Полиция задержала занимавшего тогда пост вице-мэра Тарту Каяра Лембера 24 мая 2016 года по подозрению в мошенничестве со льготами, даче взятки и нарушении ограничения на совершение действий. Прокуратура предъявила ему обвинение 21 марта 2019 года.

По обвинению в мошенничестве со льготами суд частично прекратил производство в связи с истечением срока давности, а в оставшейся части 11 марта 2022 года – по соображениям целесообразности. По обвинениям в нарушении ограничения на совершение действий и даче взятки уездный суд оправдал Лембера, а окружной суд оставил решение без изменений. В Госсуде решение не оспаривалось и вступило в силу 8 марта 2024 года.

9 сентября 2024 года Лембер подал в прокуратуру ходатайство о возмещении имущественного и неимущественного ущерба, причиненного в ходе уголовного производства. По оценке Лембера, ему был причинен ущерб, в частности, из-за утраты должностей и связанного с этим снижения доходов, негативного освещения в СМИ, затронувшим его честь и достоинство, а также из-за затягивания производства.

Прокуратура, а также уездный и окружной суды не удовлетворили ходатайство Лембера, поскольку по закону ходатайство о возмещении должно быть подано в уездный суд до окончания судебного следствия. Лишь при наличии уважительной причины это возможно сделать позднее, и в данном случае, по оценке судов, таких оснований не было.

К такому же выводу пришел и Госссуд в опубликованном 19 декабря решении.

Госсуд отметил, что уголовное производство служит общественному интересу – установлению преступлений и виновных и их наказанию. Тем самым государство защищает потерпевших и в более широком смысле –общественный порядок, обеспечивая функционирование правового государства. Поэтому подозреваемый или обвиняемый обязан в разумных пределах терпеть и последствия производства, отмечается в заявлении Госсуда.

Поскольку уголовное производство служит интересам общества как единого целого, то риск неудачи при производстве должно солидарно нести общество, если такая неудача не была вызвана самим подозреваемым или обвиняемым. Следовательно, при прекращении уголовного производства или оправдании государство должно справедливо возместить причиненный человеку ущерб.

Неимущественный ущерб, вызванный необоснованно длительным производством, чаще всего компенсируется смягчением наказания, освобождением от него или прекращением производства. Однако если уголовное производство прекращается или обвиняемый оправдывается лишь после истечения разумного срока, единственным решением является справедливая денежная компенсация.

Лембер был вынужден терпеть негативные последствия уголовного производства почти восемь лет, и, по оценке Госсуда, не вызывает сомнений, что обязанность терпеть последствия производства вышла за разумные пределы. Несмотря на это, его ходатайство о возмещении ущерба не было удовлетворено, поскольку оно было подано лишь после установленного законом срока, отметил Госсуд. В данном случае также отсутствовали исключительные обстоятельства, позволяющие требовать компенсацию позднее.

По утверждению Лембера, он подал ходатайство лишь после вступления в силу оправдательного решения, поскольку окончательный размер ущерба, связанного с производством, выяснился позднее. Госсуд с этим не согласился, указав, что причины ущерба, описанные в ходатайстве, были известны, а суд при определении размера компенсации может учитывать и ущерб, который может возникнуть в будущем.

По оценке Госсуда, установленный срок подачи ходатайства о возмещении и порядок его рассмотрения не противоречат и Конституции. Как правило, такое ходатайство должно рассматриваться вместе с решением вопроса о виновности, чтобы разумно использовать ресурсы судов и участников производства и как можно быстрее достичь правовой определенности.

Также Госсуд не согласился с позицией Лембера о том, что у состава суда, рассматривавшего уголовное дело, могли возникнуть трудности с беспристрастным разрешением вопроса о компенсации. Оценка ущерба, причиненного в ходе производства, не отличается от многих других решений, которые суду приходится принимать при разрешении дела. При этом в ходатайстве о компенсации в качестве причинителя ущерба в основном указывалась прокуратура, а упреки не были адресованы судье, который в итоге вынес оправдательный приговор. Следовательно, этот судья мог бы рассмотреть ходатайство также беспристрастно, отметил Госсуд.