- Президент Финляндии Александр Стубб недавно решение Путина вторгнуться в Украину самой большой геополитической ошибкой в новейшей истории. Можно ли с этим согласиться и как это объяснить?

- Прежде всего, примечательно, что президент Финляндии так прямо критикует Россию. Это показывает, что времена изменились, в том числе и в Финляндии, и я думаю, что это также отражает политическую позицию Финляндии, которая решительно поддерживает сохранение Украины как независимого государства и верит в это. Это важный политический сигнал, и, конечно, можно сказать, что Россия не достигла тех больших целей, которые она ставила перед собой, напав на Украину. Скорее, она отдалилась от них, и если ее целью было подчинить Украину контролю России, то сегодня это вообще не выглядит сколь-либо вероятным.

С другой стороны, конечно, нельзя сказать, что Россия явно проигрывает эту войну. К сожалению, этого тоже не просматривается. Украина не сможет в обозримом будущем освободить оккупированные Россией территории. Для того чтобы Россия явно проиграла, необходимо, чтобы ситуация существенно изменилась. [Но] учитывая первоначальные цели России, для нее это все же поражение.

- Означает ли это, что в ближайшем будущем не будет переговоров между президентом России Владимиром Путиным и президентом Украины Владимиром Зеленским с возможным участием в них президента США Дональда Трампа?

- Я думаю, что для того, чтобы у России появилось желание по-настоящему вести переговоры с Украиной, на Россию нужно оказать гораздо большее давление. Я надеюсь, что Трамп это понимает и именно так оценивает ситуацию. Конечно, это тот сигнал, который европейские лидеры постоянно пытаются ему донести. В то же время для Трампа, очевидно, очень важно относиться к Путину уважительно, и ему свойственно мировоззрение, согласно которому великие державы в конечном итоге договариваются между собой, а Россия гораздо сильнее Украины, то есть Украина должна чем-то поступиться.

Однако, если Трамп все же хочет двигаться к миру, то сейчас настал момент, когда он должен начать осознавать, что для этого необходимо усилить давление на Россию.

- Есть ли какая-то надежда, что этот процесс в Аляске превратится в мирные переговоры, или она уже исчезла? Ведь нет никаких четких сигналов о том, когда, где и на каких условиях лидеры могут встретиться.

- В настоящее время маловероятно, что Зеленский и Путин встретятся в ближайшее время, как это планировалось после встречи на Аляске, и я думаю, что на самом деле самой важной уступкой, которую Трамп сделал на Аляске, был его отказ от требования безоговорочного перемирия.

Это было нереалистичным требованием по отношению к России, и опять же, нужно было оказать давление на Россию, но это все равно был бы шаг, который реально продвинул бы этот процесс. Теперь в этом вопросе России уступили, политический процесс затягивается, и России легче его затягивать, надеясь улучшить свое положение на фронте, прежде чем дело дойдет до переговоров.

- В то же время мы знаем, что в России из-за украинских ударов возник топливный кризис или, по крайней мере, дефицит топлива, прорыв российских войск под Покровском был отбит и не видно больших успехов, за счет которых можно было бы торговаться на переговорах.

- Ситуация в России не особенно хорошая, но, похоже, Россия до сих пор считает, что для нее выгоднее продолжать войну, чем начинать серьезные переговоры. До сих пор эта оценка остается неизменной, несмотря на то, что дела в российской экономике обстоят не лучшим образом. Украина наносит удары по нефтяной промышленности, которые оказались весьма успешными. [Однако] Россия экономически еще держится, и, по оценкам, она сможет продолжать войну и в следующем году, если сейчас не будет оказано решающего дополнительного давления в виде новых санкций.

- Есть ли какие-то признаки, что терпение Дональда Трампа в отношении Москвы начинает заканчиваться? Применит ли он все эти санкции, о которых он говорил, а потом отказывался от них?

- Очень трудно сказать. Ведь и раньше были моменты, когда казалось, что он прислушался к лидерам Европы и Украины и давал понять, что готов ввести дополнительные санкции. А затем он снова давал России больше времени и также сказал, что Зеленский может прекратить эту войну сразу, если захочет, тем самым оказав давление на Украину.

Несомненно, на Украину оказывалось более сильное давление, и то же самое наблюдается и в последнюю неделю. Кроме того, вице-президент [США] Дж. Д. Вэнс в своих интервью вновь указал на то, что обе стороны, как Россия, так и Украина, якобы пошли на уступки и что обе стороны должны пойти на уступки. Это официальная позиция США, но на самом деле даже американцы не могут сказать, на какие уступки пошла Россия.

Россия заявила, что согласна с тем, что Украина получит гарантии безопасности, но если углубиться в детали, то на самом деле то, что Россия понимает под гарантиями безопасности, для Украины является совершенно неприемлемым. Я бы сказала, что это все-таки в некотором смысле уступка России со стороны США, что США признают право России решать, какие гарантии безопасности получит Украина. Так развивается эта дискуссия: в Европе очень конкретно говорят о том, что европейцы предлагают в качестве гарантий безопасности, но какова роль России в этой дискуссии - США дают эту роль России. Позиции России никак не могут быть восприняты всерьез как гарантии безопасности, которые были бы действительно приемлемы для Украины.

- Какие вообще убедительные гарантии безопасности может дать Европа? Мы знаем, что в прошлом они давались Украине, но ни одна из них никогда не выполнялась.

- Я бы сказала, что самое важное все-таки то, чтобы Украина получала долгосрочную поддержку и чтобы военный потенциал Украины был сильным. Она получает такую помощь от западных стран, и, кроме того, нужно найти какой-то способ, чтобы в Украине также присутствовали военные из европейских стран, но, похоже, это не может быть основным фактором сдерживания. Основным фактором сдерживания все же должен быть собственный потенциал Украины. То, что западные страны также присутствуют в Украине, означает, что они автоматически станут участниками конфликта, если Россия снова нападет. Тогда они также станут частью реакции Украины и окажутся вовлеченными в этот конфликт. Это дает дополнительный сдерживающий фактор.

- Главы некоторых европейских государств пообещали в будущем направить своих военных в Украину, и Эстония также высказалась по этому поводу. Примут ли избиратели в этих странах риск прямого участия в военном конфликте в Украине?

- Остается открытым вопрос, будут ли они размещены близко к линии фронта или же в более отдаленных местах, выполняя вспомогательные функции. Эти политические дискуссии в Европе, например, в Германии, идут тяжело. Пока не ясно, какова в конечном итоге будет политическая воля Европы.

Я думаю, что это очень важный пробный камень, и, конечно, Украине нужен этот сигнал, что она получит такие гарантии безопасности. Это нужно США, чтобы европейцы серьезно относились к безопасности Европы. Это нужно и России, чтобы она видела свои возможности в будущем. Я думаю, что Россия все же не отказалась от надежды каким-то образом лишить Украину суверенитета и подчинить ее себе. То, как Россия будет оценивать ситуацию, зависит также от того, какие гарантии безопасности будут предложены и какие военные возможности Россия будет видеть для достижения своих целей.

- Есть ли какие-то ориентиры, которые помогут понять в ближайшем будущем, что думают США, какие гарантии безопасности предложит Европа? Чего мы можем ожидать?

- Одной из важных дат, о которой говорят, является представление кандидатов на Нобелевскую премию мира. Можно предположить, что Дональд Трамп лично все же заинтересован в том, чтобы продолжать прилагать усилия к достижению мира. В этом есть доля шутки, но все же есть много признаков того, что для него это действительно важно.

В этом смысле я ожидаю, что он будет продолжать действовать в этом направлении, и все же не стоит терять надежду. Возможно, он все же примет дополнительные меры.