавирусного кризиса разве может кто-то еще сомневаться в усилиях, которые русскоязычные жители приложили для того, чтобы справиться с эпидемией, и их верности государству? Они точно так же соблюдали требования социального дистанцирования, как и эстонцы. Среди русских были тысячи государственных служащих, которые работали на передовой линии по 12 часов в сутки - точно так же, как и эстонцы.

Русскоязычным людям часто доставались самые сложные и ответственные участки в управлении кризисом, и они прекрасно справились со своими задачами. Выделим в данном случае хотя бы впечатляющую работу Аркадия Попова в медицинской сфере и спокойную и эффективную работу мэра Таллинна Михаила Кылварта, по результатам которой большинство таллиннцев, по всей видимости, смогут сказать, что о городе хорошо позаботились в кризисной ситуации.

При этом следует отметить, что им обоим удавалось в контактах с общественностью передавать сигналы, в которых было значительно больше эмпатии и ясности, чем у некоторых министров из числа этнических эстонцев.

Грустно во всем этом то, что нам потребовались три десятилетия и небывалый за последний век кризис, чтобы все это подтвердить черным по белому. Подтвердить то, что на самом деле было известно давно: русскоязычные жители Эстонии заботятся о государстве, в котором они живут. Что они в подавляющем большинстве верны своему государству и не ждут указаний из Москвы, чтобы при появлении такой возможности приступить к активной подрывной деятельности против эстонского государства и дестабилизации общества.

Действительно, во время этого кризиса национальные границы почти полностью исчезли, и можно сказать, что интеграционный проект обулся в сапоги-скороходы, сделав несколько больших шагов вперед.

Основной прогресс состоял, однако, не в том, что русскоязычные жители Эстонии смогли показать даже самым национал-консервативным эстонцам, что им можно полностью доверять в таких кризисных ситуациях. Главный "квантовый скачок" произошел в сфере коммуникации. А именно, впервые за более чем тридцать лет мы увидели, что в Эстонии появилось единое информационное пространство, объединяющее обе языковые общины.

По данным нескольких исследований, заметно вырос интерес русскоязычных жителей Эстонии к производимому в Эстонии медийному контенту. Поскольку информация передавалась на двух языках, никто не остался в стороне от важной информации. Вопрос теперь заключается в том, смогут ли средства массовой информации удержать этот неожиданно возникший интерес и кредит доверия, устойчиво обратив его в свою пользу? От этого в сфере интеграции будет зависеть очень многое, если не вообще все.

Во время кризиса также выросла вера русскоязычных жителей в возможности эстонского государства и его нейтральный подход: в условиях чрезвычайного положения ни с кем не обращались иначе по той причине, что он русский. К сожалению, высокий уровень доверия к эстонскому государству может оказаться не очень долговечным, потому что ясно, что набирающий обороты экономический кризис ударит по русскоязычному населению сильнее, чем по эстонцам.

Это в первую очередь вызвано их положением на рынке труда, на котором русскоязычные жители Эстонии часто занимают более низкие должности, чем эстонцы, и они больше сосредоточены в тех секторах, где безработица будет расти быстрее всего. Однако сложно представить, что кому-нибудь удастся использовать социально-экономическое недовольство для разжигания противостояния на национальной почве, потому что в условиях экономического спада эстонцы пострадают не меньше.

Кроме того, русскоязычные люди считают возглавляемое Центристской партией правительство в большей степени "своим", чем любую предшествующую правительственную коалицию. В этом кроется важное отличие от последнего финансового кризиса, когда многим русским казалось, что государством руководит правительство, настроенное прямо-таки враждебно по отношению к ним.

И все же достаточно будет одному члену правительства сделать на пике экономического кризиса заявление в стиле "помогать Ида-Вирумаа будем после того, как государственную помощь получат регионы с преимущественно эстонским населением", чтобы в одночасье обнулить все достигнутое к настоящему времени в сфере интеграции.

Сближение национальных общин вряд ли будет хорошей новостью для правых партий, которые на муниципальных выборах в следующем году хотели бы именно в столице разыграть привычную "русскую карту". Однако боевой клич "Заберем столицу обратно от русских к эстонцам!" на этот раз, очевидно, заставит многих избирателей правых партий из числа эстонцев пожать плечами, потому что им будет непонятно, какую проблему таким образом решат.

В ситуации, когда классическая "русская карта" больше не будет работать, ключевым вопросом станет, что придет ей на смену? Если старые партии не смогут предложить более содержательную и мобилизующую избирателей тему, то эфир практически полностью заполнит инициированный EKRE референдум о браке как союзе мужчины и женщины. Это не будет означать ничего иного, кроме замены старых поляризующих тем новыми.

Тем не менее, стоит порадоваться тому, что как минимум у одного крупного противостояния надломлен хребет. Следующее десятилетие покажет, произошло ли это лишь на время или же навсегда.

Редактор: Андрей Крашевский

Источник: Vikerraadio

Hea lugeja, näeme et kasutate vanemat brauseri versiooni või vähelevinud brauserit.

Parema ja terviklikuma kasutajakogemuse tagamiseks soovitame alla laadida uusim versioon mõnest meie toetatud brauserist: