"В первые недели сентября дети традиционно проходят период адаптации к учебному процессу. Надеемся, что в течение сентября учебный процесс возобновится в полном масштабе, и все те учителя, которые впервые пришли в школу, также быстро смогут адаптироваться к новым условиям достаточно тяжелого учительского труда", – рассказал Андрей Канте о том, как начался учебный год.

К началу года из школы ушли пять учителей: кто-то не смог продолжать преподавать из-за отсутствия высшей категории владения эстонским языком, один учитель с большим стажем ушел на пенсию.

"Из тех учителей, которые не сумели получить высшую категорию знания эстонского языка, один остался в школе с нагрузкой, все остальные вынуждены были уйти", – отметил Канте.

По его словам, школе в этом году повезло с новыми учителями, однако поиск коллег не прекратился. "Ищем учителя по физике, который должен преподавать на эстонском языке, и вести углубленные курсы по физике, учитывая специфику нашей школы, кроме того, нужны помощники учителей", – пояснил он.

"Среди новых учителей есть те, кто получает образование на уровне магистратуры. Это специалисты с высшим образованием, но пока без профессионального стандарта. И есть те, которые имеют образование и не продолжают учебу, но хотят себя попробовать в профессии. Всех их объединяет желание попробовать и найти себя в системе образования", – сказал Канте.

По словам директора гимназии, учителя, которые преподают второй год в классах перехода, конечно, себя чувствуют более уверенно. "Они прошли курсы, а с теми, кто только приступает к работе, опытом делятся более опытные коллеги. И опять же, мы пользуемся услугами Центра методики и компетенции (MEKK) при Доме учителя", – отметил он.

И в эстоноязычных школах должна быть LAK-методика

Канте подтвердил наличие тенденции, когда русскоязычные родители пытаются отдать детей в эстоноязычную школу.

"Однако проблемы везде одни – и в эстонских школах должна быть LAK-методика (интегрированное обучение языку и предмету), а не только в школах, переходящих на эстонский язык обучения. Потому что дети нуждаются в определенной поддержке. К сожалению, в Эстонии мало учителей, которые этой методикой владеют, и они также нуждаются в поддержке", – подчеркнул Канте.

Классы с преподаванием эстонского как родного поигрывают в конкуренции с эстоноязычными школами

Особенность последних лет – снижение количества учащихся в первых классах. "К сожалению, демография работает против нас. У нас до сих пор первые классы не укомплектованы на 100%, то есть в них где-то по 19-20 детей", – пояснил Канте

Одно из новшеств этого года в Тынисмяэской реальной школе – первые классы, где эстонский язык преподается как родной.

"Желающих туда попасть было много до тех пор, пока эстоноязычные школы не объявили результатов тестирования, и тогда у нас случился отток, – рассказал директор школы. – В нашем классе будут учиться дети, пришедшие из детских садов с языковым погружением. То есть носителей языка в классе нет, для всех эстонский является иностранным языком".

Последний момент систематизировать методические материалы

Одним из признанных министерством минусов первого года перехода на эстонский язык образования было отсутствие методических материалов.

"И на сегодняшний день мы можем сказать, что системной базы нет. Учителя вынуждены делать очень много самостоятельно. Конечно, со стороны родителей могут быть определенные претензии, потому что имеющиеся методические материалы не проверялись и не проходили рецензии", – признал Канте.

И именно поэтому сейчас важно очень оперативно собрать все материалы и систематизировать.

"И я считаю, что у государства есть ресурсы на это. Если сейчас этого не сделать, то те, кто сейчас учится в пятом классе, к девятому классу учебников не увидит, – сказал он. – Это также важно для учителей, потому что нагрузка по созданию материалов колоссальна. Во-первых, далеко не каждый учитель способен создать эти материалы, во-вторых, люди просто перегорают на работе. Поэтому сейчас – самый последний срок собрать все, что наработано, лицензировать и внедрить в учебный процесс".

Канте отметил, что государство объявляло конкурсы на поставку этой услуги, однако они провалились.

"Потому что задача, которая формулируется Министерством образования, видимо, непосильная для авторов учебников и для издательств. Конечно, издательства реагируют на изменения рынка, и что-то предлагают. Но я бы назвал это бессистемным подходом", – отметил Канте.

Он провел параллель с курсами по LAK-методике, которые государство предлагает в большом объеме, но есть проблемы с качеством, то есть они не отвечают запросам преподавателей.

"Это должны быть интенсивные, кратковременные курсы, может быть, сессионного типа, чтобы не просто пройти теорию, но еще и закрепить на каких то практических занятиях, – сказал он. – Практика показывает, что летом эти курсы не заполняются. И это понятно, потому что учителя тоже должны восстановиться после учебного года. Поэтому школам приходится приспосабливаться, в том числе искать возможности по замене тех учителей, которые активно участвуют в учебном процессе. При этом программы по замене учителей ASÕP недостаточно. А при отсутствии учителя останавливается учебный процесс, чего делать категорически нельзя".

Это лишь несколько проблем, которые были признаны министерством, по итогам первого года перехода, но школам приходится решать и другие рутинные вопросы, связанные с организацией учебного процесса.

"Например, измененные правила и подходы к организации учебной среды, которые сейчас активно обсуждаются, – удлиненные перемены, более позднее начало учебного дня. Следовало бы обсудить и организацию выпускных экзаменов, которые на самом деле в Таллинне ставят на паузу весь учебный процесс. Потому что фактически все учителя, которые задействованы на экзамене, не могут проводить учебные занятия, и дети зачастую должны самостоятельно проходить этот материал. Школы вынуждены приспосабливаться и внедрять в жизнь все реформы", – признал Канте.

Необходима индивидуальная поддержка каждого ребенка

По итогам прошлого учебного года четвероклассники – самая уязвимая категория. Однако и у нынешних четвероклассников тоже достаточно много проблем, так как знания эстонского языка у них очень неоднородны.

"И вследствие этого у них заново будут формироваться учебные навыки, например, читать на неродном языке и понимать содержание", – сказал Канте.

Для того чтобы дети не стали выпадать из учебного процесса, важно последовательно применять все имеющиеся меры поддержки и мониторить. 

"Нельзя сидеть, сложа руки. Сейчас на индивидуальном уровне необходимо поддерживать каждого ребенка, разбираться, в чем причина. И я считаю, что ведущую роль в этой системе поддержки должны играть спецпедагоги, которых нет. Зачастую мы говорим о том, что этот дефицит спровоцирован очень жесткими квалификационными требованиями. Однако именно эти люди могут помочь детям научиться в новых условиях, извините за тавтологию, учиться", – подытожил Андрей Канте.